Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

Выйдя на улицу вспомнил о молодожёнах и незавидной судьбе Коли «Крокодила». Повернулся лицом к ресторану и произнёс:
— Совет вам, да любовь…
  
Глава 12
 
21 августа. Воскресенье.
В десять утра мы были на этаже возле номера Ибрагимова Амирхана Самед оглы. Пять минут назад позвонили по телефону, после чего нас пригласили подняться. И вот мы тут. Я постучал в дверь, которую практически сразу нам открыли.
  
В дверях я увидел здорового мужчину кавказца который пригласил нас зайти.
— Мы наверно номером ошиблись. Извините. Сева пойдём, — сказал я, подталкивая друга подальше от двери.
— Стоять. Вы задержаны! Быстро в номер! — сказал выбежавший из номера ещё один мордоворот, заталкивая нас в дверь. По большому счёту возможно я мог, им обоим «накостылять» или убежать, но, во-первых, если бы я убежал, то Сева бы попался точно, а во-вторых… а если это действительно «гбэшники»? Начну костылять им, так они возьмут и пристрелят меня, поэтому ведём себя прилично и ждём прояснения ситуации.
— Садитесь на диван. Руки перед собой, на столик. Без глупостей, — скомандовал смутно знакомый первый и тут меня словно обухом по голове. Ба… да это ж вчерашние кренделя… И чего им надо? И чего они тут забыли? Во «пипец» «попадос» …
— А что собственно случилось? — заикаясь спросил бледный Сева.
— КГБ СССР. Вы задержаны в рамка уголовного дела о попытках получения взятки, — строго глядя на нас проговорил первый.
Сева аж икнул, а я засмеялся…
— Молчать подследственный, — зарычал «КГБэшник». — Ни чего смешного я не вижу. Вам грозит до десяти лет тюрьмы, тут не смеяться, тут плакать надо.
Сева икнул ещё громче.
— Смешно то, что вы обвинили нас в каком-то бреде. Вероятно, вы законов не знаете. Будьте любезны, покажите пожалуйста Ваше удостоверение, — попросил вежливый я. Первый усмехнулся и достав из кармана ксиву сунул мне её под нос.
«Старший лейтенант Алимов Залим… какой-то или Залимов Алим… хрен прочтёшь и хрен поймёшь одним словом… Так далее… УКГБ АзССР… действительно до 1980 года.» Ксиву убрали.
— Ну?! Будем сознаваться или по-плохому будем говорить?
Сева икал, а я сидел и думал. Свои КГБэшники походу дела у Ибрагимова. Неплохо так певец устроился или быть может они по его душу? Вполне может быть. Сотрудники Управления Комитета Государственной Безопасности по Азербайджанской Советской Социалистической Республики имеют право арестовывать в Москве или нет? По идее, если это оперативные работники, то наверняка имеют право, но по той же идее должны быть и московские чекисты, а где они? Да и вообще, где понятые?.. Да и вообще, чего я на эту хрень ведусь и голову себе забиваю, мы же ничего не нарушали. Какие нах*** могут быть взятки?!
— Итак, последний раз спрашиваю по-хорошему, где песня, которую вы хотели продать Амирхану? Тут? В этом пакете? Говори! — заорал первый психопат и стал трясти вырванной из рук полу живого Севы сумкой.
— Мы ничего не знаем. Ничего никому продавать не хотели. С Ибрагимовым была идея посоветоваться по поводу музыки, как со старшим товарищем. Если хотите обыскивать сумки или нас, то неплохо было бы пригласить понятых, да и адвокат бы какой-нибудь пригодился.
— Умный да? Знаешь сколько вас — таких умных, через меня прошло?
— Нет не знаю и знать не хочу. Что вообще происходит? Что вам от нас надо?!
— Говори! Где взял песню? У кого украл? У Ташкенбаева? Быстро! Говори! — заорал псих.
— Ничего, не у кого не крал. Песни пишу сам.
— Сколько требовали с товарища Ибрагимова денег за песню?
— Граждане. У меня складывается такое впечатление, что кто-то из нас сошёл с ума и это явно не я. Как мы могли, что-то требовать, если мы только что пришли? Где логика?
— Что тут делаете?
— Автограф пришли попросить.
— Хватэт, хватэт играть с намы. Ты сэйчас мэна вывэдэш. Быстро гавары! — прорычал псих номер два.
— О чём? — спокойно спросил я у неадекватных представителей кровавой Гэбни.
— Ну всё. Сэйчас тэбэ п**эцбудэт!
— Ну-ну. Дерзай, — сказал, усмехнувшись я. — Допрос без протокола, без свидетелей, ещё и с применением силы… Думаю вас посадят лет на десять-пятнадцать.
— Ну всё! Ты мэня за****. Тэбэ пи***! — заорал второй психопат, вскочил и двинулся ко мне.
Я улыбнулся. Я не верил. Такой беспредел по идее быть не должен. Причём вообще не за что. Сева сидел весь белый и даже кажется не дышал.
— Стой Азат! Алим, вы что делаете? Эти ребята ко мне пришли. Я их пригласил! Вы чего творите?! Немедленно прекратите! — раздался голос из входной двери в номер. Я обернулся. На пороге стоял Ибрагимов. В руках у него был арбуз.
««Обезьянку» значит захотели разыграть?! Вот же су**!» — зло подумал я.
В лихие 90-тые «обезьянку» часто использовали бандиты. «Плохие» бандиты избивали и запугивали коммерсанта, а затем, когда тот уже не знал куда деваться, появлялись «хорошие» парни которые освобождали бизнесмена от плохих.
Иногда для «комерса» устраивались целые спектакли с погонями и перестрелками. Естественно, после того как «хорошие» ребята побеждали «плохих» бизнесмен с удовольствием шёл под «крышу» супергероев и с радостью делился своей прибылью. На деле же, как правило, эти бандиты были либо очень хорошо знакомы друг с другом, либо вообще являлись членами одной ОПГ.
Нужно сказать, что точно такая же хрень в светлом будущем происходит при «спектаклях» с «добрым» и «злым» полицейским. «Плохой» полицейский издевается над подследственным, затем приходит «хороший» и защищает «клиента» от «плохого». «Хороший» полицейский даёт совет подозреваемому в чём-либо сознаться или всё чистосердечно рассказать, ибо только это может оградить и помочь. Конечно — это как вариант и случаи бывают разные, но суть приблизительно одинакова.
— Да вот, — вообще без акцента произнёс второй псих — Азат, — решили товарищей проверить…
— Проверили? Мы можем идти? — зло сказал я. — Хорошо, спасибо, до свидания! Как ни будь обойдёмся без вашего автографа уважаемый Амирхан. Сева пошли, — мы начали подниматься с дивана.
— Товарищи. Ребята! Подождите! Ну что вы в самом деле. Я вот арбуз купил… Алим, что ты наделал?! — начал суетится Ибрагимов. — Немедленно извинись! Немедленно!
— Ребята. Серьёзно. Мы незнаем кто вы и откуда. Вот решили проверить… Странно как то, пионер и студент ходят по знаменитостям и предлагают незнакомым людям песни. Ну сами посудите — ведь странно же?! — толкнул речь первый псих по имени Алим.
— Может и странно, но вот вчера мы подарили и презентовали песню товарищу Ташкенбаеву Мансуру и никаких проблем не возникло.
— Точно. В «Праге»?! — воскликнул Азат. — Я же тебе говорил это он, — обратился он уже к Алиму.
— Да ладно, хорош вам «Ваньку валять». Всё вы сразу узнали. К чему этот спектакль вновь?
Те переглянулись.
— Ладно, ты прав. Сразу узнали. И очень удивились увидев.
— Я тоже обалдел, — признался я и поглядел на Севу. Вроде дышит и даже моргает, но аккуратно, чтоб никто не заметил.
* * *
— Давайте прослушаем песню ещё раз, — в десятый раз попросил Ибрагимов. Мы сидели вокруг стола, слушали песню и ели арбуз. Вкуснотища.
Как я выяснил из беседы с комитетчиками они в Москве по работе, а Амирхан их друг. Вчера же в ресторан они просто зашли поужинать и провести время, когда и увидели там поющего пионера — то есть меня. Нужно сказать, что и в пятницу они тоже были в этом ресторане и тоже наблюдали за плясками всего зала. Песня им также понравилась, впрочем, как и новая, то есть та которую они слушают сейчас.
  
— Песня шикарная. Что вы за неё хотите? Сколько? — сказал Амирхан, когда затихли звуки композиции.
— Сложно сказать. Как Вы понимаете нам чем больше тем лучше, — сказал я истину, и все засмеялись. — Чтоб лучше оценить качество песни я предлагаю вам сделать тоже самое, как и Мансур.
— То есть? — не понял певец.