Кромешник. Том 1 (СИ)

— Обалдеть, — только и смог выдохнуть я.
— То-то и оно.
— Ты в таком виде предстаешь перед племянницей?
— Ага. Это здесь я — Марта Александровна Лозинская, а там — Марьяна Александровна Лознова.
— То есть, перед Катериной, ты представляешься чужим именем?
— Почему чужим?
— Тогда…
— Не стоит гадать. Оба имени мои. Даже документы имеются. Поживёшь с моё, так же делать станешь. Марьяна доживёт до старости, а потом… в реке утопится или пропадёт без вести. Поищут старушку, да и забудут, а вместо неё приедет в Чердынь молодая девушка лет восемнадцати, у которой украли документы в поезде… Дальше продолжать?
  
— Не стоит.
— Запомни, всегда должен быть запасной аэродром, куда можно приземлиться. Ты тоже сможешь менять внешность подобным образом. Основные черты никуда не спрячешь, сходство с тобой изначальным будет довольно ощутимо, но вот возраст можно варьировать в широких пределах.
— И что, даже младенцем стать получится?
Ведьма посмотрела на меня как на идиота.
— Нет, конечно. Хотя, из тебя вышел бы забавный карапуз под метр девяносто.
— Понял, вес и рост изменить нельзя.
— Правильно. Ладно, пойду я, а то — что-то притомилась.
Марта поднялась с крыльца, и помахав на прощание рукой, направилась к выходу из сада.
По виду женщины было понятно, насколько она устала. Ещё бы, почти всю ночь спала урывками, да и на восстановление Усудца силы потратила, а если учесть, что начался откат за невыполнение клятвы…
Я тоже, решил наплевать на все дела и прикорнуть хотя бы на пару часов.
Когда вернулся в дом, Кузьма гремел посудой, убирая со стола. Серёги нигде не было видно.
— А куда подевался наш гость?
— Сморило его. Отправил на второй этаж. Пускай передохнёт.
— Правильно. Я тоже пойду подушку давану.
Уже направился в сторону комнаты, как вспомнил вопрос, который хотел задать домовому.
— Кузьма, а почему ты мне сразу не сказал, что после помощи кому-либо, дар Кромешника усиливается?
— Это как? — заморгал глазами домовой, — Быть того не может! Твой дар, хозяин, должон крепнуть от количества переходов на Кромку и обратно, а также при взаимодействии с её обитателями. По крайней мере, Стефания мне всегда говорила именно так.
— Хм-м, интересно, есть над чем подумать.
Думать, конечно же, я не стал, потому что стоило голове коснуться подушки, как я провалился в крепкий сон.
Проснулся часа через три, почувствовав себя если не полностью отдохнувшим, то вполне взбодрившимся. Во всяком случае, глаза уже не слипались.
Усудец так и продолжал дрыхнуть.
— Кузьма, а не сходить ли нам на рыбалку? — решил я воплотить в жизнь, давно намеченные планы.
— Ура-ааа! — завопил домовой, но поняв, что может разбудить гостя, прикусил язык и уже тише добавил, — Рыбалка — это хорошо. Наконец-то я ушицы наварю, да и просто так рыбки в сметане нажарю.
— Её ещё поймать надо, — осадил домового, — А это — не факт, что получится.
— Поймаем, хозяин, точно тебе говорю.
Мне бы его уверенность. С теми снастями, что находились в сараюхе, не то — что нормальную рыбу, уклейку вряд ли вытащить удастся.
Удочка, которую я нашёл, оказалась старой, видавшей виды: леска завивалась кольцами, у поплавка был оторван кончик, а крючок затупился и покрылся ржавчиной.
— Кузя, может сходишь, одолжишь у кого-нибудь новые снасти, потому как с такими идти, только позориться.
Домовой поглядел на удочку в моих руках и покачал головой.
— Мой недосмотр, — повинился он, — Сейчас всё будет.
Пришлось подождать минут десять.
Кузьма появился с добротным удилищем, пластмассовой катушкой, мотком флюкарбоновой лески, набором поплавков и крючков.
Зачем-то притараканил два воблера, джигг-головку и несколько силиконовых приманок.
— А это зачем приволок? — покрутил я в руках виброхвост и вернул обратно домовому.
— Ну как, в хозяйстве всё пригодиться.
— Убери. Я на спиннинг ловить не особо люблю, а вот поплавочка — другое дело, да и нельзя сейчас, рыба на нерест идет. Не хватало ещё речного хозяина разгневать.
— Верно, Лексей, — покивал домовой, — А я, старый дурень, запамятовал. Вот бы водяной на нас обозлился. Брр-рр.
О хозяине рек и озёр я тоже не забывал.
Если существовали домовые, банники, вурдалаки и прочая нечисть, то уж водяной с лешим и подавно.
Странно только, сколько бродил по лесу, последнего так и не встретил.
До речки идти было недалеко, минут пятнадцать. Единственное, случилась небольшая загвоздка, когда мы миновали деревню. Земля кромешника, охраняемая Чурбанами, закончилась. Домовой резко остановился и посмотрел на меня печальными глазами.
— Дальше мне хода нет, хозяин. Погибну. Ты иди один, а я здесь подожду, — Кузьма так горестно вздохнул, что мне стало его жалко, да и с компанией на рыбалке веселее.
— И что, вообще ничего сделать нельзя?
Домовой шаркнул ножкой, и помолчав пару секунд, произнес:
— Можно, но тогда ты останешься без защиты, — Кузя молча уставился мне в район груди, где под рубашкой прятался подаренный им оберег с выгравированной руной Чура.
— Хм-м, ты хочешь сказать, что с оберегом сможешь ходить куда вздумается?
— Ага, но если ты, хозяин, будешь рядом. По-другому, не получится. Я завязан на служение и по своему желанию, отправиться никуда не смогу, только если по твоему приказу.
— Вот, хитрец, а сначала говорил, что привязан к дому без возможности выхода.
— Ну, так я тогда тебя не знал, поэтому сомневался. Не доверял полностью.
— А сейчас, значит, доверяешь? — с прищуром посмотрел на домового.
— А-то ж, хозяин.
— Эх, вот и что с тобой делать?
Особо не раздумывал. Снял с шеи оберег и протянул Кузьме.
— Одевай.
— Эм-м, — растерялся домовой, явно не ожидая от меня столь щедрого жеста.
— Бери-бери. Он мне, по сути, уже не нужен.
Внутри сидела уверенность, что от серьезной опасности деревянная фигурка с ликом Чура меня не спасет, а уж с какой-нибудь мелкой напастью, я сам справлюсь.
Единственное, что беспокоило — вурдалак, который мог ошиваться где-то по близости, но становиться затворником из-за этого «упыря» я не собирался.
Ели вдруг с ним встречусь, у меня найдётся, что сказать в ответ.
Нужен поганцу горюнь-камень, пусть сам идет и забирает у Ратмира, а-то, видите ли, решил загрести жар чужими руками. Я был уверен, что побывав на Кромке, смогу в любой момент открыть туда проход даже без помощи Каркуши, вопрос только в том, куда именно я попаду, а уж утащить за собой вурдалака, не составит труда. Посмотрим, как он запоёт, когда окажется за гранью.
С такими думами, я весело шагал в сторону реки, насвистывая незатейливый мотив одной старой песенки, и выкинув из головы все тревожные мысли.
Шум воды услышал издалека и улыбнулся, ускорив шаг.
— Хозяин, сверни немного правее, там заводь.
— Хорошо.
Действительно, уголок, который указал домовой, подходил для рыбалки как нельзя кстати. Даже место, куда можно примостить задницу имелось.
Собрал удочку, и удобно расположившись, достал из банки накопанных заранее червей. Насадил наживку и сделал пробный заброс.
Ветра не было. В спокойной воде отражались блики заходящего солнца. Прохладный вечерних воздух бодрил, проясняя голову и навевая воспоминания из детства.
А ведь я здесь рыбачил с отцом, когда мне было лет пять.
— Бульк-бульк-бульк, — раздалось у кустов, и штук десять окушков, выпрыгнув из воды, разлетелись в разные стороны.
Огромная щучина вышла на охоту, намереваясь утолить свой голод. Я даже успел увидеть, как она заглотила более мелкую рыбёшку. На этом её вечерний моцион не закончился. Ещё несколько минут щука распугивала обитателей заводи и только потом ушла к противоположному берегу.
  
Оглянулся на Кузьму, который в это время обкладывал место для будущего костра камнями и складывал в середину сухие ветки. Домовой, как выяснилось, прихватил с собой шампура и очень надеялся запечь на костре свежепойманную рыбу.