Представь меня (ЛП)

— Что за хрень?
Джо и я все еще смотрели друг на друга, выглядя так, словно мы обе были на грани неловкого смеха, когда подошел Шейн.
— Ты в порядке?
Его глубокий голос ласкал мою кожу, побуждая повернуться и посмотреть на него. Я не хотела этого делать. Но, в то же время, хотела. Именно тот факт, что я умирала от желания повернуться и позволить своим глазам поглотить его, заставил меня стиснуть зубы и повернуться, чтобы посмотреть на него со всем пылом, на который я была способна.
— Что ты здесь делаешь?
— Арестовываю его.
— Разве ты не занимаешься арестом убийц?
Он выглядел немного нервным и поднял руку, чтобы потереть шею, прежде чем ответить.
— Э-э, иногда это переплетается с наркотиками. — Его рука взъерошила волосы, и его напарник Риз подошел к нему сзади. — Я просто хотел быть здесь ради тебя. Убедиться, что с тобой все в порядке.
— Ага, ты бы видела лицо этого парня, когда он увидел твое имя в полицейском отчете и понял, что именно здесь ты работала. Я думал, у него вена лопнет.
— Риз, — голос Шейна звучал низко и предупреждающе.
— Сказал, что мы должны быть здесь, чтобы защитить младшую сестренку МакКейба и убедиться, что с тобой все в порядке. Счастливица, за тобой присматривает так много людей.
Младшая сестренка МакКейба.
— Я просто хотел убедиться, что ты в безопасности от любых неприятных последствий.
Все, что я услышала из пересказа Риз, было младшая сестренка МакКейба. Защитить ее. Я была по горло сыта от необходимости повторять это снова и снова.
— Мне не нужна защита, Шейн. Я не нуждаюсь в том, чтобы меня спасали.
— Я это знаю.
— Так ли это? — спросила я, прищурившись, глядя на него. — Я думала, ты это знал. Я думала, ты относился ко мне как к равной, когда мы были вместе. Но вот опять. — Я оглядела его с головы до ног. — Защищаешь младшую сестренку МакКейба. Обращаешься со мной как с ребенком, который не может стоять на собственных ногах.
— Ты с младшей сестрой Джека МакКейба? Тебе жить надоело, чувак? — спросил Риз.
— Заткнись, Риз, — прорычал на него Шейн. Он глубоко вздохнул и шагнул ближе ко мне, стараясь говорить тише, чтобы слышала только я. — Я скучаю по тебе.
— У нас уже был этот разговор, и все же ты просто не понимаешь этого. Ты дважды бросал меня. Дважды. — Я подняла два пальца, чтобы подчеркнуть свою точку зрения, потому что слова, казалось, не действовали. — И несмотря на все мои заявления каждому мужчине вокруг меня, что я в порядке сама по себе, они постоянно игнорируются, потому что, очевидно, я сама не знаю, что лучше.
— Я совершил ошибку. — Он умоляюще протянул руки, выглядя побежденным. — Ты была права. Я испугался того, что ты заставила меня почувствовать.
Его слова ударились о стену, которую я возвела вокруг себя за последние тридцать шесть часов. Я смотрела ему в глаза, и какая-то часть меня хотела этого. Мне очень, правда очень хотелось ему поверить.
Но потом я вспомнила все те случаи, когда он называл меня ребенком. Я вспомнила тот раз, когда он сказал мне, что я классно трахаюсь, но это было ошибкой. Вспомнила тот раз, когда сказала ему, что люблю его, и практически умоляла его полюбить меня в ответ, а он отверг меня. Вспомнила, как он сказал мне, что я этого не стою. Я видела, что он относился ко мне точно так же, как Джек, мой отец и Хадсон; всегда предполагая, что они знают, что для меня лучше, несмотря на мои прямые желания.
— Тебе нужно уйти. — Я ненавидела легкую дрожь в своем голосе. — Иди и забери своего преступника.
— Джулс, позволь мне помочь.
— Мне не нужна твоя помощь. — Мой повышенный голос привлек внимание снаружи, когда вошел доктор Воет. — Я прекрасно справляюсь сама по себе.
— Здесь все в порядке? — спросил доктор Воет.
Я уставилась на Шейна, пока он тяжело дышал, казалось, взвешивая свои варианты. Риз положил ладонь ему на плечо, как бы давая понять, что пора уходить.
— Да, — сказал Шейн. — Просто задаю несколько вопросов. Сейчас мы уходим.
 
И он повернулся, чтобы уйти, пристально глядя на доктора Воета, когда тот проходил мимо.
— Ты в порядке? — спросил меня доктор Воет, его руки легли мне на плечи.
Я с трудом сглотнула и кивнула, хотя чувствовала себя далеко не в порядке. Особенно, когда я встретила пустые глаза Шейна, когда он выходил за дверь.
Неужели я совершаю ошибку?
ГЛАВА 27
Первый подарок прибыл во вторник. Это был маленький подарочный пакет, который секретарь отдела положила мне на стол. Когда я спросила, от кого это, она пожала плечами и сказала, что это доставил студент. Я сняла оберточную бумагу и вытащила…
Обед? Пиццу на обед.
— Кто, черт возьми, заворачивает пиццу на обед в подарочную упаковку? — спросила Джолин. — Это дерьмовый подарок.
Я заглянула в пакет, чтобы посмотреть, есть ли там что-то еще, и увидела приклеенный ко дну листок бумаги с надписью: «Прочти меня». Конечно, любопытство заставило меня развернуть его, потому что Джо была права, кто, черт возьми, прислал обед в подарок.
Джулиана,
Пиццу на обед, потому что она уже разваливается на части, а я знаю, как тебе нравится есть пиццу по отдельности. Я скучаю по тому, как сидел напротив тебя на воскресном бранче и смотрел, как ты ешь начинку, затем сыр и, наконец, корочку. Ты никогда не замечала, что я наблюдаю, но я всегда это делал. Не могу вспомнить времени, когда мои глаза не были прикованы к тебе.
Я скучаю по тебе,
Шейн
P.S. Моя любимая начинка для пиццы — мясная. Любая. Я решил поделиться, поскольку знаю, что ты любишь зеленый перец, лук, грибы и колбасу. Я также знаю, что ты любишь пиццу только с грибами. По-другому никак.
Я хотела закатить глаза и остаться невозмутимой, но было еще слишком рано, и я была слишком близка к тому, чтобы расплакаться. Я уже собиралась выбросить ее, но Джо сказала, что съест. Я уставилась на дешевый желтый пластик с дрянной корочкой для пиццы и соусом под ней и почувствовала себя собственницей. Это было мое.
Но я постаралась не наслаждаться ей.
***
В среду я получила плоскую коробку, завернутую в простую синюю бумагу. Когда секретарша передала её мне, я бережно держала её, как бомбу. Джолин перевернулась и подпрыгнула на своем сиденье, чтобы посмотреть, каким будет следующий подарок.
С трудом сглотнув, я начала разрывать бумагу, открывая белую коробку для одежды. Открыв ее, я увидела футболку, выглядывающую из папиросной бумаги.
«Давай обнимемся и поговорим о науке».
Я не хотела смеяться над тем, насколько это было идеально. Я не хотела чувствовать, как у меня горят глаза третий день подряд. Я хотела быть равнодушной.
Отложив футболку в сторону, я увидела на дне коробки еще один листок бумаги. Я осторожно развернула его и начала читать.
Джулиана,
Мне нравятся футболки, которые ты носишь. Каждый раз, когда я видел тебя, я с нетерпением ждал возможности прочесть то, что там написано, потому что они всегда заставляли меня смеяться. Я скучаю по тому, как они идеально сидят на тебе, подчеркивая идеальный изгиб твоей груди. Потому что, да, я скучаю по всей тебе. Каждой части.
Прости меня,
Шейн
P.S. Я коллекционирую футболки с логотипом CPD. Главным образом потому, что они бесплатные, но также и потому, что я люблю участок, а они всегда мягкие.
Мое сердце бешено колотилось, а легкие изо всех сил старались не отставать. Проиграв битву, я вытерла одинокую слезинку со щеки и положила футболку обратно в коробку. Джо была достаточно любезна, чтобы не указывать на это, и мы вернулись к работе.
Я поняла, что он делал. Показывал мне, как хорошо он меня знает, и я не могла отрицать, что наслаждалась его вниманием, но это было так больно, потому что я приняла решение. Почему все эти усилия не предпринимались раньше? Почему я должна была быть раздавлена, чтобы он решил, что ему не все равно?