Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Первый куплет…
Народ прислушивается и переговаривается…
Нужно сказать, что когда притушили свет и включили прожектора на сцену смотрели почти все зрители, когда же я запел то посмотреть, что же тут творится прибежали даже повара…
… Конец куплета… Припев…
«Украдёт и…»
… Человек десять вскакивает со своих мест. Многие дамы тащат своих кавалеров танцевать, но танцуют товарищи неумело и слишком скромно…, что ж придётся показать, как надо…
Проигрыш…
Тут слов нет и я зажигаю «джигу», ну как я в пьяном состоянии её понимаю. Смесь лезгинки, гопака и яблочка, некоторых товарищей в зале и у сцены, этот неожиданный реверанс приводит в шок.
Большая компания граждан в кепках — грузинках размахивает руками, что-то кричит и пытается копировать мои мало адекватные движения…
Второй куплет…
Уже половина зала танцует, перед сценой устремив все свои взоры на кумира, если это действие конечно можно вообще назвать танцем.
«Кумир миллионов», показывает Севе сделать звук громче…
Припев…
«Украдёт и позовёт…»
Взрыв в астрале!..
Вскакивают почти все…
Начинаются пляски — мать их!
В проигрыше происходит форменное безумие.
Граждане в кепках устраивают хоровод.
— Громче! — ору я в микрофон звукорежиссёру Савелию, смотрящему на меня «во все глаза» и по обыкновению открыв рот.
Третий припев…
В зале не пляшут, ибо это действие можно охарактеризовать именно как пляска, только три человека — остолбеневший Сева, ох****ющий администратор и находящийся в предвкушении всесоюзного успеха Ташкенбаев.
* * *— Бис!.. Браво!.. Ещё!.. — кричит хором весь зал, как только песня смолкает. — Ещё… давай ещё!!! — скандирует публика. Кто-то лезет ко мне на сцену обниматься. Его оттаскивают музыканты, которые тоже все вспотевшие от танцев. Какой-то товарищ в кепке протягивает мне 50 рублей и кричит:
— Брат! Эщё!.. Брат… спой эщё!..
Я расталкиваю толпу и подхожу к Севе.
— Мотай! И смотри плёнку чтоб не украли, — с этими словами выпиваю сначала воды, а затем уже «не воды».
— Ого!.. Какая песня!.. Товарищи, успокойтесь! Товарищи, тише! Спокойно друзья!.. Сейчас исполнитель выпьет водички и продолжит… — говорит администратор «благодарным слушателям» не забывая оглядываться на меня. Во взгляде его читаться мольба и немой вопрос: «Чё ты там делаешь?! Пой иди — пока меня не съели!»
— Песню! Песню! Песню! — начал скандировать и хлопать зал.
Некоторые подходят к своим столикам, наливают, «хлопают» и опять начинают орать.
Музыканты весело лыбятся, похлопывают по спине, хвалят и достают нотные тетради с карандашами. Ну эту проблему я надеюсь мы решим с помощью Мансура и ВКАП. Хотя, быть может тут закон — «кто первый встал того и тапки»? В смысле, кто первый зарегистрировал того и песня? Надо с Мансуром, после выступления будет переговорить…
— Всё, всё товарищи, вот и исполнитель!.. — обрадовался конферансье увидев меня. — И так, Сандро. Сейчас испол…
— Сева!.. Зажигай! — кричу пьяный я, в микрофон. Поворачиваю бейсболку набок, а-ля рэперы, а из динамиков начинает звучать весёлая мелодия…
Весь зал пускается в пляс!..
Понеслась!..
«Украдёт и позовёт…» …
* * *Усевшись рядом с довольным Мансуром, я задал риторический вопрос:
— Ну как?
— Это нечто! Прекрасно! Великолепно! Я такого никогда не видел! — начал восхвалять меня он. Ему вторила и вся их компания. Я же взял со стола яблоко и стакан якобы с соком, который протянул мне Сева.
Попивая небольшими глотками коньячок, я слушал дифирамбы, которые пели мне не только за столом, но и отдельные товарищи, подходившие с других столиков.
Они считали своим долгом лично, поприветствовать, поблагодарить и предложить пересесть на минутку за их столик. В такой обстановке переговорить о чём-либо серьёзном не представлялось возможным.
— Александр, насчёт денег. Скажем сумма в пять тысяч рублей будет достаточной за песню?
— А помощь в регистрации в ВКАП?
— Безусловно. Завтра выходной. Поедем с утра в понедельник.
— Договорились. Меня всё устраивает, — сказал я и добавил, — только имейте ввиду, музыканты записывали ноты и текст. Как бы не украли.
— Не беспокойся, это я их попросил.
— Да?
— Дело в том, что завтра у моего уважаемого друга праздник, — с этими словами он показал на улыбающегося дядю Мустафу. — Его дочь выходит замуж и праздничное застолье будет здесь. Вот я и думал, может спеть новую песню молодожёнам. Но выучить всю композицию до завтра и достойно её исполнить, я скорее всего к сожалению, не успею… Эхх… Где ж ты раньше-то был?.. — задал вопрос и вздохнул Мансур Ташкенбаев.
— Александр, у меня есть к Вам предложение, — подхватил «передающееся знамя» Мустафа. — Не могли бы Вы исполнить завтра эту песню на свадьбе дочери? Разумеется, за достойное вознаграждение. К примеру, пятьсот рублей будет достаточно?
— Завтра?.. Не знаю… Не помню, есть ли у нас какие-нибудь планы.
— Постарайтесь поменять, — улыбаясь продолжал собеседник. — Всё-таки свадьба… а вы будете желанными гостями!.. Я буду Ваш должник. Если сможете приезжайте во второй половине. Очень прошу вас. Приезжайте.
Я задумался. Ну а почему собственно нет? Заодно ещё раз «протестим». Пятьсот руб. заработаем — на мороженное.
Все уставились на меня…
Повернувшийся ко мне Сева, также смотрел на босса и ждал его решения.
— Хорошо мы подъедем около семи. Нормально?
— Договорились. Буду безмерно благодарен. Спасибо, — сказал Мустафа, и мы пожали друг другу руки.
* * *Было ясно, посидеть нам не дадут. Каждую минуту кто-нибудь, подходил к столику и то просил спеть, то выпить, то что ни будь рассказать, то «тупо» лезли целоваться…
«Хорошо хоть смартфонов нет, а то с селфи — «давай с тобой щёлкнимся на память», за****и бы.» — размышлял великий композитор.
— Мансур, мы наверно поедем. А то что-то публика буянить начинает.
— Не вопрос. Значит до завтра?! И кстати Саша, ты мне с записью на студии поможешь? Чтоб побыстрее получилось, а то там время лимитировано. Я заплачу.
— Помогу. Всем до свидания. До завтра.
Мы встали и пошли на выход.
Зал, увидев, что «Сандро» их покидает, стал аплодировать.
В дверях я остановился, повернулся и неглубоко поклонился. Зал взорвался в овациях и скандировании:
«МО — ЛО — ДЕЦ!» «МО — ЛО — ДЕЦ!».
* * *— Вот это да! Саша ты понимаешь, что ты их кумир? — восторженно вскрикивал Сева крутя «баранку».
— Нда?.. Возможно, — скептически говорил я, похлёбывая обычную минералку, хотя внутри всё пело и ликовало. — Кстати ты кассету не забыл?
— Нет.
— А деньги конферансье тебе отдал?
— Какие деньги?
— Ну да… понятно… Рублей двести-триста, мне точна совали… Вот жучара. Зажал значит… Ну п**** завтра получит.
— Да фиг с ними с деньгами, — разошёлся мой маленький друг.
— В смысле — фиг с ним?! — остудил я юного альтруиста.
— То есть не фиг с ними, конечно. Триста рублей за двадцать минут огромные деньги, но Саша… это же полный успех! Это же… я даже не знаю, какими словами можно выразить, то что происходила в зале. Ты видел?! Видел?! Танцевал весь зал! Весь зал, тебя приветствовал как народного артиста и даже лучше! Ты понимаешь, что сейчас произошло? Неужели и у нас так будет? Неужели и нас так будут встречать?
— Будут, не сомневайся, — сказал я. — Кстати, хочешь стать певцом?..
Глава 10
20 августа. Суббота.
Свадьба.
Отольются кошке мышкины слезы, или не всё коту творог, можно и е**** об порог.
С утра немного порисовал на обоях в своей комнате и до вечера печатал «нетленки».
* * *В семь вечера мы подъезжали к ресторану. У входа нас ждал Мустафа.