Позволь мне любить тебя (ЛП)

Дженсен посмотрел на меня, потом снова на телефон.
— Мы просто пытались заработать немного денег на стороне. В Нью-Йорке мы никогда ничем таким не занимаемся. Я клянусь. — Его темно-карие глаза исчезали при каждом драматическом моргании. — Я не знаю, кто нас нанял.
— У вас есть время до завтра, чтобы назвать мне имя того, кто, черт возьми, это организовал, — сказал я ровным, жестким голосом, изо всех сил стараясь не выплеснуть свой гнев на трех идиотов, сидящих со мной в комнате. — Единственная причина, по которой мы терпим вашу семью, — это то, что ты двоюродный брат моей матери. Но поверь, это не помешает мне сжечь всю вашу компанию дотла, если завтра у меня не будет имени.
Джованни спокойно отнесся к моей угрозе, но он знал, что лучше со мной не шутить. Семья или нет, но я имел в виду каждое слово.
— Что ты собираешься с ними делать? Дженсен — племянник моей жены.
Я бросил суровый взгляд на мужчину, лежащего на полу и держащегося за горло, не зная, могу ли я отпустить его, но Мария и Наталья были в другой комнате, разве я мог убить кого-то в их присутствии? Как это на них повлияет?
— Они практически дети, — прошипел я. — Я предлагаю тебе убедить их свернуть свою деятельность и вправить им мозги, когда они вернутся домой. Или я найду их после того, как они уедут отсюда, и сделаю это сам. — Я сосредоточился на мужчине, который придавил Марию, и прищурил глаза в его сторону. — Если ты еще хоть раз прикоснешься к женщине неподобающим образом, ты будешь умолять меня убить тебя после того, что я с тобой сделаю, понял?
Он провел рукой по маленькому проколу на шее, куда я воткнул нож, и кивнул.
— Я проявлю к ним милосердие, Джованни. Обычно я так не поступаю. — Я снова посмотрел на телефон. — Но завтра все изменится, если я не узнаю имя.
— Понял, — это все, что сказал Джованни, а затем я приказал Дженсену закончить разговор.
— Уходи, пока я не передумал. — Пока я ждал, что они уйдут, мой взгляд упал на кровь на белом ковре возле моих ног.
Через минуту или около того я поднял глаза и увидел Райана с коричневым пакетом в руке. Должно быть, дверь оставили открытой, и он решил, что Наталья здесь, и…
Райан посмотрел на меня, затем на пистолет у меня в руке, и пакет упал на пол, а его лицо побледнело.
— Что, черт возьми, произошло, пока меня не было?
Глава одиннадцатая
Мария
— Мафия? — воскликнула Наталья с расширенными глазами, размахивая руками и расхаживая по гостиной. И, судя по всему, это был один из секретов, о котором она не знала.
Я, честно говоря, тоже не знала, что делать и как воспринимать все, что произошло до того, как появился мой зять с бубликами, которые так хотела моя сестра.
Пока что я только надела штаны и одну из толстовок Энцо, чтобы прикрыться. Не то чтобы Райан смотрел на меня, но все же.
— Я не мафиози, — сказал Энцо низким, сердитым голосом, и его взгляд метнулся ко мне, я стояла у стены с окнами. Почему-то казалось неправильным, что солнце проникало в комнату, освещая все вокруг. — Я не знаю, что ты услышала через дверь, но ты ошибаешься.
Райан остановил метания моей сестры и прижал ее спиной к своей груди, положив подбородок ей на голову. Тот факт, что кто-то направил на нее пистолет, вызвал у Райана тик в челюсти, который продолжался с момента его возвращения. Он тоже хотел залить полы кровью этих людей, не так ли?
И, честно говоря, когда мы вышли из кабинета, я ожидала, что на ковре будет еще больше крови. Энцо проявил сдержанность, что означало, он не был тем чудовищем, каким пытался себя выставить.
— Но ведь эти люди из мафии и они как-то связаны с тобой? — спросила моя сестра, все еще в поисках ответов, которые вряд ли Энцо предоставит.
— Мне нужно позвонить Константину, поскольку теперь я планирую поехать к нему. — Энцо оставил ее вопрос без ответа, взял телефон и пошел в свой кабинет.
Я подумала, что ему нужно пространство, но не собиралась ему его предоставлять. Не после того, как какой-то мужчина навалился на меня сверху и приставил биту к горлу, а перед глазами промелькнула моя жизнь. Воспитывать Киару без меня будет невозможно.
 
— Дай ему минуту. — Просьба Райана заставила меня замереть на месте. — Он сейчас на адреналине. И он, наверное, расстроен тем, что позволил трем мужчинам уйти живыми после того, что они сделали.
— А ты расстроен? — Наталья стояла лицом к нему, а я дергала за шнурок капюшона, пока мои мысли бушевали в голове.
Райан поднял ее подбородок и уставился на нее сверху вниз.
— Мужчина наставил пистолет на мою беременную жену, и единственная причина, по которой я не иду за ним, — это то, что я знаю, что ты не позволишь мне убить его.
— И потому что ты хочешь вместе со мной растить нашего сына, а не сидеть в тюрьме, верно? — Наталья скрестила руки на груди и посмотрела на него.
Он наклонил голову, как будто неуверенный в том, что тюрьма может удержать его от убийства любого, кто посмеет причинить вред любимой женщине и его нерожденному ребенку.
— Райан, — зашипела она. — Ты и Энцо, я клянусь. Просто близнецы-братья. — Ее внимание вернулось ко мне, ее руки все еще были сжаты над беременным животом. — Давай пойдем туда, пока он не взорвался. Ему не нужно пространство. Ему нужен разум.
— Я согласна. — И я была рада, что мы с ней на одной волне.
Райан шел прямо за нами, но мы остановились, как только вошли в кабинет. Книжного шкафа на прежнем месте не было, вместо него в стене зияло шестифутовое свободное пространство, открывая вид на вторую комнату.
— Ты знала об этом? — спросила я, указывая на комнату, где на стене висели три больших экрана. Я знала, что Энцо не увлекается трейдингом, как Томас. Так что нет, эти экраны предназначались не для наблюдения за фондовым рынком.
— Нет. — Наталья сжала мою руку, предлагая войти.
Я нерешительно вошла, обнаружив Энцо слева от себя у какой-то небольшой панели управления, а через секунду то, что казалось зеркалом, опустилось, и на его месте появилось не менее десяти видов оружия и множество ножей. Не кухонных ножей.
Ни хрена себе.
— Что это такое? — прошептала я в изумлении.
— Это то, кто я есть на самом деле, — сказал Энцо, не поворачиваясь, и ледяной тон его голоса вызвал мощную волну мурашек по моему позвоночнику. — Настоящая жизнь. Не выдумка. Это я.
Я ударилась бедром о соседний стол, и мой взгляд упал на лист бумаги. Я бездумно схватила его, прищурив взгляд на имени и фотографии. Парень, с которым я встречалась?
— Энцо? — Я моргнула. — Что ты с ним сделал?
Он медленно повернулся.
— Он причинил тебе боль? Прикасался к тебе той ночью?
— Нет. — Я быстро покачала головой, ужас сковал горло, сдавливая голосовые связки при мысли о том, что Энцо может обидеть человека, с которым я ужинала в тот вечер, если бы он тронул меня хоть пальцем.
— Значит, с ним ничего не случилось, Мария, — небрежно заметил он, словно обсуждая сегодняшнее блюдо в ресторане; затем он снова сосредоточился на сборке, похоже, тяжелого кейса, полного оружия.
— Я думала, ты оставил эту жизнь позади, — сказала Наталья. — Зачем тебе эта комната? Экраны? Оружие?
— Потому что никогда не знаешь, что произойдет, — огрызнулся он; затем его плечи опустились, как будто он пожалел о своем тоне. — Я знаю, что вы хотите услышать ответы, но мне нужно убедиться, что никого другого не наняли для преследования моей семьи в Нью-Йорке.
— А почему вас должны преследовать? — спросил Райан.
Энцо закрыл кейс и повернулся к нам лицом, но его взгляд остановился на толстовке. Я опустила глаза и увидела на ней буквы NYU. Бьянка училась там в колледже. Должно быть, она купила ее для него, а теперь…
Его брови нахмурились, когда он сфокусировал взгляд на толстовке.
— Это не имеет смысла, даже в свете новостей, которые я узнал вчера вечером, — медленно начал он. — Их прислали сюда, чтобы избить меня. Не убить. Не предупредить о чем-то. Мы с братьями даже не начали расследование, чтобы привлечь к себе внимание. — Его покрытые татуировками руки скользили по мускулистой груди, пока он изучал нас.