Рожденный, чтобы жечь! 2 (СИ)

Затем он повернулся к одержимому, который продолжал что-то бормотать себе под нос.
— И напоследок, — сказал старейшина, — советую тебе помолчать. Иначе я лично запихну тебе обратно ту сущность, которая с тобой говорит. И учти, ей там не понравится.
С этими словами старейшина вышел из камеры, оставив Элиаса наедине с одержимым. Послушник был явно напуган, но пытался сохранить профессиональное выражение лица. Одержимый проводил их злобным взглядом, продолжая бормотать что-то неразборчивое.
  
В кабинете старейшины царила напряженная атмосфера. Академики собрались в кружок, обсуждая последние события.
— Изгнание, говорите? — Прозвучал скептический голос одного из молодых академиков. — Не слишком ли это крайняя мера? Может быть, стоит попробовать другие методы? Медикаменты, гипноз…
— Медикаменты? Гипноз? — Старейшина сердито посмотрел на юношу. — Ты думаешь, таблетка аспирина поможет нам справиться с древним злом, которое вселилось в этого человека? Не смеши меня! Это потребует серьезного ритуала, и даже тогда нет никакой гарантии успеха.
— Но что, если мы повредим ему мозг? — Возразил другой академик. — Что, если мы лишим его разума? Если его не изгнал Клеменко, со своими способностями, то наши методы, они… более жестокие и серьезные. Ведь обычным «навыком» мы не уберем демоническую душу.
— Повредим мозг? — Старейшина вздохнул, потирая переносицу. — Боюсь, мой юный друг, мозг этого человека уже поврежден, и довольно серьезно. Что до Клеменко… Клеменко был хорош в теории, но на практике его методы годились разве что для изгнания назойливых тараканов, но не древних демонов.
Он обвел взглядом собравшихся, и в его глазах мелькнул огонек безумной решимости.
— Слушайте меня внимательно, — произнес он, — у нас нет времени на споры и сомнения. Мы должны действовать быстро и решительно. Элиас, ты отвечаешь за ритуал изгнания. Собери все необходимые ингредиенты и подготовь все к завтрашней ночи. Остальные — изучите древние тексты. Может быть, там найдется хоть какая-то информация о том, с чем мы имеем дело.
Атмосфера в кабинете стала еще более напряженной. Академики, понимая серьезность момента, принялись за работу, каждый погрузившись в свои мысли и обязанности. Старейшина же, оставшись в одиночестве, подошел к окну и устремил взгляд на темнеющий город. В его сердце зрело предчувствие, что предстоящая ночь будет самой тяжелой в их жизни.
Между тем, в камере одержимого продолжался безумный допрос. Элиас, вспотевший и нервный, пытался вытянуть хоть какую-то информацию из несчастного, но все было тщетно.
— Ну, давай же, — уговаривал он, — скажи мне, как тебя зовут? Откуда ты пришел? Что тебе нужно?
Одержимый лишь презрительно взглянул на него и разразился хохотом.
— Тебе нужно? — прохрипел он, — Мне нужно? Мне нужно, чтобы ты сдох, старый пердун! И чтобы вся ваша академия сдохла вместе с тобой! Я спляшу на ваших могилах, как обещал!
Элиас вздохнул и протер очки. Этот допрос явно не клеился.
— Ладно, — сказал он, — если ты не хочешь сотрудничать, это твое дело. Но знай, что завтрашней ночью тебе не поздоровится. Мы изгоним тебя обратно в то место, откуда ты пришел.
Одержимый лишь ухмыльнулся.
— Изгоните? Меня? — прошипел он, — Да вы даже представить себе не можете, с чем имеете дело! Я — лишь предвестник! Скоро придут другие, и тогда… тогда вы все пожалеете, что родились на этот свет! И, вообще, старик, ты хоть помылся бы, от тебя псиной воняет!
Элиас, окончательно потеряв терпение, вышел из камеры, оставив одержимого в его безумных бреднях. Он понимал, что из этого человека уже ничего не вытянуть. Единственный выход — ритуал изгнания.
Старейшина, получив доклад о безуспешном допросе, принял решение. Да, изгнание — это крайняя мера, но другого выхода у них не было. Он отдал приказ подготовить все необходимое к ритуалу и одновременно разработал план действий на случай, если что-то пойдет не так.
  
Глава 22
 
Прошла неделя. Напряжение в комнате, как ни странно, спало. Боря продолжал упорно тренироваться, оттачивая свои навыки, я старался не отставать, чувствуя, как магия постепенно становится моей второй натурой.
Антон же всё чаще пропадал в библиотеке, возвращаясь поздно ночью с горящими глазами и кучей новых историй.
Он рассказывал о странных происшествиях, о людях, о символах, которые находили различные группы быстрого реагирования. Ну и конечно же, строил полномасштабные теория заговора, от которых… даже меня начинало подташнивать.
Я отмахивался от его рассказов, как от назойливой мухи, но в глубине души признавал, что его энтузиазм заразителен. И даже Боря, несмотря на свои протесты, иногда прислушивался к его бормотаниям, хмуря брови и приговаривая:
— Хера, как стелет!
Меня же интересовала только одна — особая часть «расследования» этого рыжего недоразумения. Информация про Князя Тьмы. И как оказалось, Антон без прямых пинков и подталкивании в нужную сторону, оказался очень информативным.
Историю о том, что в наш мир должен был вернуться тот, кто держал в страхе большую часть населения я слышал не один раз. Даже, смог проложить линию о том, что я некая реинкарнация этого темного властелина. Правда, доказательств не было и всё это благодушно забылось.
Но вот Антошенька разузнал куда больше, чем я мог себе представить. Оказывается, Князь Тьмы, по версии библиотечных архивов и народных преданий, был не просто злобным тираном, а этаким… недооцененным гением.
Ну, по крайней мере, так Антон это преподносил. Мол, дескать, угнетал народ, но зато экономику Подземного мира поднял, дороги построил, да и вообще, «в его время хоть порядок был!».
Я слушал эти бредни, попивая молоко, и думал:
«Интересно, а Антон вообще понимает разницу между демонами и людьми? Или так, просто треплется сам не зная о чём?»
Но чем дальше он копал, тем больше интересных деталей выуживал. Оказывается, Князь Тьмы имел вполне понятные мотивы для своих действий. Его мир умирал, ресурсы истощались, и он, как правитель, был обязан найти выход. Вот и нашёл… в нашем мире. План был прост и гениален: захватить человеческие земли, перекачать ресурсы, а затем спокойно вернуться домой. Никаких там банальных завоеваний ради власти или удовольствия, только чистая экономика.
И вот тут-то начиналось самое интересное. По словам Антона, Князь Тьмы не был каким-то кровожадным монстром. Он был прагматиком. Он старался минимизировать потери, избегать ненужного насилия и даже пытался наладить контакт с человеческими лидерами. Предлагал сотрудничество, обмен технологиями, совместное развитие. Но люди, как всегда, всё испортили. Испугались, не поверили, начали войну. И Князю Тьмы ничего не оставалось, как ответить силой.
— Херня, — как-то раз, заявил мой тиран. — В любом кинозлодей рассказывает подобную историю перед тем, как его отделают. Так что ты, Антоха, — он покосился на рыжего. — Давай, завязывай.
— Инелесна! — добавил я, не соглашаясь со своим мучителем. — А даше?
— У тебя всё херня, Боряныч, — парировал Антон. — Ну вот смотри, я столько времени потратил ради чего?
— Чтобы забить всякой хернёй свою голову.
— А вот и нет! — Антон встал со своей кровати, подняв палец к потолку. — Теперь, мы хотя бы знаем мотивы Князя Тьмы — в его мире очередная жопа, и он пытается выйти в живой мир, чтобы поднять свой собственный!
Боря изобразил недоумение, затем хлопнул себя по лбу:
— А нам зачем это знать? Как это объясняет то, что в городе ипейшее количество одержимых?
  
— Никак, — кивнул рыжий сосед.
Я, если честно, запутался. Нахмурив свой маленький, карапузный лоб, перевёл взгляд с Антона на Борю. Затем, наоборот. Но так и не смог вкусить истины, ради которой распинался этот рыжеголовый.
«Чего он мелит? — тут даже я ничего не понял. — Ты два дня нам рассказываешь про Князя Тьмы, и теперь говоришь, что это никак… не связанно?»