Жизнь и становление господина мага. Книга I - Детство (СИ)

Как потом надо мной смеялись за спиной, как стал натуральным посмешищем факультета, вот только… ничего не изменилось. Как раньше не общался с коллективом, так и не общался после. И плевать, что до инцидента это было из-за «гордости Блэков».
«Гордость Блэков»… как можно было воспринимать это всерьёз? Это самая обычная спесь, которую я не замечал раньше, воспитанный в своей богатой семье, получая всё, что только захочу, стоило лишь озвучить это вслух.
Я ведь не видел ничего, кроме элитного поместья, и делил остальных лишь на три категории: низшие — другие чистокровные аристократы, слуги — подчинённые, выполняющие приказы, и мусор — маглорождённые и полукровки.
Странно, что с таким ограниченным кругозором я вообще поступил в Хогвартс. То есть… не по своей, конечно, воле — меня туда просто отправили. Да и Вальбурга там уже год проучилась. Я же… просто согласился. Плыл по течению, как рыба.
Прикрываю лицо руками — каким же жалким я был! Ограниченным, непонимающим!
По сути, проигрыш в дуэли стал моим спасением. Лишь начав общаться с… этой девочкой, я стал ощущать, как привычная картина мира постепенно покрывается трещинами. Оказывается, всё не так просто, как я думал.
Выполняя её приказы, зачастую глупые и несуразные, я осознал, что, оказывается, можно выходить за рамки привычного поведения и образа. Что признание не ограничивается длиной родословной и глубиной кошелька. Что есть жизнь за пределами поместья, и она интересна!
И Элизабет показала мне эту жизнь! Даже поначалу, когда мы беспрерывно ругались. Я достаточно быстро обнаружил, что наши с ней перепалки стали приносить… удовольствие? Да, пожалуй, именно так. А первый интерес возник, когда я уловил «неправильность» нашего общения, ведь она вела себя не так, как я привык. Не было заискиваний вассалов, но не было и пренебрежения, как от Вальбурги.
А мне никогда не нравилось отношение к себе со стороны сестры. Когда она стала такой сукой? Это высокомерие ко всем, даже своим родственникам и другим аристократам. Да что там — она даже Альфарда пыталась строить!
То есть… это я сейчас понимаю. А тогда относился к подобному как к данности. Это было нормально! «Мы — Блэки, а значит — остальные нам не ровня». К тому же сама Вальбурга была старше, сильнее, умнее, а значит, имеет право отдавать приказы уже мне. Ха-ха! Вот только глава рода — это я! Я, а не она!
Правда, сейчас это неважно. Не хочу об этом даже думать, особенно после тех событий. Реакция родителей тоже была… показательна.
А Брэйтон… словно глоток свежего воздуха, чистой и холодной воды в раскалённой пустыне. Я даже не заметил момент, когда мы перестали лаяться как кошка с собакой, начав по-настоящему свободно общаться. А потом… тот момент в библиотеке… я был слишком откровенен, пытаясь понять, что же ей нужно, зачем она продолжает общаться со мной, а не просто отдаёт приказы? Это было странно, ведь я изо всех сил стремился указать этой выскочке её место, оскорблял, пытался вывести из себя, а ей… было всё равно. Вот как так? Да, она периодически назначала «наказания», но это была такая ерунда! Вот в семье наказания были… Кхм, ладно, неважно.
Тогда, общаясь с ней, я изо всех оставшихся сил цеплялся за старый, вбитый в подсознание образ мышления «чистокровного аристократа». Как же глупо это было. Элизабет — самая простая девчонка, которая попала в неудачное положение. Или удачное… это как посмотреть.
Ведь теперь, встав на путь настоящего понимания, что хорошо, а что плохо и как должен вести себя истинный маг, я осознаю, что далеко не всем повезло так, как мне. А Эли… ей нужна помощь. Нужно придумать, как избавить её от чрезмерного внимания моей семьи и желающих излишне выслужиться вассалов.
Идеи, как это реализовать, есть, но нужно ещё многое обдумать и кое с кем переговорить. Правда, случится это нескоро. Для начала нужно закончить с лечением и дождаться выписки Эли.
Как ни крути, моя… ха-ха, «госпожа» не заслужила того, что с ней сотворила эта тварь Вальбурга. Когда я смотрел на эту притворяющуюся сильной, но такую хрупкую девочку и то, что с ней стало, то впервые ощутил состояние… когда глаза потемнели, а из сжатых кулаков потёк чёрный дым.
 
Родовой дар и проклятие в одном лице.
Я обязан был отомстить. Ведь Брэйтон — только моя! Лишь я могу наказывать её!
И никогда не воспользуюсь этим правом. Не к ней.
Вот она лежит, погружённая в беспокойный сон, потому что боль беспрестанно мучает всё её израненное тело. Но даже магия не спасает надолго. Периодически она просыпается. Я ловлю её взгляд, но не могу даже дружески взять за руку. Ведь они… изуродованы. Пальцы сломаны, а ногти вырваны. Любое прикосновение принесёт лишь новые страдания.
Как можно было поступить ТАК?! Это же не кровный враг, не убийца родни или какой-нибудь сумасшедший маньяк. Это просто маленькая девочка!
В груди вновь поднимается густая чёрная злоба, направленная на одного человека, который по неизвестной случайности, по прихоти судьбы оказался моим родственником.
Прикрываю глаза и встряхиваю головой. Нет, не нужно вспоминать тот момент. Целители всё поправят, не останется ни следа. Тем более что наш род очень хорошо профинансировал больницу.
«Отомщу», — загорается сознание, ярко-красным цветом впечатывая в самую подкорку мозга эту мысль.
Трясу головой — не думать!
А ещё, когда я ощутил пробуждение дара, сразу смог увидеть часть похожей силы внутри тела Эли. Она ранила её и приносила боль, являясь источником той самой муки, которую никак не снимет колдомедик.
— Целитель! — сразу выкрикнул я, — на ней проклятие моего рода! Я не смогу… не знаю, как его снять, но это оно заставляет чувствовать боль!
Едва сумев рассказать, на основе собственных ощущений и понимания, как это должно работать, я отошёл в сторону и этого дурака Бена придержал, ведь Фэрриш быстро разогнался, начав, словно мельница, махать палочкой, накладывая одно диагностическое за другим, по итогу подтвердив мои слова. После чего нашу одноклассницу и перевели в Мунго. Тогда я не ушёл сразу, став свидетелем того, как целитель рассказывал о травмах Элизабет и чем её лечил…
Переломы, ссадины, синяки, вырванные ногти и сломанные зубы, разбитое лицо, травмы внутренних органов, ожоги, трещины в костях, что потребовало применение целого списка медицинских чар…
А я даже про половину её мук не знал… Её же натурально пытали! Целенаправленно ломали! Такое не проходит бесследно…
В тот миг на глазах будто бы появилась пелена кроваво-красного цвета. Тогда я не выдержал, развернувшись и побежав в гостиную со всех ног. На максимуме своей скорости…
Я убью её. — Эта мысль была до странного спокойной и не несла даже намёка на негатив. Словно свершившийся факт. Я едва замечал с трудом поспевающего за мной Хаффарда. Он что-то говорил, но я не помню, что именно. В голове стояла картинка лежащей на больничной койке измученной девочки, периодически сменяющейся злобно хохочущей тварью Вальбургой.
Лишь сейчас осознаю, что делал, когда ворвался в гостиную. Да и то память обрывочна. Состояние берсерка — тоже родовая фишка. Знаю, что когда всё закончилось, я был одним из немногих, кто не пострадал физически. Меня усыпили и отправили в Больничное крыло, откуда вместе со всеми перевели в Мунго. Вот только… лучше бы это были физические травмы. Подумаешь, отрезали бы руку или попали заклинанием? Лучше это, чем мучиться мыслями о собственном бессилии… Я не смог защитить своего друга, открывшего мне глаза на реальное положение вещей. А всё из-за этой…
А меня ещё и женить на ней хотели.
— Аха-ха-ха-ха! — заливаюсь неудержимым хохотом, но, к счастью, палата была пуста. Мне выделили лучшее место во всей больнице. Как всегда. А вся причина — «нервный срыв», как назвал его тот врач. Как там его? Эдварс или Эдвирс? Неважно. Очередная шишка магической медицины. Не удивлюсь, если это был лучший колдомедик страны. И его отвлекают от действительно важных пациентов, чтобы он помог мне… у которого даже нет травм! Я просто словил «нервное истощение»!