Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Ага. Не может… Пока ты здесь экспериментируешь, то мы не репетируем, а скоро у нас концерт. Осталось две недели всего, — псевдо логично парировал мои объяснения Кеша и посмотрел на Антона.
— Да ладно ты… Прям он всё репетиционное время как будто бы истратил. И вообще, насколько я понимаю, он для нас всех старается, не так ли Саша? — сказал тот и посмотрев в мою сторону продолжил: — Так, что хватит дискутировать! Всё записали уже, поэтому время есть. Сейчас сколько? Половина восьмого? Вот, ещё полтора часа есть… Два раза программу прогнать успеем. Поэтому не бурчи, а лучше иди настраивай бас гитару.
Ребята согласно закивали, и Антон у меня уточнил: — Саша ты всё? Всё записал, что хотел?
— Ну да, — подтвердил я. — Сейчас, только с катушки на кассету перекину и всё.
— Отлично! — сказал он и скомандовал: — Ребята, по местам! Все подходим к своим инструментам и подстраиваемся.
Народ стал разбредаться по местам, а я, подойдя к шкафу открыл дверцы.
На полке кассет не оказалось… Я удивился и стал рыться в валяющимся внизу хламе пологая, что быть может они упали туда. Я точно помнил, что тут лежало около десяти штук, сейчас же их почему-то не было.
Перерыв весь шкаф я понял, что кто-то их «увёл», после чего обратился к коллективу:
— Ребята, не знаете где кассеты? Они вроде в шкафу лежали? Может кто пережил куда-нибудь в другое место?
— Я не брал, я не видел, я не знаю, — раздались ожидаемые голоса сотрудников, и я задал следующий вопрос: — А может быть тогда у кого-нибудь есть с собой какая-нибудь другая кассета? Любая. Даже с записью подойдёт. Я завтра отдам?
Ни у кого кассет с собой не оказалось.
— Писец, — прокомментировал я, ещё раз осматривая полки шкафа и размышляя о том, что по всей видимости перед встречей придётся заехать завтра сюда. — Это во сколько же мне вставать нужно будет завтра, что б успеть всё переписать и очутиться на Академической в девять часов утра?»
— Саш. А может ты на катушку перепишешь? — вывел меня из размышлений подошедший Сева.
— Блин… Как? Песни записаны на разные катушки, а катушечник-то один.
— А второй где? Мы же два покупали? — удивлённо оглядываясь по сторонам в поисках пропажи второго магнитофона сказал друг.
— Два, — согласился я с ним и со вздохом сожаления пояснил: — Я блин его в школе оставил! Сегодня, после концерта… Там фанаты блин мешали забрать его…Не смог бы я тогда от туда ретироваться…
— Какого концерта? Какие фанаты? — не понял Савелий.
— Да, сегодня днём я в одно школе концерт «забацал» … Не заморачивайся. Я тебе потом всё объясню, — сказал я пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.
— Вот блин… А чего меня не позвал? Интересно же…
— Да ладно ты… Лучше скажи, где мне кассету взять?
— Гм… Ну сейчас магазины уже все закрыты, — стал размышлять друг, после чего предложил: — Давай ко мне домой съездим и возьмём магнитофон или кассеты?.. Ну, или к тебе?
— Далеко, — недовольно поморщившись ответил я, но так как другого выхода по всей видимости не было, то согласился с разумным предложением и пошёл на выход.
Сева же извинился перед ребятами, в двух словах объяснил неприятную ситуацию и двинулся следом за мной.
* * *— Ну вы чего, всё? Уходите? — окликнул нас вахтёр, когда мы уже были в дверях.
— Да нет, мы на часик отъедем, по делам. Скоро вернёмся, — сказал Сева и в этот миг на меня сошло озарение — я вспомнил о спрятанной в стене каморки сторожа кассете.
— Стой Сева. Я сейчас, — сказал я напарнику и направился к вахтёру.
Предложение бухануть прямо сейчас, было сторожем принято на ура и он, видя, что до закрытия магазина осталось пятнадцать минут, получив от меня тринадцать рублей на «магарыч» и закусь, рванул в сторону продуктового.
Я же, не теряя время зашёл к нему в кабинет, под удивлённым взглядом Савелия оторвал от стены лист оргалита и достал заветную кассету с записями моих недавних экспериментов.
— Откуда, это там? — ошеломлённо показывая на оторванный лист спросил клавишник.
— Да, было дело… Как-то при пьянке туда случайно провалилась, а достать я забыл, — соврал я. — Хорошо, что сейчас вспомнил. Зато ехать теперь никуда не нужно.
— Какой пьянки? — не понял клавишник.
— Неважно. Главное теперь есть куда записать и это как говорят у нас во «Франции» — «зер гуд».
— А что на ней записано?
— Да так, эксперименты попсовые, да песенка про «Дядя Лёню» …
— Про нашего?
— Ну, это как сказать… Но скорее да, чем нет… Дома на чистую кассету всё перезапишу и всё будет путём, — ответил я ничего непонимающему другу и предвидя очередные вопросы скомандовал: — Ты пока, постой пожалуйста на дверях и дождись сторожа, ну а я, чтобы время зря не терять, пошёл в репетиционную.
Глава 39
Мы рождены, чтоб сказку сделать былью…
(с) Марш Авиаторов.
14 сентября. Утро.
Солнце светило прямо в глаза…
— Блин, солнышко, дай поспать, не свети ты так, ещё рано, — прошептал я, поворачиваясь на другой бок.
Земное светило было сегодня категорично и настырно, поэтому даже рассматривая мою просьбу-приказ продолжало своё солнечное дело — освещать мой лик.
«Интересно, сколько сейчас времени, раз солнце уже так поднялось, — подумал я и в тот же миг вспомнил о встрече с потенциальным генералом… В смысле наоборот… не так… но это было совсем неважно.
— Аларм!! Я, походу дела, проспал! — вскрикнул я, вскакивая с кровати и коря себя за разгильдяйство.
Посмотрел на часы. Они показывали без пяти минут восемь.
— Ё-моё!.. Хорошо хоть ветка метро прямая, — прошептал я и не забывая матюгать нехорошими словами «крайнего», то есть «грёбанный» не прозвеневший, или же прозвеневший слишком тихо, будильник, прыжками устремился в ванную.
* * *Быстро сделал утренние процедуры, оделся, схватил магнитофон, кассету, положил всё это дело в наплечную сумку, одел ботинки, закрыл квартиру и бегом помчался к метро, совмещая необходимое с полезным.
Пока бежал, думал о двух вещах: Первое это о том, каким образом я вчера умудрился не поставить будильник. Почему забыл? Ну да, вчерашний день выдался тяжёлым… Сначала милиция, затем концерт, потом запись и репетиция. Ясное дело я устал. Помню пришёл, ополоснулся, а вот как добрался до постели практически не помню… Ну хоть в душе не упал и то дело… Ну да ладно… Сейчас интересует другое… Успею ли я за пол часа от метро «ВДНХ» до метро «Академическая», ведь в девять часов посредине платформы меня будет ожидать бойкий старичок.
* * *Как не удивительно это было, но я не опоздал и ровно в девять был на станции, где Семён Лукич, пожав мне руку и по заведённой с незапамятных времён традиции сказав:
— Здравствуй Васечка, — предложил пройти к лестнице, ведущей на верх, на улицу.
Через двадцать минут мы заходили в одно из зданий комплекса, расположенного по адресу Фрунзенская набережная 22, где располагалось Министерство обороны СССР.
На проходной представились и мой сопровождающий рассказал о цели визита.
Дежурный прапорщик куда-то позвонил и через пять минут за нами спустился товарищ в военной форме. Представившись капитаном Соловьёвым, он попросил Семёна Лукича передать дежурному паспорт и тот переписал данные в журнал посещений. Также, в виду отсутствия документа у меня, мои данные были записаны с моих слов, после чего Соловьёв поинтересовался, что у меня в сумке.
Я открыл поклажу и показал магнитофон. Капитан в задумчивости «угукнул» и поинтересовался, на какой хрен я это притащил в Министерство обороны СССР? Я, переглянувшись с сопровождающем объяснил ситуацию. В ответ Соловьёв «угукнул» ещё раз, взял магнитофон, рассмотрел его повертев в руках, после чего поставил на стол к дежурному и предложил идти с ним, пообещав, что аппарат нам вскоре поднесут в целости и сохранности.
