Мисс Никто (СИ)
Закат её поправил:
— Фейри. Это были фейри, а не люди.
— Знаешь, среди них могли оказаться и люди. Потому что человек — это не происхождение, это воспитание. Точнее… — она заглянула в наглые зеленые глаза лорда и сказала, — прочем, неважно, ты все равно не поймешь.
Он легко согласился с ней:
— Может, и не пойму. Я знаю одно, точнее не так… Мой тебе совет: уничтожь свои игрушки — так ты будешь в безопасности.
Она резко встала, но руки Лина не дали ей вцепиться в Заката — они удержали её в объятьях:
— Ники, он опять провоцирует тебя. Хороший-плохой — самый простой принцип допроса.
Ник заставила себя успокоиться и холодно сказала, хоть голос то и дело срывался:
— Ты не на моем месте. Я знаю — я в полной безопасности. Мои друзья никогда не предадут меня. Если у меня и будут неприятности, то только из-за тебя — лишь ты можешь выдать меня. Но ты не сделаешь этого — просто потому, что тебе гордость не позволит признаться, в какую ловушку ты угодил. Ты будешь молчать. Твоя спесь не позволит тебе признаться. Потому я знаю — я и мои сестры в безопасности. И еще… Ты ненавидишь меня из-за происхождения — это то, что от меня не зависит. Это то, что я не в состоянии изменить. А я… Я презираю тебя за то, что ты изменить в состоянии, но не собираешься делать.
Закат недоуменно приподнял брови — у него на удивление была очень живая мимика:
— И что же это?
— Ты лорд Холма наказаний, ты называешь себя Справедливостью, но увы — это не так.
— Хоть одно дело, где я ошибся? Кроме дела о полиморфе. Оно еще не закончено и вердикт по нему не вынесен.
— Дело Брендона Джонса.
Закат отрицательно качнул головой:
— Он наказан и наказан справедливо. Это дело не подлежит пересмотру, пусть и не я судил Джонса когда-то.
Ник не удержалась:
— Ну да, вы же справедливые, вы же держите слово… Ну, не смогли наказать каждого из отряда Джонса — накажем весь округ. Уничтожим всех, твои действия в деле Салли Беранже подтверждают это. Плевать на чужие жизни, плевать на все, лишь бы уничтожить любой ценой.
— Ты не права, Семечка. Твои утверждения голословны.
— Голословны? Загляни на досуге в Двадцать первый округ… Впрочем, тебе не хватит смелости на такое — там же клеееевер!
— Я подумаю над твоим предложением, но согласен — клевер все затрудняет.
— Я так и знала, что ты им прикроешься, Закат. И… Я пойду — я устала, мне не о чем больше разговаривать с тобой. Я узнала все, что хотела. Может, что-то забыла, но это неважно.
Закат мягко сказал:
— Конечно, иди, Семечка. В твоем положении надо хорошо высыпаться. И совет — последний на сегодня: не превращайся в дракона. Я знаю — ты любила летать, но вряд ли твой муж оценит возню с яйцом на протяжении пяти месяцев.
Ник даже развернулась, застывая на месте:
— Что⁈
Закат со смешком в голосе пояснил:
— Драконы — яйцекладущие, Ник. Ты не знала?
— Иди ты… К оркам!
Лин поднялся следом за Ник, обнял её за плечи и повел прочь:
— Пожалуй, и впрямь стоит прервать разговор — слишком многое надо обдумать.
За ним пошел и Арано. Только Айк остался у костра:
— Можно еще пару вопросов, Закат?
— Сколько угодно, Айк… Сколько угодно. У меня сегодня говорливое настроение. Вечер неожиданных откровений.
Ник пошла к дому, только у крыльца пришлось остановиться, потому что она услышала, как Айк спросил:
— Это же вы разрешили продажу Джонса клану Переса?
— Я.
— Почему?
Тот пожал плечами:
— Потому что до сих пор верю в дружбу. Мигель Перес, упоминая все причины для выкупа Джонса, в том числе упомянул и дружбу. Я решил, что наказание легче переносить рядом с тем, кто подставит дружеское плечо, только и всего.
Ник нахмурилась, закрывая глаза. Она старательно вспоминала отъезд Джонса из Холма. Она вспоминала каждое лицо лорда и леди, просеивая воспоминания, как через сито. Заката в хохочущей толпе не было. Точно не было.
— Ложь, — буркнула она. — Оказывается, и лорды способны лгать. Его не было в момент продажи Брендона. Его там не было.
Лин притянул её к себе:
— Или он просто не захотел смотреть на его унижение. Так тоже может быть.
Она прислонилась к Лину, прячась в его объятьях:
— Я не верю ему. Ни единому его слову. И я очень боюсь за тебя — Закату выгодна твоя смерть. Я не знаю, как обезопасить тебя…
— Ники, я же не малыш, я пони. Помнишь? — он поцеловал её в макушку. — Все будет хорошо.
Глава 44. Покушение
Налетел ветер, принес с собой каменную крошку с небес, щедро бросая в лицо. Земля под ногами вновь застонала, просясь в полет — Ник еле устояла на ногах и то благодаря поддержке Лина.
Айк у костра передернул плечами — даже людям тяжело переносить землетрясения.
Закат вновь повторил, успокаивая:
— До полета еще два дня — вы успеете уехать отсюда. И… Что-то еще хотел спросить, Айк? А то мне пора собираться в путь — дела.
Тот задумчиво подбросил в огонь дрова. Пламя вспыхнуло, освещая сетку трещин, расползающуюся по земле. Может, полет и не скоро, но находиться тут было тяжеловато — ощущение, что земля предательски распадается прямо под ногами, не самое приятное на свете.
— Вы думали, что история повторяется, да? Когда увидели семилетнюю Семечку после помолвки?
— Ооо, — горько рассмеялся Закат, — что я тогда только не думал.
Он собрал с земли шкурки яблок и бросил их в костер. Отрешенно наблюдал, как они шипят, корчатся и сгорают.
Айк посмотрел прямо на него, правда, взгляд лорда ему так и не удалось поймать:
— У вас недюжинная выдержка — вы тогда не убили, хотя все говорило о том, что ловушка, в которую попала ваша семья уже один раз, захлопнулась.
Закат чуть приподнял плечи, словно недоумевая:
— Я не умею убивать детей. К счастью, не умею. — лорд достал из корзины апельсин — оборотни, чувствительные к его запаху, уже ушли. — И, надеюсь, никогда этому не буду учиться.
Он принялся чистить шкурку с апельсина, медленно и сосредоточенно:
— И ты не спросил, Айк, но да… Я думал, что Ник пришла тогда к Холму наказаний мстить за мать. Она же, действительно, расспрашивала Привратника, как попасть в Холм.
— А почему мстить за мать, а не за отца?
Закат в упор посмотрел в глаза Айка:
— Потому что за него не стоит мстить. Ставить генетические эксперименты на детях — так себе развлечение с точки зрения самого ребенка. На мой взгляд, конечно. У Ник может быть свое мнение. Ты бы знал, что я подумал, когда узнал, что Ник связалась с оборотнями! С этими машинами для убийства… Я думал, что она таким образом собирается мстить дальше.
— Оборотни давно изменились, Закат.
— Это для людей давно. У нас своя шкала времени. Мы судим чуть иначе… И, Айк… Учти, что Лин может ошибаться по поводу Ник. Она может оказаться не пони, и тогда вас всех ждет смерть. Полиморфы убивают не задумываясь, человеческая жизнь для них ничего не значит.
Ник скривилась при этих словах, но промолчала — задевать лорда не стоит, от её поведения зависят жизни Лина с парнями. Она не поведется на подначки Заката. Она не позволит ему спровоцировать себя.
Лин поцеловал Ник в висок и мягко потянул вверх, в дом:
— Пойдем… Трудный был день, тебе надо отдохнуть. И еще… Хочешь летать — летай. Справимся со всем, в том числе и с младенцем-драконом.
Она, медленно поднимаясь по ступенькам, сказала:
— Я никогда не буду меняться. Никогда. Я не хочу терять свое лицо — оно мне нравится.
Лин рассмеялся, закрывая за собой входную дверь:
— А уж как мне оно нравится — ты бы знала! — он подхватил Ник на руки и понес в спальню.
Она попыталась вывернуться, напоминая:
— Лиииин! Твоя рука!
Он нагло фыркнул ей в ухо, заставляя сжиматься и давиться непрошенными смешками:
— Ники, не вырывайся — уроню же из-за руки. И ей гораздо легче — Закат её хорошо пролечил. Будь он тварью, он начал бы не с лечения, вот точно. Он и Утесу сломанную ногу подлечил… Закат своеобразный, друзьями, нам, быть может, и не стать, но он не тварь точно. Он лорд, этим все сказано, но крайне сдержанный лорд. Мигель в подобной ситуации не стал бы раздумывать. Вот точно не стал бы. Для него спокойствие мира легко покупается несколькими смертями. Я сам… Я не знаю, как бы действовал. Быть может, потащил бы подозрительного ребенка для разбирательств в участок, но точно бы не стал подписывать договор о принце на белом коне. Хотя, орки меня дери, убивать всех случайных свидетелей — тоже перебор, даже учитывая служебную инструкцию.