Асфоделия. Суженая смерти (СИ)
Ну его, как говорится. Да и не так уж плохо в объятиях Эветьена.
Неплохо?
О чём я только думаю? Уж явно не о море.
– Успокоились? – спросил Эветьен наконец.
– Как будто бы, – я неохотно отодвинулась, посмотрела на собственные руки.
Не светятся, ура.
Пошевелила пальцами, покрутила кистью сначала одной руки, затем другой и подняла лицо к мужчине.
– Видите, не столь уж и страшно, – с мягкой ободряющей улыбкой заверил Эветьен.
– Угу. Правда, жить-то мне теперь как?
– Как прежде.
– А если они опять возьмут и засветятся? И хорошо, если не при нежелательных свидетелях?
– Раньше же вы жили. Причём с даром более сильным, чем сейчас.
Раньше жила Асфоделия. А нынче последствия разгребаю я.
Вероятно, что-то не то отразилось в моём взгляде, потому что Эветьен помрачнел вдруг, разомкнул объятия и отступил.
– Время позднее, охотничья партия уже вернулась. Я провожу вас в ваши покои, дабы вы могли переодеться к ужину.
Я рассеянно кивнула, щупая свои ладони. Всё-таки одно дело, когда видишь проявления магии в фильмах и сериалах, ибо как бы сильно ни переживаешь за происходящее на экране, часть тебя ни на минуту не забывает, что там – игра и спецэффекты, вымысел, понарошку. А совсем другое, когда твои собственные руки начинаются светиться от невинного поцелуя.
– Всё в порядке? – Эветьен приблизился вновь, жестом лёгким, почти мимолётным провёл сверху вниз по моей спине.
– Да, в порядке.
Наверное.
* * *
За ужином Брендетта только и щебетала без умолку, что об охоте. Впрочем, охоту обсуждали многие, некоторые с таким восторженным энтузиазмом, словно она не входила в список положенных аристократам развлечений, но была чем-то особенным, случающимся нечасто, точно празднование Нового года или дня рождения. Брендетте же посчастливилось скакать рядом с императором, и подвернувшуюся возможность девушка не упустила, продемонстрировав Стефанио и новый костюм для верховой езды, и своё умение держаться в седле, и способность охотиться наравне с мужчинами. Правда, эта… хм-м… нехорошая фрайнэ Жиллес присутствием своим несколько испортила триумф без пяти минут императрицы, ибо всем известно, что Мадалин великолепная наездница и охотница, сравниться с которой нелегко… особенно в качестве наездницы, да.
Двусмысленное замечание Брендетты мы с Жизель сочли за благо проигнорировать, а Нарцисса, похоже, вовсе не поняла, что соседка по комнате имела в виду.
Жизель ограничилась верховой прогулкой по окрестностям – в компании этих вездесущих вайленцев, как тут же наябедничала Брендетта. И добавила, что, мол, слишком много времени Жизель проводит в нечестивом их обществе, рискуя добрым именем и репутацией.
Нарцисса затерялась среди тех, кто на охоту поехал, но по разным причинам не охотился.
На вопрос, чем весь день занималась я, ответила я максимально честно.
Читала в библиотеке.
Реакция Нарциссы напоминала Кили, когда я предложила служанке взять книгу. Брендетта посмотрела на меня как на человека, с головой не дружащего, и лишь Жизель кивнула одобрительно.
Тяжёлый, неприязненный взгляд Морелла Элиаса преследовал меня на протяжении всего ужина. Рыцарь не таращился на меня в упор, продолжительно, даже голову, казалось, не поворачивал в сторону нашего стола. Сколько я ни пыталась подловить его за наблюдением за моей персоной, никак не получалось, всякий раз, когда я смотрела прямо на него, он был занят едой, вином или ленивым созерцанием людей в зале. Однако стоило опустить голову к тарелке, отвернуться к слуге с очередным блюдом или сделать вид, будто я всецело увлечена болтовнёй Брендетты, как я отмечала краем глаза неприятный этот, буравящий взгляд.
Элиас знает. Не может не знать, с чего вдруг один из подчинённых рыцарей сорвался спозаранку в рассветный храм. Должен же Тисон сообщить старшему о ближайших планах, правда ведь? И если сообщил, то, наверное, и причину назвал. А если не назвал, то не беда, всё и так очевидно до безобразия. Не говоря уже, что повышенное внимание обоих Шевери ко мне и факт, что один из братьев в обязательном порядке меня сопровождал, едва ли вызывали у Элиаса понимание.
На ужин – в компании Эветьена.
Обратно тоже.
И Эветьен не рыцарь, плестись за мной наподобие слуги он не собирался и потому шёл рядом, не забывая по пути приветственно кивать знакомым. Кроме того, моей позиции в хвосте он не оценил и, несмотря на мои возражения, вынудил идти сразу за Брендеттой. Соответственно, Нарцисса и Элиас остались за нашими спинами. Нарциссе явно не привыкать быть последней, она ни глаза на Эветьена не подняла, ни слова против не сказала, но выражение лица Элиаса надо было видеть. Гремучая смесь шипучего недовольства, безмерного удивления этакой наглостью и острого желания напомнить, где чьё место на самом деле. Ну а я пожалела, что так мало времени провела в библиотеке. Не повредило бы выяснить побольше об отношениях и связях между аристократическими родами, их влиянии вообще и в частности. История моего мира знала достаточно примеров передела власти между сильнейшими дворянскими семьями, соперничества и интриг во имя достижения своих целей, и как-то слабо верилось, что здесь всё иначе. Не зря Эветьен упомянул, что немало потрудился, чтобы пристроить брата на место назначенного рыцаря. Раз так, то местечко-то вакантное, вряд ли на него станут пропихивать кандидатов сугубо ради долга перед отечеством. Тогда бы кого выбрали, того и выбрали, лишь бы не позорился при дворе, а не пытались устроить кого-то из своих.
Утром Брендетта сменила пластинку, и восторженные охи-вздохи об охоте уступили место страстям по постановке. Поделать что-либо с Мадалин Брендетта не могла, зато намеревалась приложить все силы, дабы какие-то фрайнэ невысокого рода не испортили ей эпохальный миг триумфа на импровизированной театральной сцене. Репетиции следует начать в первой половине дня, поскольку во второй Брендетта собиралась посетить соревнование по теннису, а после покататься на лодке. Завтра примерка костюмов и не помню что ещё, но что-то крайне, крайне важное, как и всё, что делалось знатными барышнями при дворе.
Идти на репетицию хотелось ещё меньше, чем на охоту. Не умею я играть, не умею! В театральный кружок не ходила, интереса к лицедейству никогда не испытывала, стать актрисой не мечтала. Вот певицей быть хотела, лет этак в десять. Потом расхотела, с кем не бывает.
Жизель тоже не горела желанием блистать на сцене. Вернувшись после завтрака в спальню, мы, не сговариваясь, отослали служанок и в единодушном порыве приуныли. И больной не скажешься, нельзя же без конца изображать то одно недомогание, то другое.
– Правду говорят, что библиотека в Эй-Форийе одно из самых крупных в Империи частных собраний книг? – спросила вдруг Жизель, пока мы валялись на кровати и размышляли каждая о своём.
– По крайней мере, книг там полно, – заверила я, лёжа на животе рядом с девушкой и приобняв подушку.
– Я бы лучше в библиотеку сходила, чем на репетицию, – вздохнула Жизель, глядя с тоской на балдахин.
– Так сходи.
– Императорская библиотека не для каждого. Тебя фрайн Шевери сопровождал, обычно же она заперта и допускают туда лишь по разрешению.
О как.
– А если попросить кого надо?
– Можно, наверное. Но… библиотеки не для благородных фрайнэ, не должно им читать что-то сложнее рыцарского романа или поэзии, иначе быть беде. Удивительно даже, что фрайн Шевери вовсе снизошёл…
Да уж. О чём только думал, когда повёл меня в не самое полезное для леди место? И заранее ли планировал провести химический опыт? Экспериментатор хренов, химик-любитель недоделанный.
Понятно, что под близкими физическими контактами с одарёнными представителями противоположного пола Эветьен подразумевал поцелуи и собственно половой акт, так что начать светиться от случайного прикосновения в толпе мне не грозило. Это плюс.