Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Саша, ты вчера замминистра и нам всем обещал. Я это хорошо слышал. Так что будь любезен, прекрати ломаться, позавтракай и поехали. Я — человек военный. У меня приказ, а приказы, как ты прекрасно знаешь, нужно выполнять.
— Да погоди ты торопить-то, — растерялся я от напора. — Дай сообразить. Мне в магазин надо сходить тогда. Продуктов купить. Гостинцы. Так что на десять точно не успеем, — вздохнул. — Ну раз такое дело, то я конечно подводить тебя, как старшего боевого товарища, не буду. Значит давай поедем на 12:38. А пока, раздевайся и проходи на кухню. Позавтракаем яичницей с колбасой. Я сейчас умоюсь и приготовлю.
— Спасибо, я не голоден, — произнёс тот. — Насчёт электрички — не беспокойся. Я на машине. Так что доедешь до места отдыха с комфортом.
— Прикольно, — похвалил полковника пионер. — Ну тогда вообще не надо торопиться. Раздевайся. Проходи. Хоть чая попей.
— Нет. Спасибо, — вновь отказался он, открывая дверь. — Ты давай делай свои дела и выходи. Я тебя в машине подожду. Особо не торопись, но и не засиживайся.
— Но мне в магазин ещё надо, — напомнил я.
— Заедем по дороге, — ответил Кравцов и вышел на лестничную клетку.
— Во дела, — хмыкнул, защёлкнул замок и пошёл приводить себя в порядок.
* * *— Саша — этот ящик ко мне в машину не влезет! Тут нужен пикап или УАЗ. А ещё лучше грузовик с фургоном, — произнёс Кравцов, глядя на телевизор, который мы только что купили в промтоварном магазине в отделе «Электроника».
— Может впихнём всё же? — критически рассматривая покупку, размышлял я, глядя на здоровенную коробку с телевизором «Рубин -714» внутри. Эта модель начала выпускаться недавно — в 1976 году и именно она станет самым массово выпускаемым телевизором СССР.
Вообще, с моими деньгами, наверное, имело бы смысл и в деревню купить не советский, а какой-нибудь импортный ящик, к которому можно было бы подключить видеомагнитофон. Но, поразмыслив и здраво рассудив, я категорически отмёл эту идею. Во-первых, такие покупки требовали времени и поиска, а не совершались нахрапом. То, что мама купила нормально работающий телевизор в комиссионке, говорило лишь о том, что ей повезло. Часто туда сдавали плохо работающую, бракованную и уже несколько раз ремонтируемую технику. Отремонтировать же такие аппараты вновь при его поломке в дальнейшем было сложно, ибо импортные детали достать было проблематично, а детали от советских телевизоров, как правило, не подходили. Естественно, были «кулибины», которые могли отремонтировать, если не всё, то почти всё, по типу моего компаньона по «плеерному делу» — Григория Людвиговича Заварзина. Но как правило — это было исключение. А правилом же было то, что иностранная аппаратура либо чинилась за бешеные деньги, либо месяцами или даже годами стояла накрытой на тумбочках, в шкафах, коридорах, антресолях и углах комнат.
Однако не боязнь брака останавливала меня от такой покупки. А совсем другое… дело в том, что в этом времени люди все живут не богато. Покупка кем-нибудь дорогой вещи или аппаратуры мгновенно становится информационным поводом на долгое время. Если же вещь стоит огромных, по местным меркам, денег, то о ней будут рассказывать поколениями. Иностранный телевизор и видеомагнитофон среднего ценового класса в СССР этого времени будут стоить около трёх тысяч рублей. Нужно ли говорить, что это огромная и абсолютно фантастическая сумма практически для всех граждан страны. Тем более для граждан, живущих в деревне. Естественно, что о такой покупке узнают, ведь бабушка у меня не живёт отшельницей. Есть соседи, есть проверяющие электричество инспекторы и так далее. В конечном итоге, при любых раскладах, рано или поздно, пойдёт слух. И в конечном итоге он обязательно достигнет тех ушей, которые захотят изъять столь дорогущую собственность. Бабушка в доме одна, поэтому… Короче говоря, даже думать не хочу на эту тему. Мне здоровье любимого человека более ценно, чем миллиарды телевизоров и видаков. Другое дело — советский телевизор. Конечно могут и на него позариться, но шансов намного меньше и все шансы входят в область, что жить вообще опасно и лучше на улицу не выходить. К тому же я решил, что бабушке нужно будет рассказать легенду о том, что её внук купил и привёз не новый, а старый, бэушный телевизор. А в доказательство продемонстрировать сломанный переключатель и глубокие царапины на крышке аппарата, которые я собирался нанести.
В общем решить-то возможные проблемы я вроде бы решил, но вот о том, что эта огромная махина не влезет в дверь авто я отчего-то не подумал.
— Да не влезет, говорю же тебе. Если хочешь, то конечно давай из коробки его достанем и попробуем, но это мы только упаковку расфигачим. Результат будет один — в дверь не войдёт.
— Чьёрт возъмы, чьёрт возъмы, — исковеркивал я выражение интонацией моего липового «учителя» по кинематографическому ремеслу. — Что же делать? — чуть подумал и, посмотрев на компаньона, сказал: — Товарищ Кравцов, я, конечно, не сведущ и некомпетентен в некоторых вопросах бытия, но насколько я понимаю, у вас же в Комитете наверняка автопарк есть. Может ты позвонишь и…
— Мы тебе не автобаза! — строго перебил меня полковник. — Ты, Васин, думай хоть иногда! То вроде ничего, а то тебя прям заносит и несёт неизвестно куда. Это, что моя личная контора? Хочу выпишу машину, хочу нет? Может тебе ещё и грузчиков мне нужно найти из наших сотрудников? — и ехидно: — В каких званиях, твоя светлость, должны быть рабы твои? Полковники и майоры подойдут? Или это слишком мелко для Вас? Может быть генералов лучше мобилизовать?
— Да ладно тебе, — отмахнулся я и стал думать, где бы мне взять грузовик или на худой конец какой-нибудь «рафик».
— Что задумался? Не знаешь, как телевизор довести? А ещё гений, — стебанул меня полковник через минуту.
— Всё я знаю, — отмахнулся от него всезнайка. — Посторожи телик, а я пойду кого-нибудь на дороге поймаю. Денег предложу нормально, без проблем довезут.
Застегнул пальто и собрался было идти на выход, но Кравцов меня остановил.
— Васин, — хохотнул он, — вот все говорят, что ты особенный. Многое умеешь и многое знаешь. Ну неужели ты не додумался до того, что в магазине есть доставка, которую можно оформить. У тебя паспорт с собой? А? — и хохотнув. — А ещё говорят — гений.
— Точно! — хлопнул я себя по лбу. — И как же я сразу про такой архиполезный сервис забыл, — вновь расстегнулся и побежал искать где оформляется заявка, крикнув моему сопровождающему: — Я ща!
Глава 9
Вернулся через пять минут расстроенный.
— Чего? — не понял Кравцов.
— Говорят, что доставка расписана на две недели вперёд. В ближайшее время, когда они смогут доставить груз — двадцатое декабря. Обойдётся всё в двадцать пять рублей, так как везти им нужно будет в Подмосковье.
— И почему ты расстроился? Денег нет? Так я видел, что у тебя их полные карманы.
— Да деньги есть. Это не проблема. Я хотел их, гм, подмаслить. Но там народа много толпится. Не получилось в общем. Давай ждать, — произнёс я и прислонился спиной к стене.
— Ну так оформи всё на двадцатое, — резонно заметил тот, засунув руки в карманы брюк. — Сколько мы тут будем ждать? Оформи и они привезут. Какая разница?
— Что значит «какая разница»? — возмутился потенциальный взяткодатель. — Во-первых, это должен был быть для бабушки сюрприз.
— А во-вторых?
— А во-вторых у меня там чёрно-белый ящик по имени «Чайка» стоит. Хоть и не очень древний, но показывающий мягко говоря: не очень! Ты чего, хочешь, чтобы я глаза портил?
— Ха, — усмехнулся тот, — глаза он портить будет, видите ли… Да если хочешь знать, полстраны смотрят чёрно-белое изображение по телевидению и ничего. А тебе, вишь ли, для зрения плохо. Отделяешься ты от нашего трудового общества, Васин. Плохо это!
— Издеваешься, — констатировал я и неожиданно для нас обоих предложил мысль, пришедшую мне в голову только что: — Товарищ Кравцов, а почему бы Вам не воспользоваться служебным положением?