Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
Последние слова я уже кричал девушке в спину, потому что та, резко вскочив из-за стола, схватила свою сумочку и, вытирая ладонью слёзы с лица, бросилась бежать от меня как от огня. Я, естественно, побежал за ней и попытался успокоить, но она лишь твердила, что я врун, лжец и обманщик как все.
Поняв, что сейчас Ане ничего в таком состоянии объяснить будет просто невозможно, не стал её задерживать, предоставив времени затянуть непонятные душевные раны, и позвонил лишь на следующий день. Однако разговаривать со мной она не захотела, а, попросив больше ей не звонить, бросила трубку. Естественно, я не собирался так просто сдаваться и не хотел её терять. И хотя у девушки с головой было явно не всё в порядке, она мне нравилась, а посему названивал я ей по несколько раз на дню.
Вот и сейчас, как только добрался до дома, помыл руки, поговорил с мамой, быстро поужинал и набрал заветный номер моей возлюбленной.
К моему удивлению трубку сняли почти сразу и столь милый сердцу голос произнёс:
— Алло.
— Анечка, это я. Пожалуйста не бросай трубку, — быстро сказал пионер, слыша в ответ шуршание помех грёбанного телефона. — Пожалуйста, выслушай меня. Это займёт ровно одну минуту.
— Говори, — с холодом в голосе произнесли на том конце провода.
— Ты обвинила меня во лжи и не дала даже шанса всё объяснить!
— Что тут объяснять? Я тебя предупреждала, что не люблю ложь, а ты солгал!
— Хорошо, ты думаешь я обманщик и фантазёр. Допустим. Но, что если у меня есть доказательство моих слов и я могу доказать, что я действительно певец и те пластинки выпустил я.
— Прекрати молоть чепуху, — раздражённо произнесла она и добавила: — Всё я вешаю трубку.
— Это не честно! Ты обвинила меня и не даешь мне даже шанса защитить своё честное имя. Так не делается и так несправедливо, — упрекнул я собеседницу.
— Да потому, что ты фантазёр! Как ты можешь доказать свои слова? Споёшь мне по телефону? — усмехнулась та.
— Спою, но не по телефону и не сейчас. А в живую, в студии и завтра, — сказал я, морщась от телефонного треска. — Давай завтра встретимся на проходной студии «Мелодия» и я докажу тебе, что я честный человек. Если не докажу, то обещаю, что больше звонит тебе никогда не буду.
Повисла тишина, которую нарушал лишь треск сломанного «телефункина».
— Ладно, — решилась собеседница через минуты раздумий, — я специально приеду, чтобы поймать тебя на вранье, и чтобы ты от меня отстал раз и на всегда.
— Пусть будет так. Я там с утра буду. Ты во сколько сможешь приехать? Это почти в центре города находится.
— Я завтра учусь, поэтому смогу подъехать часа в четыре-пять вечера.
— Отлично, — обрадовался жених. — Как подъедешь, то с проходной набери по местному номеру четыре цифры — 3333 и я тебя выйду встретить. Ты адрес куда ехать знаешь? Нет? Ну тогда бери ручку и записывай.
Глава 18
Утро. Саша.
В шесть часов утра вместе с мамой, по предварительной договорённости, заехали к её знакомой швее, которая работала в швейном ателье. Вчера вечером мама предложила ей подработку — сшить куртку сыну по его рисункам, и та согласилась рассмотреть такое необычное предложение. Та была рада возможной подработке, но услышав требования — несколько обалдела от них. Куртку нужно было сшить за два дня.
— Но у меня же работа, — произнесла она. — Дней за пять, наверное, можно попробовать что-то сделать, работая по вечерам, но за два…
— Возьмите пожалуйста два дня за свой счёт, — предложил я ей. — А чтобы компенсировать ваши убытки, к тем семидесяти рублям, что предложила Вам за работу мама, готов добавить ещё сто, — и видя удивление. — Поймите, я знаю, что её сшить можно гораздо дешевле, но у меня просто нет возможности ждать. Она мне нужна срочно! Прошу Вас снять с меня мерки и начать работать, не теряя времени. В помощь Вам остаётся мама, которая поможет вам купить необходимые аксессуары. А материал для куртки мы уже купили. Хватить должно с лихвой, — сказав эти слова, пионер поставил набитую сумку на пол.
— Саша, но куртка за такое время хорошей получиться просто не может. Её всё равно необходимо будет мерить, подшивать, ушивать и так далее, — логично пояснила швея.
— Давайте сделаем вот как, Вы сейчас снимите с меня мерки и сошьёте как получится, а потом мы её с Вами доработаем за определённую плату. Договорились? Отлично, — произнёс я, снимая с себя свитер, а после этого достал из кармана рисунки обычной чёрной кожаной косухи.
* * *В восемь тридцать утра я был уже на проходные фирмы «Мелодия». Там уже кучковались ребята из нашего ВИА, которое, судя по всему, в полном составе решило прогулять очередной рабочий день, благо справки нам пообещали выдать вновь.
— Ну что, сегодня голос будем писать? — поздоровавшись, спросил Антон.
— Да, голос и клавиши, — напомнил играющий на светомузыке.
— А клавиши кто будет писать? Ты сам или Юля?
— Клавиши будет писать, человек из оркестра, а ему в этом деле будет помогать он, — закончил я, показав на подъезжающую «Волгу» голубого цвета с хромированной фигуркой бегущего оленя на капоте.
С водительского места вылез папа́ и пошёл открывать своему сыну дверь, который сидел справа от водителя на переднем сиденье. Мы поздоровались и все вместе помогли Севе выбраться из автомобиля.
— Не смог усидеть дома пока твориться история? — беззлобно приколол друга я.
— Нет конечно, — стоя на костылях, радостно улыбаясь, во всеуслышание парировал Савелий. — Как можно усидеть, когда тут такое творится!
— Ну, тогда включайся в работу и давайте, товарищи, хватайте Савелия и потихонечку выдвигаетесь в студию, а то опоздаем, — объявил я и народ дружной компанией, весело галдя, пошёл к проходной, дабы вахтёру там показать временный пропуск и пройти на территорию звукозаписывающей фирмы. Так как на Севу был заранее заказан пропуск, то с его проходом проблем не возникло и он, обмениваясь с ребятами шутками и новостями, прошёл, опираясь на свои костыли, через турникет. Коллектив медленно втягивался через проходную, а я с полу продюсером Яковом Моисеевичем остался рядом с машиной и Севиным папой, который захотел со мной о чём-то побеседовать.
— Александр, меня вчера вечером вызывал к себе директор. Он сказал, что в нашей филармонии будут проходить съёмки какого-то музыкального клипа и что почему-то режиссёр настаивает на том, чтобы в съёмках принял участие именно я и мой оркестр. Также директор сказал, что ему сказал звонивший из Министерства Культуры СССР, что режиссёром в этом клипе будет некто — Александр Сергеевич Васин, который дружит с моим сыном. Саша, скажи, это они тебя имели ввиду?
— Таки да Аркадий Львович, — улыбнувшись ответил некто Васин и добавил: — Это я им посоветовал, если Вы не заняты, то попробовать привлечь Вас, — и видя удивление на лице собеседника. — Не беспокойтесь, Вам, естественно, закроют внеурочные и дадут внеплановый оплачиваемый выходной.
— Да я не то, чтобы беспокоюсь, просто это так неожиданно и непонятно… Н-да… Так, значит я правильно всё понял, и это именно Вас имели ввиду, — и повернувшись к худруку: — Яков, а почему ты мне не рассказал, что это ваша затея?
— Аркадий, клянусь честью, я и не знал. Это и для меня было полной неожиданностью! — ответил тот и повернувшись ко мне: — Саша, почему ты нам не сообщил?!
— Извините, товарищи, я просто забыл. Вы же сами видели, Яков Моисеевич, какая вчера чехарда была. Меня спросили, где будут съёмки? Я сначала думал запросить Большой театр, но потом вспомнил про папу Савелия и попросил Мячикова провести съёмки в его вотчине, — и посмотрев на папа́, — Аркадий Львович, если Вы против, то я сейчас же всё исправлю, поменяв на что-нибудь другое. На самом деле мне всё равно где снимать. Главное, чтобы была сцена, небольшой зал и оркестр во фраках и с музыкальными инструментами. Я просто думал, что упоминание Вашего оркестра в музыкальном мини-фильме, который будет демонстрироваться в США и в Европе, лишний раз привлечёт к вашему творчеству внимание потенциальных зрителей и поклонников за рубежом. Так Вы против?