Поцелуй ангела

Он провел в барах уйму времени. Несмотря на существующий стереотип, на деле бармены — плохие слушатели. В противном случае он просиживал бы там меньше. Но эта девушка действительно слушать умела. Она кивала, смеялась, смотрела женщине прямо в глаза, что не мешало ей энергично трясти шейкер. Встряхивая особенно сильно, она задевала щеку рукавом. А вот над чем-то засмеялась. Он мог сказать, что это был хороший смех, от души.
«Маргарита» показалась ему заманчивой идеей.
Прежде чем сделать заказ, он подождал, пока освободится место возле парочки среднего возраста. Фирменная «Маргарита» со льдом и солью. Хороший, безликий, незапоминающийся заказ. Потягивая коктейль и подслушивая разговор барменши с супругами, он узнал блондинку получше. Она мечтала о писательской славе. Два опубликованных рассказа, несколько эссе для глянцевых журналов и один неизданный роман. Сейчас она работала над своим первым триллером, пытаясь по совету агента сочинить коммерческую вещь. Главной героиней была женщина-полицейский из небольшого городка, которая вдруг поняла, что ее сын — серийный убийца.
Он также подслушал разговор барменши с лысым коллегой, попросившим поменяться с ним сменами во вторник и четверг. Она бы вышла вместо него с 11 до 17.30, а он бы поработал в ее время — с 17.30 до полуночи.
— Спасибо огромное, — поблагодарил лысый.
— Не проблема, — ответила она. — Будет даже приятно провести вечер по-человечески.
Вот так, заглянул всего на минутку, а он уже знает о ее ближайших планах.
Сделав знак, что хочет рассчитаться, он получил чек, на котором рядом с указанием даты и времени стояло имя: Рейчел. С него причиталось 12 долларов. Открыв бумажник, он провел пальцем по сотенной, и улыбнулся, вспомнив, что нашел ее в сумочке Челси. Но вместо нее он достал десятку и пятерку и оставил обе купюры на стойке. Не слишком скупо, но и не слишком щедро.
Сейчас вечер вторника, девушка вот-вот закончит одну из двух дневных смен, запланированных на эту неделю. Держа в руках кофе, он из окна булочной наблюдал, как барменша застегнула свое бежевое пальтишко и помчалась, лавируя между машинами, на другую сторону 5-й авеню.
На углу 15-й улицы она прошла прямо у него перед носом. Он опустил голову и направился к двери, также выходившей на 15-ю улицу.
Сейчас он шел примерно в девяти метрах позади нее. Ощущал легкий аромат ее сладковатых духов. Наверное, побрызгалась перед уходом, чтобы отбить запах еды, решил он.
Мужчина заметил, что на ногах у девушки черные мокасины на плоской подошве, и понадеялся, что в нерабочий день она сменит их на что-то менее практичное. Такая энергичная и пышущая здоровьем девушка в удобной обуви может и сбежать.
Она подняла руку, сдернула с волос резинку и тряхнула головой. Волосы разлетелись и легли светлыми волнами. Он мельком увидел профиль девушки, отразившийся в витрине японского ресторана. Распущенные волосы ей шли.
Не дойдя до парка на Юнион-сквер, она свернула и исчезла за какими-то дверями.
Он пересек 15-ю улицу и пошел прямиком к парку. Краем глаза он поглядел туда, куда пошла девушка. «Парк-бар».
Дойдя до западной части Юнион-сквер, он нашел свободный закусочный столик у края тротуара. Он посидит здесь, подождет. И понаблюдает.
Терпение. Осмотрительность. Упорство. Правильное время.
Он свою цель выбрал. Теперь надо выяснить распорядок ее дня, изучить привычки. Челси застала его врасплох. На этот раз никаких неожиданностей быть не должно.
Сидя за столиком на Юнион-сквер и наблюдая, как пассажиры подземки устремляются к своим поездам, он понял, что улыбается и вспоминает строки знаменитого романа Джека Финнея «Меж двух времен»: «Внезапно мне пришлось закрыть глаза, ибо слезы навернулись от почти безудержного трепета, что я нахожусь здесь. Дамская миля была прекрасна — тротуары и фасады зданий переливались вывесками женских магазинов…»
Вот и он сейчас испытывал почти безудержный трепет от того, что находится на Дамской миле.
  
Глава 20
  
— Тебе чего взять, Хэтчер?
— Черный «Джонни Уокер». Со льдом.
— Уже неделю вместе работаем, а я до сих пор не знаю, что ты пьешь, — поражался Роган. — Непорядок.
Несмотря на то что Элли очень хотелось домой — плюхнуться в ванну, растянуться на диване, — это было ее первое в 13-м участке приглашение на служебную пирушку, и она не собиралась прошляпить такую возможность. Арест Джейка Майерса отмечали в «Бандюгах», полицейском баре на 3-й авеню, между 12-й и 21-й улицами.
И хотя эта обшитая деревянными панелями пивнушка, когда-то названная в честь одной из местных ирландских банд, а теперь пестревшая наплечными знаками различия сотен полицейских и пожарных, была традиционным местом сборищ для сотрудников 13-го участка, Элли впервые отправилась туда со своими коллегами. До этого ее единственный раз приводил сюда Джесс после первого дня ее работы в отделе убийств. Это заведение было не в его вкусе, но недалеко от работы, к тому же в «счастливые часы» выпивка стоила здесь всего два доллара, а потому «Бандюги» оказались одним из тех редких мест на Манхэттене, где он мог заплатить по счету.
Сегодня вечером проставлялся Роган, поэтому притащилась половина отдела, даже те, кто не имел никакого отношения к делу Челси Харт. Когда приходит время праздновать, успехи одного становятся событием для всех.
Завидев в глубине бара знакомое лицо, она сделала Рогану знак, что скоро вернется.
— Привет, чужак.
Питер Морс поздоровался, чмокнув Элли в щеку. Она непроизвольно оглянулась — убедиться, что никто этого не заметил.
— Откуда ты узнал, что я буду здесь? — удивилась она.
— А я и не знал. Я с Киттри встречаюсь. — Питер глянул на часы. — Это он предложил пойти сюда, а сам уже на пятнадцать минут опаздывает. Похоже на него.
— Он тебя вчера заставил сидеть допоздна, при этом первым под статьей поставил свое имя, а ты с ним пить собираешься? Я думала, ты его ненавидишь.
— Не важно, он босс. И вообще, теперь вокруг него все на цыпочках ходят, после того как Джастин случайно подключилась к его телефону и подслушала, что некий доктор говорил с ним насчет опухоли. Я уверен, она все это выдумала, чтобы насолить мне, но я не собираюсь рисковать и выглядеть засранцем по отношению к нему. Он хотел работать вместе по делу Харт — и я работаю. Он хочет со мной выпить — я выпиваю.
— И он просто так выбрал «Бандюг» из всех манхэттенских баров?
— Нет, конечно. Он убежден, что в полицейских заведениях можно наковырять много полезных грязных историй. Он же не в курсе, что я нашел гораздо более приятный источник инсайдерской информации.
Питер положил ладонь ей на спину, но Элли отстранилась. На сегодня достаточно проявлять чувства прилюдно.
— Да, но я вообще-то никакой информации тебе не даю. Я просто занимаюсь с тобой сексом.
Питер щелкнул пальцами.
— Я знал, что в моем плане есть прореха. Возможно, поэтому я и впал в немилость у Киттри. Он бесится, что мы не получили хорошую фотографию убитой.
— Вы получили то же, что и «Таймс».
— Верно. А «Сан» получила другой. И теперь он заявляет: мол, мне не стоило довольствоваться тем, что передали ее родственники. Говорит, что тот снимок слишком официозный.
— А чего он ждал? Что ты зайдешь на «МайСпейс» и скопируешь снимки из сети?
— Ну, идея неплохая.
— Поздно. Мы уже сказали родным, чтобы они убрали ее страничку. Но все равно это было бы меньшим свинством, чем приставать к подругам Челси. «Сан» именно так и получила свою фотку.
— Ты уже постигаешь журналистское ремесло?
У Элли сложилось впечатление, будто Питер не согласен с ее мнением, что преследовать близких погибшего человека — это низость.
— Нет, но иначе у них бы ничего не вышло. Вечером, накануне убийства, одна из подружек Челси сделала этот снимок на свой мобильник. — Элли все еще была раздосадована, что эта фотография, где пропавшие сережки взяты крупным планом, разошлась в десятках тысяч газетных экземпляров.