Барон Чернотопья (СИ)
В Эделлоне была достаточно простая градация магических умений, и я решил придерживаться ее. Но, в отличие от весьма условного разделения местных чародеев, у меня были четкие границы уровней оперирования эфиром. Пришел я к ним не с первой и даже не с пятой попытки, но все же получилось.
Ученик был первой ступенькой. Сюда входили все, кто только начал осваивать магическую науку, и находились на этом уровне вплоть до того момента, как могли самостоятельно, без опоры на ритуалы и наговоры, совершать магическое воздействие. Молча, без жестов и прочих костылей. Здесь я планировал делать основной акцент на общую теорию, разбирая сами основы чар.
Адепт делал упор на свою врожденную стихию и познавал азы управления ей. А кончался этот уровень на создании артефактов с помощью своего дара, без привязки к ингредиентам и внешним накопителям. Таким образом мой адепт сможет создать амулет, просто взяв в руку носитель.
Подмастерье делал упор не на магию, а на теорию артефакторики. Начиная с этого уровня, в ход уже шла тяжелая артиллерия— этерний, его влияние на эфир, создание сложных артефактов с магической составляющей, также набранной из собственной силы.
Мастер — уже серьезный специалист в своей стихии. Полное понимание работы с эфиром для своего дара. Этот уровень предназначался для большинства чародеев, так как за эти пределы им шагнуть будет весьма непросто, ведь потребуются дополнительные знания, на первый взгляд с магией никак не связанные.
Магистры — первая ступенька верховного мага. Углубленное изучение эфира как самостоятельного поля, абсолютный контроль собственной стихии, знания точных наук и умение их применять в связке с даром и внешними источниками магической энергии.
Архимагистром мог стать только тот чародей, который способен на одном усилии воли создать хотя бы крошку этерния. Технически выше этого уровня человеку уже не подняться никак, потому что для более углубленного взаимодействия с эфиром потребуется избавиться от телесной оболочки и стать живым воплощением собственной стихии. Но вряд ли кто-то всерьез будет рассматривать такой вариант, ведь обратная дорога невозможна — такой маг растворится в стихии очень быстро, а вернуться к бытию человеком вновь уже не сможет.
Закончив с градацией, я принялся дробить полученные от Марханы знания по направлениям. Но если раньше у каждого дара имелись свои уточняющие специализации, теперь любой из мастеров обязан был знать от и до все, что связано с его даром.
Отложив ручку, я отрезал еще один кусок мяса и закинул его в рот, прикрывая глаза от удовольствия. Работа шла не быстро, да и я не особенно торопился — прежде чем вся теория будет подготовлена, уйдет не один год при самых лучших раскладах. Ведь мало написать один исчерпывающий труд по каждой из стихий, нужно еще и правильно распределить знания между уровнями.
А затем, когда эта часть подготовки будет окончена, распечатать сотни учебных материалов, по которым будущие чародеи станут заниматься. И вот здесь могут возникнуть серьезные проблемы.
На то, чтобы открыть собственную типографию, нужны помещение и деньги. Никакого цензора надо мной стоять не будет, я волен в своем баронстве выпускать хоть анекдоты, хоть политические пасквили. Главное — платить налог в королевскую казну.
Но стройка — дело сложное. В моем Чернотопье, например, могут поставить деревянную избу за световой день. Вот только кто же в деревянном доме станет хранить легко воспламеняющийся материал? Поэтому для начала нам потребуются каменные сооружения.
И для этого я планировал привлечь магов Земли. За небольшую плату они легко согласятся помочь маленькому барону. Но прежде, само собой, нужно с этими чародеями встретиться, все обсудить и вообще наладить контакт. Просто так меня выслушивать никто не станет и заказов никаких не возьмет.
Кроме того — закупка бумаги тоже требует как связей, так и денег. Нет, как и всякий землянин, я прекрасно помню, что ее делают из целлюлозы, но что это такое? Как выглядит, как ее изготовить, как обрабатывать? В этом была основная моя проблема — я знаю, как включить телевизор с пульта и могу с умным видом щелкать каналы, но как он работает, объяснить не смогу.
Поднявшись из-за стола, я прошел к сложенной в соседнем кресле стопке книг. Альманах со списком аристократов был мной отложен заранее. За его изучение я и взялся — нужно понимать, к какому роду обращаться с деловым предложением. И уже сейчас строить планы по созданию определенной деловой репутации в аристократическом обществе.
За этим занятием меня и застала Дия. Девушка поднялась из подвала и, отряхивая руки, будто те были чем-то испачканы, с улыбкой наблюдала, как я вожусь со своими тетрадями.
— И как успехи? — спросила она, садясь в кресло напротив моего. — Уже составил план, кого станешь убивать ради захвата их территорий на этот раз?
— Да вот пока еще думаю, — оценив шутку, ответил я с улыбкой. — Проголодалась?
— Есть немного, — кивнула Гриммен. — Но меня больше тревожит твоя готовность воевать с целой страной, Киррэл. Мне кажется, ты много на себя берешь, и… Мы с тобой связаны, я никогда об этом не забываю.
— Как и я, — заверил ее в ответ. — Угощайся, шейка получилась хорошо. Маринад мне все-таки удался.
Это правда, оказалось не так-то просто подобрать правильные пропорции. Уж не знаю, с чем это связано, но пришлось опытным путем устанавливать количество специй и соусов, прежде чем у меня вышло приемлемое качество. То ли в ингредиентах маринада что-то не так, как на Земле, то ли в самом мясе. Однако факт оставался фактом — если делать по рецепту из моей прошлой жизни, неизменно получается паршиво.
— Спасибо, — вежливо кивнула та. — Так все-таки, Киррэл?
Я наколол разрезанный квадратик свинины и, макнув в соус, забросил его в рот. А прожевав, запил чаем.
Все это время Дия смотрела на меня внимательным взглядом, стараясь прочитать по лицу, о чем я думаю.
— Сдавать Фолкбург не в моих интересах, — сказал я. — Захватить город у Вильгельма не хватит сил. Он сейчас штурмует подходы к столице, а мы стоим на отшибе от основных транспортных артерий. Чтобы всерьез заняться Фолкбургом, ему придется снимать необходимые сейчас на главном направлении силы. Как ты понимаешь, его армия не бесконечна.
— Но она есть и она сильна, — прокомментировала Дия.
— Не настолько, чтобы быстро брать города и укрепления. К тому же с каждым днем войска аристократов спешат дать ему отпор. Затягивать вторжение не в интересах его величества «Ифрита».
— Но какое-то количество отрядов он к нам направит все равно, — сказала она. — А ты чуть не умер, будем говорить прямо, сражаясь с одной только тысячей солдат. Что ты станешь делать, когда их будет хотя бы две?
Я пожал плечами и принялся отрезать очередной кусок мяса.
— Сейчас есть три кулака риксландской армии. Западный идет на столицу целенаправленно, центральный блокирует границу королевского домена, а восточный, направленный против нас, насчитывает всего семь кентурий, каждая по тысяче человек. Притом что одну кентурию мы уже проглотили, их осталось всего шесть.
Дия внимательно меня слушала, не задавая пока что вопросов.
— Итак, нам известно, что у врага есть шесть тысяч солдат и примерно еще тысяча двести человек обслуги. Это количество нужно растянуть на территорию порядка трех дней пешего пути. При этом, как только Вильгельм оголит восточный фронт, его сомнут. Кентурия даже одна представляет собой серьезное соединение, но и армия аристократов знает, с какой стороны за меч браться. Так что не менее четырех кентурий останется прикрывать эту часть Меридии. То есть, на нас пойдет максимум две тысячи четыреста человек.
— Откуда такая уверенность?
— Кроме провизии, брать в Фолкбурге нечего, моя дорогая, — хмыкнул я. — Но армия Риксланда не нуждается в нашем зерне, большинстве из которого и так отсутствует в городе. Мы продали все на ярмарке, а себе оставили только необходимое для собственного пропитания и посева. Таким образом, с нас нечего взять.