Варвар-пришелец

Они одеты в простые кожаные туники и штаны и вооружены до зубов.
Значит, это не дружеская встреча.
– Раахош! Мы искали тебя, – дружелюбный подходит, чтобы похлопать Раахоша по спине, но Раахош скалит зубы и свирепо смотрит на него, отодвигая меня за спину. Пришелец выглядит удивленным такой реакцией. – Ты же знал, что мы придем. Вектал направил нас по твоему следу сразу после того, как мы не нашли отклик в человеческих женщинах. – Он прижимает руку к сердцу и делает вид, что очень расстроен.
  
Второй не проявляет никаких эмоций.
– Привет, я Лиз, – говорю я, выходя из-за спины Раахоша и протягивая руку.
Они смотрят на меня, как на сумасшедшую, и недружелюбный отводит свое копье в сторону.
– Нет, я не тянусь за твоим оружием. Это человеческое приветствие, – я трясу рукой в воздухе. – Чтобы представиться друг другу.
Раахош хватает меня и тянет назад, прежде чем пришельцам удается рассмотреть мою руку более внимательно.
– Она моя пара, – выдавливает он сквозь зубы. – Мы нашли отклик друг в друге. Здесь нечего обсуждать.
Я шлепаю Раахоша по руке, потому что начинаю выходить из себя.
– Если ты закончил строить из себя неандертальца, то я могу взять слово, спасибо.
Прибывшие переглядываются.
– Меня зовут Аехако, – говорит дружелюбный, а затем указывает на своего приятеля. – Это Хэйден. Ты Лизх? – спрашивает, он улыбаясь.
– «Лиз», – поправляю я его произношение.
– Это неважно, – говорит Раахош и снова пытается оттащить меня. – Они должны называть тебя «пара Раахоша».
Я хмурюсь, услышав это.
– Попридержи свой язык. Я что, больше не личность?
– Конечно личность, – уверяет меня дружелюбный. – Он просто проявляет чрезмерную заботу. Такое происходит с каждым новоиспеченным резонансным партнером, – Аехако выглядит сконфуженным, а на лице Хэйдена усмешка.
Хэйден вздергивает подбородок.
– Ты в точности, как твой отец. Игнорируешь правила, когда тебе это удобно. Импульсивный, упрямый и глупый. Сын своего отца.
Это явно не комплимент, и Раахош начинает терять самообладание. Он кривит рот и оскаливает зубы.
– Мне не хотелось, чтобы моя история закончилась так же, как ваша.
Хэйден рычит и бросается на Раахоша, повалив его на землю.
Они отталкивают меня в сторону, и я вскрикиваю, падая задницей в снег. Аехако пробивается вперед, чтобы разнять их, но Раахош, рыча, отталкивает обоих и заботливо помогает мне подняться на ноги. Он снова прижимает меня к груди и гладит мои косы, сердце бешено колотится в его груди.
«Проявляет чрезмерную заботу» – это еще слабо сказано».
– Я в порядке, – успокаиваю я, похлопывая его по руке. – Просто не понимаю, что происходит.
– Собирайте вещи, – осторожно говорит Аехако, а затем переводит взгляд на небо. – У нас в запасе пара часов до захода солнца, чтобы добраться до племенных пещер. Рокан говорит, что через несколько дней будет буря, а ты знаешь, что он никогда не ошибается.
Я смотрю на Раахоша.
Он задумчиво касается моего подбородка.
– Не усложняй все, – предостерегает Хэйден.
Раахош продолжает гладить мой подбородок.
– Мы идем с вами.
Где-то через час мы возвращаемся в маленькую уютную пещеру, которая стала для нас с Раахошем домом. Аехако весело болтал всю дорогу, ведя монолог. Раахош и Хэйден молчали. Я тоже помалкивала, наблюдая за всеми тремя и пытаясь найти свое место.
Они ведь пришельцы. Их культура отличается от земной, и то, что для нас считается нормальным, для них может оказаться большой проблемой. Поэтому я наблюдаю и стараюсь все впитать.
Надо отдать им должное за то, что пока мы шли, они говорили по-английски, и я не чувствовала себя одиноко. Аехако крайне удивлен при виде нашей пещеры и хлопает Раахоша по спине за то, что он обустроил себе такое уютное гнездышко «прямо у них под носом». Однако Раахошу не по душе все происходящее. Он хорошо умеет скрывать свои эмоции, но я чувствую его гнев и разочарование.
– А это что такое? – спрашивает Аехако, поднимая мой лук.
– Это оружие, – отвечаю я, перекидывая его через плечо и не забыв прихватить сумку со стрелами. – Я хожу с ним на охоту.
– Охоту? – он хмурит брови. – Но ты же женщина. Тебе не следует охотиться.
– Я что, свернула не туда и приземлилась на планете Шовинист? Черт побери, я имею право охотиться! Ты думаешь, дикие животные будут так очарованы моими женскими прелестями, что поведутся на них, как какой-нибудь…
Раахош успокаивающе кладет руку мне на плечо.
– Женщины моего племени не охотятся, помнишь? Их слишком мало.
Я фыркаю.
– Мы еще на это посмотрим. Вообще-то, женщин уже стало в три раза больше, чем раньше.
Я устраиваю целое шоу, демонстративно поправляя лук на плече и испепеляя взглядом Аехако и Хэйдена.
Аехако стоит в замешательстве.
Мы забираем из пещеры еду и лишние одеяла и наполняем кожаные пузыри водой. Я аккуратно сворачиваю оставшиеся шкуры и оглядываю пещеру в последний раз. Мне становится грустно от того, что мы уходим. Я с нетерпением жду встречи с Джорджи, Кирой и остальными девочками, но должна признаться, что жить в этой пещере было довольно… приятно. Уютно. Уединенно.
Мне даже нравилось проводить здесь время с Раахошем. Я привязалась к этому здоровенному дурню. И как только я обустроилась, мы снова переезжаем… Мне не хватает места, которое я бы могла назвать домом.
Но потом Раахош берет меня за руку, и чувство потери улетучивается. Вместо этого я испытываю легкое раздражение из-за того, что наша маленькая идиллия была нарушена в тот момент, когда градус секса в пещере приближался к наивысшей отметке.
Пришельцы обломали нам весь кайф. Проклятие!
* * *
Какое-то время мы идем в направлении заката. Я бы сказала, что мы движемся на запад, но так может быть на Земле, а это место определенно не Земля. Когда небо окрашивается в розовый с примесью оранжевого, мы разбиваем лагерь в небольшой рощице. Аехако собирал навозную стружку по дороге, и теперь у него полная сумка топлива.
Может, и к лучшему… что я не пожала ему руку.
Мы устраиваемся на ночлег у костра, и Хэйден направляется к ближайшему холму, сказав, что он первым заступает на дежурство. Это меня устраивает. Он далеко не весельчак, и у меня остался Раахош на случай, если я захочу пообщаться с кем-то, кто выражает эмоции тихо.
Я устраиваюсь у огня, закутавшись в меха, и Раахош, взяв копье, наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку.
– Я добуду для тебя немного свежего мяса.
– Что? Но…
Я смотрю, как он покидает наш маленький лагерь, и остаемся только мы с Аехако, который подбрасывает в огонь еще немного топлива. Я бросаю на него хмурый взгляд.
– Ты не собираешься пойти за ним?
– Зачем? – Аэхако пожимает плечами. – Он вернется. Ты же здесь.
Ах, значит, ваш заложник не Раахош, а я. Вот вы и попались. Хотя он прав… пока я здесь, Раахош никуда не денется. От одной мысли об этом у меня сразу теплеет на сердце. Что бы ни случилось, Раахош прикроет меня, и я полна решимости сделать для него то же самое.
Но сейчас у меня болят ноги, и так приятно посидеть у огня, даже если холодно, и у нас нет крыши над головой. Я пододвигаюсь ближе к огню и приподнимаю свои мокрые ботинки, чтобы они могли немного просохнуть.
– Расскажи, как дела у остальных. С ними все в порядке?
– Все здоровы, насколько это возможно, – успокаивает меня Аехако, и его губы расплываются в улыбке. Несмотря на ситуацию, этот парень вызывает симпатию. Думаю, он не может не нравиться. – Твои друзья принесли с собой радостные вести для нашего народа, – говорит он. – Долгое время мы думали, что резонансная пара – это несбыточная мечта, а теперь эта мечта станет реальностью для многих.
  
Его слова вызывают во мне тоску по Раахошу. Я осматриваю рощу, но моя «пара» (я все еще пытаюсь смириться с ярлыками) выпускает пар, добывая ужин.
– Это хорошо.