Монета Бога Теней (СИ)

Раздалось еще два выстрела. Спутники простояли еще пару минут, задумчиво глядя в горы, пока Роланд не повернул голову в сторону. Рядом стоял какой-то рыцарь в броне Везерлеха, со щитом, на котором был нарисован дракон.
— Кошмарно, не правда ли?
— Верно. — Согласился Дэнтон Стоун. — Настал век, когда мы убиваем своих же и голосуем за врагов на выборах верховных правителей, братья идут на братьев, мертвые дают о себе знать, а про живых мы вовсе забываем. Рыцари творят зло, пока воры помогают бедным.
— Кажется, вы и сам рыцарь, сэр…
— Дэнтон Стоун. — Представился он, протянув руку северянину.
— Роланд, просто Роланд. — После рукопожатия северянин понюхал свою ладонь, она пахла порохом.
— Знакомый запах, легионер?
— Не знаю, что меня больше удивляет: то, что ты, не видя символа Легиона, точно сказал кто я, или то, что рыцарь Везерлеха стоит предо мной в Темнолесье. — Рукоять меча грела рука Роланда, а позади стоял Титус, с интересом поглядывая на них и переводя взгляд Роланда на рыцаря и наоборот, словно обдумывая ситуацию.
— Я не враг вам, мне нет дела до Легиона. Просто два крепких человека, один даже седой, явно бывалые ребята. И вовсе не похожи на воров или убийц. Уж больно честный взгляд, так что да, до вас у меня нет дела.
— А до чего есть?
— Видели ли вы в городе бронзовых рыцарей, хотя бы одного?
— Вообще ни разу. — Тут же кивнул Титус. — А тебе зачем?
— Майя. — Подозвал Дэнтон, и чародейка вышла из толпы. Роланд, и Титус, узнали ее, но не подали виду, как и она. — Пошли прогуляемся, поищем последнего Борна.
— Нечего искать, вот он. — Процедила она, указав на Измаила, который небрежно шел к ним. Она постаралась защитить друга от беды, указав на того, кого встретила когда-то в таверне Пепелище, так она справилась бы с двумя проблемами — спасти друга, полностью обезопасив его и от рыцаря, и от наемника. Но почему-то Титус вскочил на пути Дэнтона к Измаилу.
— Зачем он тебе?
— Эй, седой, отвали, именем короны!
— В зад себе эту корону затолкай! — Неохотно вступился за рыжеволосого Роланд.
Дэнтон что-то отхлебнул из фляжки, после чего, словно дракон, выпустил пламенную струю, от которой едва удалось отскочить его противникам. Как только рыцарь-дракон попытался достать меч, что-то заставило его отлететь в сторону. Дэнтон пролетел сквозь стену таверны, рухнув на инквизитора, который не ожидая такого поворота событий, спокойно упивался вином. В образовавшейся дыре показался стальной громила Кастиэль.
— Не разжигайте во мне пламя! — Выкрикнул Дэнтон, поднимаясь на ноги, уже вооружившись щитом, мечом и острым гневным взглядом. Правый глаз заливала кровь, которая лилась из разбитой брови. — Сдавайтесь именем короны, сучьи дети!
— Кстати о детях. — Шепнул на ухо инквизитор. После чего сзади ударил рыцаря в пах дубовым прикладом своего ружья, отчего Дэнтон упал на колени. Следующий удар все тем же прикладом пришелся по затылку. Рыцарь потерял сознание.
Рассвет был уже близок, но тьма еще не спешила рассеиваться. Поместье, возведенное на возвышении, было единственным четырехэтажным зданием в ближайших землях и выглядело довольно величественно: стоило посмотреть в одно из окон верхнего этажа, и взгляду открывался весь Безымянный город, из другого окна можно было любоваться Темнолесьем — бескрайним океаном листвы, простиравшемся до самого горизонта, и освещаемым неверным светом луны.
Всматриваясь в темноту, один из охранников бродил в небольшом сосновом лесу. Около поместья было высажено не менее двухсот сосен. Вокруг были скалы и обрыв, с которого открывался прекрасный вид. Благодаря такому расположению любому гостю этого поместья могло бы показаться, что он находится в нерушимом форте, стоящем на краю мира. Охранник следил, чтобы его сторожевая собака не отбегала далеко, он не держал ее на поводке, а только приказывал оставаться рядом. Пусть чувствует себя свободной, но подчиняется ему! И вот, в мгновенье ока, пес забежал за дерево и исчез. Неужели ему что-то послышалось? Не спеша, охранник приближался к месту, где собака скрылась с глаз.
 
— Глотка! — Сторож звал пса, но он не возвращался. — Глотка! — Повторил он попытку — зверь со странной кличкой не появлялся из-за камня. Тогда он крикнул громче: — Глотка!
— Как скажешь. — Прошептал кто-то позади своим холодным, лишенным эмоций, голосом. Охранник почувствовал не только холод интонации, но и ледяное лезвие кинжала скользнувшего по его горлу.
Страх сковал его разум холодом, в то время как тело горело от боли, умирающий продолжал чувствовать прикосновение холодной стали к шее, из которой теперь бежала кровь. Охранник рухнул на камень и увидел своего пса со стрелой, торчащей из загривка. Он хотел что-то сказать человеку, перешагнувшему через него, но не успел, уснув навсегда.
На первом этаже поместья были два входа, закрытые прочными дубовыми дверями. На втором этаже можно было увидеть дюжину окон, как на третьем и четвертом. Внизу был цокольный этаж со стальными решетками на узких окнах. Один из охранников, который в то время находился на четвертом этаже, напоминавшем обычный чердак, но обставленный дорогой дубовой мебелью, как раз хотел полюбоваться видом на Безымянный городок. Но вдруг заметил, что в одной из комнат открыто окно.
— Я, вроде, закрывал его. — Неуверенно прошептал он, хоть эта фраза не предназначалась для чужих ушей, ее все же услышал неизвестный ему человек. Охранник, одетый в кожаные доспехи, подошел к окну, с опаской глянув вниз, будто ожидал увидеть там кого-то. Никого не было, и только он собирался вздохнуть с облегчением, как свет внезапно погас. Позади него была свеча — она потухла, хотя ветра не было, а это могло значить только одно — ее погасили мокрыми пальцами. — Кто здесь? — С опаской спросил охранник, пытаясь не спровоцировать неизвестного, стоявшего позади, и тщетно всматриваясь в темноту.
— Я. — Насмешливо ответил кто-то из тьмы, тот, кто позволил охраннику развернуться и наблюдать свой силуэт в тени. — Я с тобой. — Уточнил неизвестный.
— Кто ты?
— Алистер. Хозяин этого поместья, а кто ты?
— Охранник этого поместья, но я служу не тебе а, значит — никакой ты не хозяин. — Продемонстрировал свою логику воин, взглядом пытаясь отыскать хоть какое-то оружие.
— На кого ты работаешь?
— Ты не знаешь, куда ты попал, приятель. — С улыбкой произнес охранник, он решил, что оказался в выигрыше: подсвечник хорошо подойдет в качестве оружия, а этот наглец на полголовы ниже.
— Знаю. — Пояснил незваный гость. — Я попал в свое поместье, которое у меня отобрали давным-давно, а именно на четвертый этаж, в комнату, где когда-то был кабинет моего отца. И ничем ты меня не удивишь: на улице один охранник, в доме шесть, а стальной подсвечник длиной в полметра — не подойдет, слишком уж он увесистый — я убью тебя раньше, чем ты его схватишь.
— Ошибаешься. На улице четверо охранников.
— Уже один. — Поправил гость. — Я оставил его в живых, на случай, если ты не стал бы говорить. Оставил ему немного целых ребер, чтобы не задохнулся к моему возвращению, если не будет пытаться развязаться, то ребро не проткнет легкое.
— А в доме семеро! — Запаниковал охранник.
— Как посмотреть, тебя уже можно не считать. — После этих слов, сторож схватился за подсвечник, а некто метнулся к нему из темноты, накинул что-то на шею и вытолкнул в открытое окно. Человек пролетел до второго этажа — на большее не хватило длины троса. Раздался хруст — позвоночник не выдержал резкой остановки. Потом послышался щелчок — трос тоже не выдержал второго колебания тела, хоть и не такого сильного. Тело рухнуло в кустарник, а силуэт отошел от окна.
Роланд проснулся не из-за жажды, которая кого угодно могла заставить покончить с собой, а из-за довольного напарника, просившего взглянуть на какие-то листы бумаги с печатями. Алистера вовсе не беспокоил связанный рыцарь, сидевший в углу комнаты, и даже Майю он узнал не сразу. Едва продрав глаза ото сна, воин, мучаясь диким похмельем, развернул документы.