Тени исчезают в Раю (СИ)

– Я правда не женат, – вернулся к разговору Коллингейм. – Ну, сами подумайте: какая нормальная женщина захочет выйти замуж за детектива по расследованию убийств? Меня вон в последнем деле вытащили из постели после полуночи… В бордель. А? Каково?
– Зато нескучно, – возразила ясонянка.
– О, да! Уж чего-чего, а скуки там не было, – буркнул детектив, вспоминая гонки с препятствиями по базе наркосиндиката. И Тай у себя в квартире. И ее последние слова о том, что если бы ей пришлось выбирать заново, она поступила бы так же. Настроение упало. Это совсем не дело. Он же собирался растормошить даму, а теперь сам нуждается в психоаналитике.
– Я хотел спросить: у вас что-то случилось? Вы такая… потерянная.
– Ничего со мной не случилось. – Лола кинула короткий взгляд на детектива, и вернула его морю, где лишь узкая светлая полоса у горизонта говорила о том, что недавно был закат. – Вот уже тридцать лет как со мной ничего не случается. Просыпаюсь, сажусь за компьютер и начинаю разбирать счета, проводки, отчеты… Я бухгалтер. Циферки, циферки, циферки… Изредка буковки. И так до вечера. Потому что, чтобы было, где жить и что есть, нужно очень много работать. Я просто устала… – Она допила вино и поставила бокал на песок. – Устала от одиночества. От работы с утра до ночи. Хочется чувствовать себя женщиной, как по галовизору. Чтобы появился кто-то сильный, кто решил бы за меня все проблемы…
Она помолчала.
– Я понимала, что принцы здесь меня не ждут. Но, знаешь, когда больше ничего не помогает, надеешься на чудо, – она повернула лицо к Алексу и грустно улыбнулась. – А чудо не произошло…
– Ну, по крайней мере, ты не сидишь в своей квартире за компьютером, – Алекс попытался найти что-то хорошее.
Он ведь тоже не принц. Что он может ей предложить? Квартиру, размером в гардеробную Майера, на планете, где приходится питаться безвкусной синтетической едой?
– Неужели здесь совсем нет никаких развлечений? – попытался он переключить тему.
– Ну, почему же. Есть. – Лола сняла бесполезную теперь панаму, встряхнула головой, и вечерний бриз взвил ее волосы. – Здесь отличные СПА. Могу посоветовать Саманту, если вдруг захочешь заняться лицом.
– Что у меня не так с лицом? – напрягся Коллингейм.
– Это была шутка. Сарказм.
Алекс выдохнул.
– А вот массаж рекомендую. Я завтра заканчиваю курс у Мисима-сана. Если успеешь, запишись. Почувствуешь себя, как вновь рожденным. Из активного отдыха народ развлекается дайвингом и сёрфингом. Но, как сказал мне инструктор, люди делятся на тех, кто по доске идет, кто на ней стоит, и кто на ней живет.
Коллингейм не понял смысла великого, должно быть, изречения. Лола это уловила.
– Считается, что у пиратов Древней Геи был такой способ казни: преступника связывали, завязывали ему глаза и заставляли идти по доске, которая вела в море.
– И?
Женщина зевнула, прикрыв рот ладошкой.
– И всё. Короче, «прогулка по доске» – это про меня. Как ни старайся, всё равно утонешь.
Она развела руками, и раздался негромкий стук. Лола испуганно подняла с песка упавший бокал. Опять, словно из ниоткуда, выскочил разносчик.
– Извините, – произнесла ясонянка растерянно, протягивая ему посудину.
– Это вы простите, – сверкнул белыми зубами работник отеля и предложил ей новые бокалы.
– Нет, спасибо, мне хватит, – она еще раз зевнула.
Разносчик обратился к Алексу. Тот тоже отказался. Приведение в белой, как и рубашка, чалме, поклонилось и убежало к другим отдыхающим.
– Я, пожалуй, пойду, – собеседница поднялась, отряхивая песок с длинного, почти до пят, платья. Ее слегка пошатывало.
– Я провожу, – предложил Коллингейм.
Заметив, как напряглась женщина, он поспешил уверить:
– Это не намек. Просто хочу убедиться, что ты дойдешь домой без происшествий. Даю слово: никаких приставаний.
– Какие тут приставания, – Лола опять зевнула. – Если будешь приставать, не буди.
Алекс рассмеялся.
По дороге они почти не разговаривали. Чувствовалось, что последний бокал был для новой знакомой Алекса лишним. На удивление, они жили в соседних корпусах. Детектив довел даму до дверей, убедился, что ключ у нее с собой. Они договорились встретиться за завтраком, чтобы ясонянка показала неофиту здешние достопримечательности.
 
Но на завтрак Лола Манцевич не пришла.
  
Глава 3
 
Алекс не стал паниковать. Мало ли? Например, на трезвую голову детектив мог показаться ясонянке еще менее принцем, чем вчера. А рыцари нынче среди дам не котируются. Она могла просто не вспомнить о разговоре. Или забыть о договоренности. Или просто проспать. Но маячившая на горизонте призрачная угроза маньяка заставила его пройти к номеру Лолы. В худшем случае его просто открытым текстом пошлют. У Коллингейма по этой части был богатый опыт. Куда его только не посылали… И ничего. Жив, здоров. Ясона вот, тоже, говорят, в свое время послали. Сходил, прибарахлился, вернулся и бабу толковую с собой привез. И если налево бы не гулял, жил бы со своей ведьмой долго и счастливо.
Дверь в номер ясонянки была приоткрыта. Детектив стукнул и, не дождавшись ответа, заглянул в номер. В прихожей стояла тележка, набитая всякой всячиной, вроде шампуней, зубных щеток, полотенец и постельного белья. В комнате абориген, одетый разнообразия ради в белые штаны, цветастую рубаху ниже колен и простенько завернутый на голове платок в тон рубашке, полировал столик и негромко напевал себе под нос. Мелодия была незнакомая, язык – тоже. Видимо – аборигенский. Коллингейм огляделся. Уборка в номерах – явление обычное, но здесь не было никаких признаков обитаемости. И это напрягало.
– Милейший, – обратился к горничному Алекс. – Не подскажете, хозяйка давно вышла?
Абориген повернулся, счастливо улыбаясь во весь рот, и стал что-то балаболить на своем наречии, кланяясь, как болванчик.
– На общесоюзном говоришь?
По виду тараторящего со скоростью огнемета горничного было понятно, что ему тоже ничего непонятно. Алекс обреченно махнул рукой и направился к портье. За стойкой очередной абориген в рубахе и белом платке улыбался гостю, будто родному брату. Что ж вы все так скалитесь, нехристи? Рекламируете местных дантистов?
– Любезный, не подскажете, девушка из номера 512 давно ушла? – спросил Коллингейм у ресепшиониста. – Лола Манцевич, худощавая, такая, блондинка, – описал он на всякий случай, чтобы показать, что не случайный человек и с хозяйкой номера знаком.
– Доброго дня, мистер. Вынужден огорчить: мы не даем информацию о постояльцах.
– Понимаете, милейший, мы договорились с Лолой, что она проводит меня к Мисима-сану, – Коллингейм подался корпусом через стойку ресепшена и тихо произнес, будто по секрету. – Спина уж очень болит после ранения. А Лола обещала помочь его уговорить запись меня на курс.
Портье, сочувственно улыбаясь, развел руками.
Ну, что ж. Судя по реакции работника, есть шанс, что Алексу просто показалось. Никуда Лола не исчезала. Вытрясать из аборигена душу, как в свое время Себастьян, детектив не собирался. Он не был сторонником силовых методов там, где всё можно решить неинвазивно. Зачем бить морду, когда можно спокойно вынести мозг? Коллингейм оглядел регистрационную стойку, вынул комм и, устроившись прямо по линии просмотра входа, запустил воспроизведение недавнего нашумевшего сериала с весьма откровенными сценами.
– Возможно, вам стоит подойти позже? – деликатно прервал просмотр портье.
– Я тут подожду, чтобы наверняка не разойтись, – вежливо ответил Алекс, немного увеличивая громкость и заставляя оглядываться проходящих мимо клиентов.
– Возможно, вам будет удобнее расположиться на кресле? – предпринял портье вторую попытку, поднимая у стены трансформер.
– Спасибо, – искренне поблагодарил детектив. – Мне вполне удобно, – «успокоил» он аборигена.
Портье держал лицо профессионально. На Атоване детектива давно бы послали. А этот даже не поморщился. Школа, однако!