Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Я же его хотя и понимал, но радости в этом вопросе не разделял, вспоминая, что в ближайшем светлом будущем начнёт происходить с климатом.
Так что нет, вполне возможно, что идея с печками, которая сейчас выглядит комичной, для наших потомков комичной не покажется. Конечно, в 2019-м году, из которого я сюда попал, на Кубе вроде бы было с погодой всё нормально. Но общие мировые тенденции говорили о том, что планета явно меняется, и что нас ждёт впереди — большая загадка. Особенно после кадров, распространённых в СМИ, где показано, как в Африке местные жители в шортах босиком бегают по выпавшему снегу.
Ну да ладно, всё это будет потом, а вчера, отбросив лёгкую ностальгию, я сообщил куратору, что наша съёмочная банда переезжает из гостиницы на новое место проживания — сюда.
Такая неожиданная весть Рюмина явно напрягла. Он сразу же рассказал, какие трудности нас ожидают после этого необдуманного и спонтанного переезда. И первая из них — это нарушение сметы, ведь номера в гостинице оплачены на месяц вперёд.
Второй же проблемой было то, что все дома ещё абсолютно не меблированы. В них отсутствовали даже кровати, не говоря уже про другую мебель.
Это известие меня крайне расстроило, ибо я, как и все безнадёжные романтики, хотел когда-нибудь хоть чуть-чуть пожить в своём маленьком домике практически на берегу океана. Сейчас же мне решили испортить мою розовую мечту. И я, разумеется, сразу же начал искать пути решения возникших трудностей.
Проблему с гостиницей я считал несостоятельной и сразу же её отмел, сказав:
— Пусть будет на всякий случай. Вдруг нам в домиках жить не понравится, тогда всегда будет место, куда мы можем всем скопом вернуться.
Такой аргумент куратора устроил, и я стал думать дальше.
Однако, к большому сожалению, с наскока проблему с кроватями решить не удалось. Нет, в принципе, на худой конец конечно можно поспать и на полу. Только вот это я могу так сделать, да и то от безвыходности или из-за упрямства. Остальные же члены нашего трудового коллектива вряд ли с воодушевлением воспримут весть, что ночевать они будут на досках. В особенности женщины и старики, которые у нас тоже имелись.
Приходилось смириться и, исходя из логики и человеколюбия, принять решение о том, что переселяться в домики мы будем не сегодня, а завтра.
— В каждом доме было по шесть комнат, следовательно, сюда легко можно было переселить практически весь личный состав.
Об этом я и сообщил Рюмину, попросив того завтра закупить необходимое количество кроватей, матрасов, подушек и спальных комплектов.
— Саша, с кроватями, раскладушками и т. д. мы справимся. На худой конец, если сразу такое количество приобрести не удастся, сколотим временные топчаны. Но я вот что хочу сказать. В каждом доме 5 комнат и кухня. Следовательно, поселить в него можно пять человек. Домов всего 8 штук, а это значит, что поселить сюда мы сможем лишь 40 человек. Причём, если тут будут располагаться актёры, то обязательно один дом придётся отдать администрации, которая будет следить за порядком и обеспечивать взаимодействие с местными властями, если вдруг что-то произойдёт. А значит, под нужды актёров останется только 35 мест. Конечно, при условии, что в комнатах селиться будут не по два или три человека, а по одному.
— По одному, — сказал на это я, не став отступать от своей идеи об индивидуальном пространстве. Задумался и чуть подправил статистику: — Будем считать, что в доме не пять, а шесть комнат. Индивидуальная кухня нам для этого не нужна, ведь весь творческий состав будет питаться централизованно под навесом, который, к слову сказать, почему-то ещё не сделан. А вообще, я сегодня же переговорю с товарищем Лебедевым и попрошу подкорректировать смету и сделать ещё три дома. Два будут служить местом отдыха, а один — клубом и общей столовой. Как считаете, строители смогут продолжить работу?
— Если средства будут выделены, то думаю, что да.
— Вот и отлично, — кивнул я и вернулся к расселению. — Давайте тогда поступим так. Сегодня все ночуем в гостинице города, а завтра вы займётесь покупкой необходимых для ночлега вещей, и вечером часть состава переедет сюда. Всего нас 60 человек. Значит сюда переместится две третьих. В гостинице же пока останется одна треть. Кто именно, назначу лично я. Это уберёт все возможные пересуды и вопросы типа, почему я, а не он. Главным критерием для тех, кто останется, будет возраст. Те, кто старше, будут ночевать в гостинице.
Молодёжь же будет тут под присмотром моего помощника Корнеева Якова Евсеевича. Это толковый человек. Он работал в органах, и наши начинающие актёры его безоговорочно слушаются.
Теперь остаётся вопрос питания. Точнее, не самого питания, а места, где все будем централизованно принимать пищу. Как я уже говорил, пусть рабочие прямо завтра с утра, не дожидаясь сметы, начинают работать. Рабочие наши? Окей. Думаю, навес сделают 6 человек за день. Пусть каждый из них получит по 30 инвалютных рублей. Вот вам эта сумма и решите, пожалуйста, завтра этот вопрос, — протянул я деньги, а потом, вспомнив, добавил: — Ой, про материалы забыл. Вот вам ещё 500 рублей. Пусть закупят все, что надо на рынке или в местных магазинах, и заодно кроме навеса ещё и собьют столы с лавочками. Думаете, 700 инвалютных рублей на всё про всё хватит, когда вы их поменяете в нашем посольстве на местную валюту? А вдруг нет? Хорошо. Вот вам ещё. Думаю тысячи за глаза должно хватить.
Таким образом, вчера вечером мы урегулировали почти все вопросы касающиеся жилья.
Что же касается быта, то всё должно было решиться в самое ближайшее время. Кроме кроватей и белья я заказал шкафы, кресла и стулья.
Тот дом, который должен будет служить столовой, я решил назвать «клубом». Предполагалось, что в нём будет происходить приём пищи три раза в день, а в выходные дни столы по вечерам будут сдвигаться, и там будет происходить либо показ кино, либо танцы.
В этом времени именно так функционировали сельские клубы по всему СССР. Поэтому, придумывая такой график я, ориентировался именно на то, что мы не в городе, а в селе. Ведь если бы было наоборот, и мы оказались бы в городе, то в нашу культурную программу обязательно бы пришлось включать не только балет, но и цирк, ибо всем хорошо известно, что в городе без цирка — никуда. Но, к счастью, мы были в провинции, а это значило, что и просмотров фильмов с плясками будет более чем достаточно.
В общем, вчера мы сделали всё для того, чтобы с сегодняшнего дня наша команда смогла приступить к тому, зачем мы сюда, собственно, и прибыли.
Ещё раз обошёл площадку, всё проверил и, отойдя чуть в сторону, стал прикидывать, как лучше расположить камеру для съёмок сюжета, в котором пассажира засасывает турбина самолёта и своими лопастями разрывает на части.
Вариантов было масса, поэтому я решил посоветоваться с Сегурко.
Огляделся, но его не увидел. Актёры и съемочная группа суетилась, а вот того, который являлся вторым режиссёром, видно не было. И туда посмотрел и сюда — нет его и всё тут.
«Чёрт, он, наверное, в джунглях готовит другие площадки, — буркнул себе под нос я, искренне пожалев, что в этом времени нет портативных раций. — Это мне посыльный тогда нужен будет, — продолжил размышлять, и тут в голову пришла идея: — А может и не нужен…
Елки-палки, мы же не в Средневековье живём. А в довольно просвещённом веке и рации уже есть. Естественно, я собирать радиостанцию не собирался, а вот попросить у принимающей стороны пять военных радиостанций, настроенных на одну волну, не только было можно сделать, но и архинужно. Ведь это крайне помогло бы в коммуникации.
«Решено, в обед переговорю с Рюминым. Пусть подсуетится. Не думаю, что это будет очень сложно достать», — решил я.
И вдруг неожиданно услышал девичий голосок.
— Саша, привет.
Повернулся и, увидев незаметно подошедшую сзади Машу, улыбнулся.
— Привет. Какие дела? Как роль? Получается?
— Не очень, — опустила она глаза. — Я бы хотела прорепетировать.