Исход (СИ)
— Если вы не проводите ритуалы с человеческими жертвами и магией не затаскиваете юных благовоспитанных дев к себе в постель — то мы повременим со сжиганием, — криво улыбнулся Рем. — Хотя вас не очень-то и сожжешь, да? В любом случае — не вижу ничего плохого в том, чтоб сотрудничать ради общего блага.
— Ваши бы слова — да Экзархам и магистрам в уши… — вздохнул волшебник. — Опыты на людях не одобряю, так что здесь никаких проблем не предвидится. Да и к юным девам у меня совсем другие подходы… Мне вообще, взрослые женщины больше нравятся. Так кто именно вас интересует? Черный человек?
— Орра, он что, и вправду существует? — удивился Патрик. — Мы отправили парней на кладбище, но…
— Парней? Так вас не двое тут? — настало время Чертополоха удивляться.
— Пять сотен зверобоев в свите герцога Аскеронского, — развел руками Рем, не торопясь открывать инкогнито. — И мы не привыкли сидеть без дела, когда весь город кишит зловредными отродьями и люди пропадают каждый день! Что касается нас двоих — то есть большое желание поохотиться на Великих Горгулий, м? Что скажете, маэстру Чертополох?
Волшебник глубоко вдохнул, а потом пошевелил пальцами, унизанными перстнями, пытаясь привести мысли в порядок:
— Амбициозно! Но мне нравится! Когда начинаем? Сейчас? Скажите, что сейчас, у меня больше сил нет терпеть этого болвана за стойкой, страсть как хочется убить кого-нибудь! Что, правда — сейчас? Тогда я побежал в арсенал, никуда не уходите, подождите меня здесь! Эй, кретин, принеси моим друзьям чего-нибудь выпить!
— Чего он привязался к портье? — спросил Доэрти, провожая убегающего Чертополоха взглядом. — Нормальный же дядька, вежливый…
* * *
Наверняка правоверные оптиматы сильно удивились бы и оскорбились, узнай они о том, что на Церковной стороне по крышам величественных псевдоготических соборов среди ночи шастают два еретика в компании волшебника сомнительной репутации и тыкают мечами в объекты культурного наследия…
Стараясь не шуметь, Патрик, Рем и Эрнест Чертополох передвигались от одного памятника псевдоготической архитектуры к другому. Маг, кажется, знал все соборы с горгульями наизусть!
— Я — коренной кесариец! Родился на Торговой стороне, ходил во-о-он в ту церквушку Святого Роха… Она не такая монументальная и пафосная, как все эти соборы, но мой папаша был знаком с тамошним настоятелем, они пили вместе пивко и играли в шахматы после службы, а я гонял на колокольне голубей, бегал по хорам, читал библиотеку… Дочитался! Папаша думал я буду священником. А я стал волшебником! Бывают в жизни горькие разочарования… — молодецки крякнув, маг перемахнул через парапет, украшенный барельефными херувимчиками, и по нависшему над улицей карнизу побежал вперед.
Он явно намеревался перепрыгнуть на соседнее здание! Расстояние там было приличное — шага полтора, но молодые ортодоксы не хотели уступать более возрастному кесарийскому волшебнику, и, вмиг перемахнув парапет устремились за ним. Разбежавшись, Чертополох перепрыгнул на пологую крышу какого-то административного церковного здания, помахал руками, балансируя…
— Мы близко! Ну что же вы, давайте? — волшебник махнул рукой аскеронцам. — Мы обошли всю церковную сторону, осталось всего два места, и каменные горгульи закончатся… И мы либо подтвердим байки про монстров, либо опровергнем их. Вон, взгляните: колокольня Эсперанца, со шпилем? Отсюда можно рассмотреть чертовы крылья у горгулий по углам, и базилика Всевеликого Феникса, там — только барельефы…
Патрик огромным прыжком преодолел расстояние меж двумя крышами, и теперь пытался рассмотреть в ночной тьме. едва подсвеченной полной луной, редкими фонарями и мерцающими желтыми окнами архитектурные изыски, о которых говорил Чертополох. Аркан глубоко вдохнул, разбежался — и грянулся на противоположную сторону плашмя, всем телом, гораздо менее ловко чем кесариец и южанин, пребольно ударившись коленями. С кряхтением поднявшись он мысленно вознес хвалу Творцу за то, что надел поножи и наручи, иначе расшиб бы себе локти и колени…
— Маэстру, но там нет крыльев! — недоуменно воскликнул Рем. — Никаких горгулий на колокольне Эсперанца!
— О, Боже… — услышать такое от мага было действительно страшно. — Взгляните!
На фоне лунного диска парили, изредка взмахивая крыльями, четыре демонических силуэта. Они нарезали круги над Церковной стороной, как будто выискивая жертву.
— Мне нужно… — Аркан с тихим лязгом потянул скимитар из ножен, не отводя взгляда от круживших в ночном небе чудовищных силуэтов. — Мне нужно, маэстру Чертополох, чтобы вы приманили их сюда. А потом — прикрыли нас, если что-то пойдет не так.
Патрик, которому также достался один из клинков Граббе, следом за своим другом и господино обнажил оружие. Кесарийский маг некоторое время смотрел на двух ортодоксов с мечами в руках как на умалишенных.
— Против четверых? Вы посмотрите на этих тварей! Да они величиной с лошадь, каждая! Не меньше! — проговорил он. — Если встретить их поодиночке, у нас были бы шансы, но…
— Приманите их — и скройтесь хоть за вон той каминной трубой, — голос Буревестника был мрачен. — Поверьте моему опыту — если останетесь рядом с нами, то и вам будет несладко. И не пытайтесь колдовать, после того, как мы схватимся с ними! Разве что нас обоих свалят с ног, или мы будем не в силах сражаться по иным причинам.
— Какого… А-а-а, дьявол! Да пошло оно все! Я сделаю все что вы говорите, но чтоб еще хоть раз… А-а-а, черт… К демонам! — кажется, Эрнест Чертополох задался целью перечислить всех духов злобы поднебесной, но потом замолчал, собрался с мыслями, щелкнул пальцами и проговорил громовым голосом: — Ignis micantes minimum!
С его пальцев в небо сорвался фиолетовый мерцающий огонек — взлетел и лопнул, взорвавшись десятком искр. Горгульи мигом изменили траекторию полета — их силуэты увеличились, приближаясь.
— Ну, для закрепления… — пробормотал под нос волшебник, обливаясь холодным потом. — Ignis micantes minimum secendum!
И снова щелкнул пальцами. Эффект оказался довольно неожиданным: взлетевший в небеса огонек вдруг оказался в самой середине стаи летающих монстров, и, вспыхнув, засыпал их искрами! Твари летали чертовски быстро! Реакция на касание магических искр оказалась громкой: свирепый рык раздался над Кесарией… Пара монстров резкими взмахами крыльев стала набирать высоту, еще две — напротив, устремились вниз, к источнику опасности.
Чертополох рванул за каминную трубу, на крыше остались только два зверобоя. Если молодые люди и боялись — то не показывали этого. Они знали что делать.
Раздался мрачный, но решительный голос Аркана:
— Суди, Господи, обидящих меня, побори борющихся со мною! Возьми щит и латы и восстань на помощь мне, обнажи меч и прегради путь преследующим меня! Скажи душе моей: «Я — спасение твое!»
В тот самый момент, когда две горгульи — эти страшные, демоноподобные твари, нацелились на аскеронцев, выбрали себе цели — послышался негромкий звон стекла, а после — пара щелчков. Время как будто замерло. Страшные клыкастые пасти, навостренные когти и кожистые крылья были уже на расстоянии десяти шагов, пяти… И вдруг — яростным пламенем вспыхнули клинки ортодоксов.
Аркан ударил наискось, не отступив ни на шаг, а потом еще и еще раз, поперек страшной рожи, по глазам, по когтям и крыльям… Горгулья потеряла ориентацию, рухнула на крышу, тяжко опустившись на лапы, и пятилась, пятилась…
— Да постыдятся и посрамятся ищущие души моей! — слова Аскеронского герцога были подобны тяжким камням, вылетающим из осадного орудия, и разили тварь не хуже ударов меча. — Да обратятся назад и покроются бесчестием умышляющие мне зло!
Патрик же в это время перекатом ушел от пикирующей на него твари, одновременно умудрившись полоснуть пылающим мечом по брюху горгульи. Оказавшись в тылу у чудовищного врага, он выкатил из рукава шарик из ладана и угольной пыли, мигом зажег фитиль от горящего клинка — и швырнул снаряд под ноги неистовствующему на крыше чудовищу… Жуткий вопль из глотки горгульи стал свидетельством уязвимости монстра.