Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

«А значит, нам с Тейлором не поздоровится. Да и вообще, Тейлор вполне может после такого отскочить. На фига ему такие проблемы, когда он станет изгоем у себя в стране? Западные спецслужбы так возьмут его в оборот, что и пикнуть не сможет. И останется у него, как говорится, два единственных выхода — либо всё бросить и «остепениться», либо эмигрировать к нам, либо умереть от неизвестной болезни или несчастного случая. А мне он ещё нужен там, — размышлял я. — По ходу дела поторопился. Рано мне с амерами ссориться. Так-то я просто приколоться хотел. Ясное дело, что никто девчонке не разрешил бы исполнять фактически антиамериканскую песню. Просто хотел потроллить посланника и отдать песню Юле, а американке выдать другой текст. Теперь, вероятно, придётся обойтись без троллинга».
  
Как только композиция закончилась, я рассказал о своих опасениях товарищам и в конце сказал:
— Так что надо для младшей дочки песню записать. Пусть поёт чего-нибудь попроще. Сейчас смонтирую пару серий. Пока актёры будут переозвучивать, я для неё новую напишу. Текст у меня уже есть, а музыку придумаю.
— Правильное решение, Саша, — похвалил меня Минаев.
— Что делаем с песней? — посмотрел Кравцов на Лебедева.
— Ничего. Сотру её, и «Вася кот», — ответил за мидовца я, вставая со стула.
Лебедев вытащил из магнитофона кассету, покрутил её в руках, а затем неожиданно произнёс:
— Песня хорошая. Слушается очень завораживающе. В таком варианте звучит намного лучше оригинала, а, следовательно, лучше воспринимается и запоминается слушателем. Уничтожать её пока считаю неправильным. Передадим информацию в Москву — пусть там думают.
На том и порешили. Быстро написал ещё один текст, передал Лебедеву и они ушли.
Я же вернулся в киностудийный бокс и продолжил монтаж. Тут работа была поставлена на поток. Совместно с двумя режиссёрами монтажа я вначале собирал серию из отснятого на Кубе, а затем вмонтировывал туда «флешбэки», которые были отсняты в Москве. Далее в серию вставлялись уже готовые титры в начало и в конец. И, в общем-то, серия становилась почти готовой. Оставалось наложить звук — сначала актёры должны были продублировать свой текст на студийном оборудовании, потом звукорежиссер редактировал материал, ставил общий фон, добавлял звуковые спецэффекты и в самом конце подключал музыку. Именно в таком порядке мы монтировали фильм про робота-убийцу и именно так я и собирался поступить при этих съёмках.
До вечера удалось смонтировать шесть серий, три из которых были переозвучены актёрами. После этого записали песню для младшей американки и отправились отдыхать.
Ну а в 21:00 мы получили срочную радиограмму.
««Песню ни в коем случае американцам не передавать. Для её исполнения будет найдена другая вокалистка. До того времени на композицию накладывается гриф «Совершенно секретно». Полковнику Кравцову А.М. немедленно взять со всех участвующих в записи подписки о неразглашении гостайны.
Тексты двух других композиций утверждаем.
Центр».
* * *
На следующий день, организовав озвучку уже смонтированных серий сериала, построил на палубе корабля не занятых сегодня элитников и поинтересовался:
— Кто желает сняться в моём клипе в качестве массовки? Нужны те, кто будет танцевать и те, кто будет просто стоять на фоне. Кто хочет, шаг вперёд.
Как и ожидалось, шагнули все.
— Отлично, — похвалил я и рассказал, что конкретно и где мы будем снимать. — Условно клип будет разбит на три части видеоряда. Первая часть будет сниматься у моря, и в этой части массовка будет не нужна. Вторая часть в одном из кварталов города, где будут отсняты кадры танцев нескольких пар. И третья — завершающая часть, будет снята в одном из местных баров, с которым товарищу Рюмину удалось договориться об аренде их помещения на два часа.
Рассказав общий план, стал распределять актёров.
В первую очередь мне было нужно пять танцующих пар. Отобрал самых молодых, подозвал хореографа — девушку тридцати пяти лет, что мы привезли с собой, и рассказал, какой танец я хочу получить на выходе.
Она не поняла, поэтому я включил песню, клип на которую мы собрались снимать, и на глазах у всех, показал, как там предполагается танцевать.
Так как членов «тройки плюс» поблизости не было, то особо никто не орал, что, мол, такие эротические танцы плясать и уже тем более снимать категорически нельзя. Поэтому люди просто полностью охренели, увидев, чего я выкаблучиваю и, находясь в шоке, не верили своим глазам.
Я же, закончив прижимать к себе хореографа женского пола, которая сама была в шоке от того, что я с ней делал, повернулся к элитникам и сказал:
— Если кто стесняется, тот может отказаться. Более того, вы все можете отказаться. И тем самым вы меня не подведёте. Я просто найду танцоров из местных. Они танцуют румбу, а танец, что предполагается станцевать, от «откровенности» кубинской румбы не так далеко ушёл. Поэтому кто не может сделать то, что я прошу — шаг назад!
Никто не сдвинулся с места, а это значило, что Корнеев под моим руководством действительно воспитал единый сплочённый механизм, где даже недавно оступившиеся всё осознали и не дрогнули.
Дал поручения по поводу съёмок с вертолета специально приехавшему для этого из лагеря режиссёру Сегурко и Рюмину. Убедившись, что они задачу поняли, отошёл к элитникам и направил тех, кто будет сниматься в клипе, на склад «Буревестника». Там им должны будут выдать необходимую для съёмок модную одежду.
Решив эти проблемы, занялся ещё одной. И суть её была в том, что мне для клипа нужен был напарник. На записи я спел за двоих, меняя в нужных местах интонацию и тембр голоса. В кадре же предполагалось, что петь я буду, что называется, дуэтом. А значит, пришло время Севы.
И с ним, ожидаемо, получилась проблема. Он категорически не хотел, не желал и вообще отказывался играть моего друга-рэпера в «голде».
Я и так упрашивал, и сяк, а он — «нет» — и всё тут. Пришлось включить начальника и, в конечном итоге, припугнуть, пообещав, что если он мне не поможет, то на съёмки второго сезона я его не возьму, а вот Юлю возьму.
«А уж с кем она тут будет проводить время целый месяц, я не знаю. Одна она будет или в компании какого-нибудь молодого и симпатичного элитника — это мы увидим».
Такого примитивного шантажа оказалось более чем достаточно, и друг Савелий, продав душу, согласился пойти во все тяжкие.
Он надел на себя чёрные шорты, белые кроссовки, красную хоккейную футболку с надписью «СССР», желто-чёрную американскую бейсболку и поверх всего нацепил пару килограммов вызывающей бижутерии. Но, хотя Сева для футболки был несколько худ, смотрелась она на нём более-менее нормально, а в сочетании со всем эквипом так и вообще шикарно.
Увидев вышедшего на съёмочную площадку друга Савелия, народ впал в оцепенение и не смог вымолвить ни слова. Меня это крайне удовлетворило, ведь это означало, что «бандос-рэпер» получился именно таким, каким он и должен был быть.
Роль девушки в клипе играла Юля, которая в укороченных до уровня шорт джинсах, красивой кофточке и «римских» сандалиях выглядела просто великолепно.
Пока передислоцировались, Сегурко уже снял с предоставленного властями вертолёта кадры волнующегося моря, поэтому сейчас было дело за нами. А точнее — за мной. И мы меня естественно не подвели.
Необходимо было снять кадры как я в чёрных ботинках, чёрных джинсах, чёрной футболке, солнцезащитных очках, весь такой — на причёске, весь такой — модный и красивый стою на камнях, ноги мои омывают волны, и я, чуть приподняв голову и прижав руки к груди, глядя в далёкую даль, пою.
  
Сняли. После чего переместились на одну из улиц города, где нас уже ждали элитники.
Станцевали, сплясали, попели и посмеялись так, как надо, всего за полчаса.
Шокированный откровенными танцами Минаев, который пришёл посмотреть на съёмку, хотел было эту самую съёмку немедленно прекратить, но я его отправил к Лебедеву, сказав, что всё согласовано.