Отмороженный 9.0 (СИ)

Выбравшись наружу, понял, что обшивка выдержала каким-то чудом. Вся ее поверхность была изъедена глубокими бороздами. В последние часы от кислоты нас отделял тончайший слой, который стал ломаться, как крышка, при любом касании.
Отвлекшись от разломанного модуля, осмотрелся вокруг. Вот это я пониманию генеральная уборка!
Внутрянка архелона блестела так, как будто тут тысячи крошек Сорти под командованием мистера мускула обработали хлоркой каждый закуток. Взвеси не было. Со стен и с земли исчезли все наросты и поры. Не было льда, валунов, а вместе с ними и остатков арсенала. Я оказался внутри абсолютно чистой структуры со своей, только ей одной понятной геометрией.
И кажется гармонией! В этой замкнутой экосистеме зарождалась жизнь. В глобальном смысле слова!
На ближайшей ко мне стене рассмотрел прозрачную гроздь, похожую на виноградную, только крупнее раза в четыре, а на ней проявились «розовощекие» кругляшки, которые широко улыбались беззубыми ротиками. Милота, ничего не скажешь.
Будущие зубастики были похожи, скорее, на красивые елочные игрушки, чем на страшных чудовищ, способных оттяпать тебе конечность. Между новообразовавшихся гроздей тянулись молодые, упругие корни белого цвета.
Трогать на всякий случай не стал. Взвалил «Защитника» поперек плечей словно коромысло и пошагал к выходу, невольно улыбаясь в ответ прозрачным зубастиками.
Бодро прошагал коридор, отметив, что в нем больше не было ни коробов с турелями, ни дверей, и добрался до люка. Закинул на край трос и, удостоверившись, что тот держится крепко, медленно полез наверх. А потом и вытащил дроида, не забыв про молот и щит.
Выбрался на поверхность, врубил всевозможные маскировки и пошел в сторону ближайшего края. Архелон, похоже, спал. Так сказать, перезарядился и теперь изволил отдыхать. А монстры, наоборот, еще не проснулись — на карте только-только начинали появляться красные маркеры. Их, похоже, тоже неслабо так тряхнуло.
— Пока, дружище, спасибо, что не угробил, — сказал я архелону и скатился с тела-горы к ближайшему выступу.
Я уже просто засыпал на ходу, поэтому остатки сил потратил на то, чтобы найти подходящее укрытие. Путь до машины я просто уже не осилил бы. Тем более, погода все так же оставляла желать лучшего.
Ближайшая пещера, свободная от монстров и завалов, попалась мне километра через два. Забрался внутрь и, притулившись у ледяной стены практически в обнимку с «Защитником», вышел из синхронизации.
Вы покидаете центр управления «Буревестника». До рассинхронизации 5, 4, 3…
Буду через 15 мин… но это не точно…
В буквальном смысле выполз из кресла с единственной мыслью — дойти до кровати. Все же решил хотя бы умыться, а вот завтрак, обед или ужин (даже на часы не хочу смотреть) отложить до более бодрых времен. С наслаждением умыл лицо холодной водой.
Ощутил, что меня еще как будто бы покачивало. Болтание на протяжении нескольких часов в кислоте в закрытом боксе все же не прошло бесследно для вестибулярного аппарата. Но такая мелочь точно не помешает мне уснуть. «Вертолеты» я еще в прошлой жизни научился успешно побеждать.
Нацелился завалиться в кровать и уже стянул с себя футболку, как услышал звонок тач-панели.
Мелькнула мысль, что это может быть Кира, которая почти не выходила на связь с тех пор, как уехала на задание «Северкрафта».
Посмотрел на экран. Константин Абрамов.
— Алекс, — услышал я бодрый голос отца Боба, — срочно приезжай в Центр. Мы готовы к копированию модуля.
 Глава 16 
— Прямо так срочно? — я зевнул. — Заранее как-то нельзя было предупредить.
— Прости, — Абрамов отзеркалил и тоже зевнул. — Альбинос чувствует приближение энергетической бури, говорит, что шансы на успех будут выше. Собирайся, машина уже выехала за тобой. Мастер-форму не забудь. И своих, кого надо тоже прихвати.
 
— Хорошо, — я отключился и посмотрел на часы.
Четыре часа утра. Понятно, почему все зевают. Надо Эбби поднимать и Николаича. Точнее, только Николаича и пусть подругу свою сам будит, я не рискну под тяжелую (в прямом смысле этого слова) руку попасть. Добрался до кухни и увидел, что будить никого не надо. Николаич сидел за столом и гипнотизировал тонкую дымную струйку, поднимающуюся над чашкой кофе. Непроизвольно, шумно втянул аромат, переполошив скаймастера.
— Что? Буря будет?
— Ты тоже ее чувствуешь? — удивился Николаич.
Я задумался, прислушиваясь к себе. Чертов заменитель арабики, кажется, перебил все другие чувства. Голова тяжелая, конечно, но это от недосыпа. Спину ломит, но это от местных неудобных кресел.
— Нет, — признался я. — Альбинос вызывает модуль копировать.
— Хм, — кивнул Николаич, — разумно. С тобой можно?
— Нужно. И Эбби поднимай, машина уже ждет.
Через десять минут мы уже запускали на парковку небольшой тонированный микроавтобус и сопровождавшие его два джипа с охраной. Из первого выскочил Самсон. Свежий и бодрый, сияющий даже больше, чем рассвет, поднимавшийся над городом.
— Не много охраны? — фыркнула Эбби. — Думаете, сбежим?
— И я рад тебя видеть, о хмурая стальная Эбби, — улыбнулся Самсон, ничуть не смутившись. — Думаем, что кто-нибудь может приделать ноги ценному артефакту. Или просто вы куда-нибудь влезете, а мне потом разгребать. Готовы?
Я кивнул. Мысленно похлопал себя по «карманам». Так, в кобуре под мышкой пистолет, на предплечье браслет с джампером, фрагмент мастер-схемы в рюкзаке за спиной. Лежит на компактно сложенном скафандре Бенджамина. Атаки мы не ждали, тем более никаких подлянок от «Северкрафта» тоже, но как-то так спокойней выходить из «дома» без Ориджинала.
— Тогда по машинам, — Самсон жестом пригласил нас в микроавтобус, и когда мы пересекли дверь шлюза, сказал кому-то в рацию. — Парни, снимаемся.
Из переулка появился джип, потом в соседнем ангаре открылись ворота и оттуда выехали еще два. Четвертым сорвался грузовик, который уже неделю как стоял на обочине и изображал из себя передвижной рекламный щит. Все машины встроились в нашу колонну, и мы, наконец, поехали.
На невысказанный вопрос, но очень красноречивый взгляд Эбби, Самсон лишь пожал плечами. Ну, да, странно было бы, чтобы «Северкрафт» не стал страховаться.
Довольно быстро стало понятно, что едем мы не в главный офис. Корпоративные башни мелькнули в боковом зеркале и с каждым поворотом лишь отдалялись. Минут через десять я даже перестал узнавать знакомые улицы. Хотя что там узнавать, я же не Роберт, который здесь все излазил. Только центр и знаю.
Мы проехали мимо крупного блокпоста, где на вышке, уже не скрываясь возможных утечек, стояло три Дженерика.
— Ага, открыто запустили в серию, — Самсон заметил мой взгляд.
— Продаете?
— Пока только хвастаемся, — усмехнулся Самсон. — Акции растут, да и народу спокойней, когда они видят, что хоть у кого-то есть план, как ответить фоггерам. Ну и конкуренты бесятся. Мелочь, а приятно.
Машины остановились перед высокими воротами, за которыми нас встретили уже не только Дженерики, но и два танка, охранявшими въезд. Мы въехали на большую территорию, одновременно похожую и на промзону, и на военную базу. По периметру, через каждые сто метров стояли, стояли вышки. Внутри разместилось с десяток стальных ангаров, разделенных прямыми бетонными дорогами. А в центре высилось пятиэтажное круглое здание из стали и стекла с логотипом «Энигмы».
Но туда мы не поехали, «растеряли» по дороге весь конвой, а наш микроавтобус свернул на боковую улочку и через две минуты спустился по пандусу в гараж неприметного серого бункера. Мы проехали двойной шлюз: обычное помещение, за ним стальной карман с четырьмя турелями под потолком и парой десятков бойниц по периметру стен, и только потом уже обычная парковка.