Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)
Два лебедя. Или погибнем в разлуке, или станем самыми счастливыми вместе.
Выбор очевиден, и я его наконец-то сделала.
Амина Демина…
Глава 30
На следующий день
Герман
Сердце выбивает рёбра, легкие сдавливает тисками, в висках стучит кровь.
Каждый шаг приближает меня к судьбоносной встрече, на которую я и не надеялся. Каждый метр пути превращается в марафонскую дистанцию. Каждая секунда кажется вечностью.
Выдержка подводит, сознание путается от переживаний, но нежная ладонь Амины в моей руке придает мне сил. Она мой якорь, и я благодарю провидение за то, что мы вместе. Без неё я бы не справился.
- Всё будет хорошо, Герман, - шепчет Амина, сплетая наши пальцы. И я ей верю.
На обледенелом крыльце беру ее под локоть, чтобы не поскользнулась, распахиваю дверь – и мы входим в небольшое, теплое помещение физкультурно-спортивного клуба для детей и подростков.
Именно здесь, по информации моих людей, работает тренером по самбо Михаил Панкратов. Я поручил специалистам выяснить всё о личности, под которой последние семь лет живет мой брат. Какой же неожиданностью для меня было узнать, что он сирота... Вырос в детдоме, после учебы ушел на флот и вплоть до трагедии служил ефрейтором на том же крейсере, где и наш настоящий Миша. Видимо, там и были перепутаны их документы.
Брат вряд ли расскажет, что случилось, ведь он практически ничего не помнит и считает себя другим человеком. Одиноким… Отсюда его дикое желание скорее обзавестись детьми любым способом. Это у нас семейное – идти напролом к цели.
- Добрый день, мы хотели бы поговорить с Михаилом Панкратовым, - вежливо окликаю женщину в холле, и она замирает. Смотрит на меня не моргая, хмурится, будто я сказал что-то очень подозрительное.
- Эм-м-м, Михаил…. - мямлит она после паузы.
- Верно, Михаил Панкратов, - твердо повторяю и чувствую, как Амина робко дергает меня за рукав. – Нам сказали, что он здесь тренирует. Где его зал? Проведете?
- Одну минуту, - женщина растерянно поднимает указательный палец, взмахивает им в воздухе, еще раз окидывает меня внимательным взглядом. – Подождите.
И сбегает, скрывшись за дверью кабинета директора.
- Хм-м-м, - задумчиво выдыхаю, потирая подбородок.
- Герман, ты же похож на Мишу, - тихо смеётся Амина. – Думаю, его коллега вас перепутала и решила, что он сошел с ума, спрашивая сам о себе.
- Тцц, черт, - сдавленно ругаюсь. - Что ж, пойду ей все объясню. Посиди здесь, пожалуйста, - бережно провожаю мою рыжулю к лавке, что стоит у стены. – Неудобно, наверное? – сокрушаюсь, когда она неловко опускается на самый край.
- Всё нормально, не волнуйся. Иди.…
Киваю. Запоминаю её улыбку, которая стала для меня путеводной звездой. Разворачиваюсь, чтобы направиться в директору, как путь мне преграждает толпа ребятишек в куртках и со спортивными рюкзаками за спинами. Они спешат на тренировку, и я с доброй улыбкой уступаю им дорогу.
- Здравия желаю, дядь Миш, - бойко орет кто-то рядом со мной, а потом неожиданно рявкает: - Бой!
Не успеваю отреагировать, как пацан лет четырнадцати наносит четкий, выверенный удар мне в бок. Не сильный, но неожиданный. Закашливаюсь от шока, но не двигаюсь с места, застыв каменным истуканом посередине холла.
- Что-то вы сегодня не в форме, дядь Миш, - скептически тянет мелкий хулиган, закидывает сумку на плечо и, скрипя подошвами об пол, убегает в зал.
Я молча провожаю его растерянным взглядом, заторможено провожу рукой по животу и только спустя пару секунд наконец-то понимаю, что произошло. Губы невольно растягиваются в улыбке.
- Боже, ты в порядке? – ахает Амина позади меня.
- В полном, - выставляю ладонь, жестом попросив её оставаться на месте, и победно усмехаюсь. – Теперь мы точно знаем, что он здесь.…
Надежда окрыляет, и я готов лететь в зал вслед за оравой подростков. Но возвращается та самая женщина, которая приняла меня за Михаила. Вырастает передо мной, нервно кружит по мне глазами и с трудом выдавливает из себя некое подобие вежливой улыбки.
- Панкратов сейчас занят, - говорит и сама себе не верит. Понимаю. – Вы не могли бы подождать в тренерской? Я его позову.
- Как скажете, - покорно развожу руками, заглядывая через её плечо в коридор, где постепенно стихает шум и топот детских ног. Вздыхаю с тоской и иду в противоположную сторону.
Стрелки часов будто останавливаются. Мы с Аминой сидим в небольшой комнатушке, где свалены вещи тренеров, кубки и грамоты, а также некоторый спортивный инвентарь. Судя по всему, в клубе ремонт, поэтому всюду царит хаос. Но дискомфорт меня не волнует – все мысли заняты Мишей, который должен появиться с минуты на минуту.
Тишина давит. Выворачивает душу наизнанку. В голове – сотни сценариев предстоящей встречи, а среди них раненой птицей бьется деструктивная мысль: «Я мог бы найти его раньше, но плохо искал. Потому что не верил»…
Разозлившись на самого себя, я подскакиваю с места и нервно меряю шагами пол. Сжимаю руки в кулаки, прячу их в карманы брюк и останавливаюсь у окна, из которого открывается вид на заросшее травой футбольное поле.
Вдох.… Протяжный выдох… Ни хрена не помогает!
За спиной скрипит дверь…
- Кто вы такие? – грозно гремит на весь кабинет, и я мгновенно узнаю этот хриплый, командный голос. - И какого дьявола вам здесь надо?
- Морского, Миш, - медленно поворачиваюсь. Схлестываемся взглядами, и я не могу сдержать улыбки. - Привет, брат….
Первая реакция – грубо выругаться, дать мне по морде и за шкирку вышвырнуть из клуба – так и остается нереализованной. Читаю это по его вспыхнувшим глазам, в которых отражаются мои.
Мы смотрим друг на друга, как в зеркало. Черт! Близнецы, но в то же время полные противоположности. Мы словно две половины единого целого.
- Мне тебя не хватало, братишка, - тихо признаюсь на эмоциях.
Миша, как обычно, кремень. Изучает меня пристально, не моргая и почти не дыша. Пытается оправиться от шока. Он обращается в огромную, серую каменную глыбу. Ни один мускул на лице не дрогнет, кулаки разжимаются, по виску стекает капля пота после тренировки.
Огонь войны постепенно гаснет, а вместо него на дне его зрачков загорается надежда.
В полном безмолвии отчетливо стучат стрелки часов.
Секунда... Две.… Вечность…
- Герман, - неуверенно выдыхает он, будто в трансе.
- Ты.… вспомнил меня? – делаю шаг навстречу. Бьюсь о невидимую преграду.
- Не думаю, - встряхивает головой, отгоняя от себя наваждение. - Просто имя всплыло в голове.
- Ты угадал…
Рваным движением он оттягивает влажный ворот футболки, тяжело дышит, будто ему не хватает кислорода, и с протяжным, растерянным «Мда-а-а» проводит пятерней по короткому ежику на затылке. Держит меня на расстоянии, словно боится дать слабину и показаться уязвимым. В этом весь Михаил. Суровый Медведь без чувств и эмоций, боевая машина, но под стальной бронёй скрывается обычный ранимый человек, который потерял себя на целых семь лет.
- Бирюк, - бросаю в шутку, уносясь мыслями в прошлое, когда между нами были стычки.
Невозможно подобрать адекватных ситуации слов, поэтому я молча обнимаю брата, ломая его защиту. Ледяной истукан оттаивает, неуклюже хлопает меня по спине.
- Сопляк, - парирует он на автомате. Точь-в-точь как много лет назад.
- Михаил, у вас какие-то проблемы? – врывается в кабинет директор. – Извините, что без стука.
Мы одновременно поворачиваемся к ней, синхронно хмуримся. Она в этот момент наверняка думает, что свихнулась или у нее в глазах двоится. Чересчур любопытная баба, и, если не ошибаюсь, Миша разделяет мое мнение.
- Никаких проблем, - сурово чеканит брат. – Ко мне семья приехала, отмените тренировку.
- Но… - она хочет поспорить, однако так и не решается. – Хорошо. Поставлю вам сегодня выходной. Вы знаете, что я всегда готова пойти навстречу. Вы столько сделали для нашего клуба, вложили силы и средства, - лебезит перед ним.