Регрессор в СССР. Цикл (СИ)

— Раз понял, вали отсюда шпионская морда! Вали и готовься! Завтра с тобой другие будут говорить! — прошипел он и добавил: — КГБ!
— Вот даже как… — произнёс вероятный агент, поднимаясь со стула.
— Уже сейчас можно было бы тебя в оборот взять, но тебе повезло…. Начальник отделения сегодня в главке, а без него я принять решение не могу… Вот если бы ты был совершенно летним, — мечтательно произнёс кровожадный псих и улыбнувшись добавил: — Расстрел…
  
«Идиот!» — констатировал я и не прощаясь вышел из кабинета.
  
Глава 34
 
«Во дела. И что мне с этим дураком делать? Как быть? Да он мне просто выхода не оставляет,» — раздумывал я, когда мы вышли на улицу.
— Саша! Вот видишь, как всё произошло! Ну зачем тебе это? Пожалей ты меня! А если тебя посадят? Я ведь этого не переживу! А бабушка? Подумай о нас! — запричитала мама пока мы шли к метро.
— Мамуся, мы уже несколько раз с тобой обо всём говорили! Всё идёт как должно идти. Я же тебя предупреждал, что рано или поздно так случится. Так что же ты переживаешь?!
— Мне страшно…
— Не бойся. Всё предусмотрено. Ничего страшного не произойдёт.
— А вдруг тебя поставят на учёт?! Вдруг посадят?! — задавая резонный вопрос паниковала родительница.
— Да что ты его слушаешь-то?.. Видно же, что он нас запугивал. Никто меня не посадит, потому как не за что сажать. Кассеты мои куплены официально. Чеки есть. Музыка никакая не антисоветская, так что всё нормально. Не беспокойся, — сказал я, понимая, что хоть эти аргументы и были услышаны, но к сведению приняты абсолютно не были, а посему, «распил» меня был продолжен…
* * *
«Что же делать, что же делать, — анализировал я, заходя в вагон метро под непрерывающиеся причитания маман. — Как же меня так угораздило попасться?.. Нет, что рано или поздно меня поймают я практически не сомневался, но надеялся, что будет это когда я стану уже более-менее знаменит и смогу как-то влиять на следственный процесс… К примеру, через Щёлокова, написав ему рекомендации по спасению великого писателя, или спортсмена, или музыканта, или учёного, или… короче одним словом кем там я должен буду к тому времени стать… Сейчас же всё пошло не по плану. Я сейчас практически никто и звать меня ни как… Эх… грёбанный ЗИЛ… Это ж надо так было попасть… Может Армену позвонить?»
Доехали до кольцевой линии и сделали пересадку. Я продолжая выслушивать печальные картины нашего вероятного будущего, которые рисовала мама, ободряюще ей что-то отвечал, но сам был в себе обдумывая правильный вариант решения проблемы…
Пересадку на свою оранжевую ветку нам нужно было делать на станции «Проспект мира», но, когда мы подъехали к станции «Комсомольская», на которой и находились «три вокзала», решение проблемы было найдено. Да дерзкое. Да необычное. Да в меру не адекватное. Да странное и быть может даже мерзкое… Но всё же возможное, а посему действовать нужно было быстро…
Я повернулся к маме, сказал ей, что буду поздно вечером, после чего попрощался и выскочил из вагона в уже начинающиеся закрываться двери.
* * *
Сходил к камерам хранения и открыл ячейку с кассетами. Взял сумку на которой лежал листок с надписью «сто пятьдесят», после чего отправился обратно в Перово.
Всю дорогу пока ехал, напевал песню «Третье сентября» … Так как дорога занимала около часа, то спел я её раз двадцать и это меня в край взбесило.
«Ну что тебе от меня надо?! Я же тебя уже записал! Так нет же, опять привязалась!» — недоумевал я, разговаривая с песней(!) и понимая, что по всей видимости удар об дверь грузовика не прошёл бесследно, ибо у меня началась шизофрения сразу в последней стадии.
«Что ты мне всё про третье сентября-то твердишь, да твердишь?.. Мочи уже нет слушать и петь! Отстань!» — просил её музыкант, а в голове всё пело про перевёрнутый календарь, про то, что второго сентября всё было всерьёз, а вот третьего всё накрылось…
«И что? Что накрылось-то? Что ты мне всё поёшь?! На что ты намекаешь? Что произошло третьего сентября?!» — со злостью задал я вопрос композиции(?) подходя к отделению милиции и внутри всё похолодело.
Остановился и потерянно огляделся…
«А действительно, что произошло в тот день?.. Что было третьего сентября хрен знает какого года?.. Что?..» — спросил себя я и вытер выступивший на лбу пот.
«Ну нафига себе вопросик, да?.. Да!.. Все тексты в песнях на предмет крамолы я не раз и не два проверял-перепроверял… Так почему же я не разу не задал себе вопрос о цифрах и датах… А ведь в этом времени к датам относятся совершенно не так как в светлом будущем. Тут даты помнят и чтят. В каждом доме на стенке отрывной календарь висит… Так, что же случилось третьего сентября? Да там хрен знает, что может быть!..»
Огляделся вокруг на предмет, где бы присесть, но к сожалению лавочки, поблизости не обнаружил…
«Походу дела, мы на грани грандиозного шухера! Нужно срочно «пробить» информацию о дате! Нужно срочно ехать в деревню! Хорошо, что я оказался именно в Перово. Пару остановок на автобусе, и я на платформе. Эта ветка как раз та которая мне нужна, чтоб доехать до железнодорожной станции Бронницы… Решено. Быстро провожу операцию и мчусь в деревню. Всё нужно сделать за пару часов, ведь из деревни мне нужно вернуться тоже сегодня же, потому как завтра у меня… Ё-моё… Я же завтра с генералом встречаюсь… как раз в девять утра… Так как мне оказаться в милиции и на встречи с генералом? Я не Янус Полуэктович Невструев, который эту бы задачу решил на раз-два, ибо он один в двух лицах. Я к сожалению, разделятся не умею. (тут речь идёт о замечательном романе Братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу.» прим. Автора.) … Во шляпа-то… И что мне выбрать? Что для меня важнее?.. — я почесал затылок. — Как не крути, а генерал перспективней, при условии конечно, что генерал этот реально существует в нашей реальности, а не в фантазиях дедули-пенсионера… Ну, а милиция, что ж… подождёт милиция. Днём с мамой приедем… Какая разница?.. Как говорится, первым делом, первым делом генералы… а милиция? Милиция потом… — решил для себя великий стратег и лишь только, зашёл внутрь отделения тут же вспомнил, что с фанатом-дедулей я договорился на четырнадцатое число, а завтра будет только тринадцатое… — И почему у меня всё в голове-то перемешалось? Неужели из-за песни?.. Или из-за ЗИЛа?.. Так решил же, по песни еду сегодня, а по «ЗИЛу» решу сейчас!»
Песня перестала петь…
Я застыл в дверях отделения и ещё раз вытер пот со лба. Постоял несколько секунд прислушиваясь к себе и пошёл к сидящему за столом дежурному милиционеру.
— Тебе чего, малец? Забыл, что-то? — спросил тот отрываясь от заполнения какого-то журнала вероятно меня вспомнив.
— Здравствуйте ещё раз, — поздоровался культурный я. — А вы не скажете как фамилия начальника отделения?
— Соколов у него фамилия. Николай Владимирович. А зачем тебе?
— Да в школе просили узнать на чьё имя писать какое-то заявления. Я же рядом живу вот и пообещал узнать…
— Понятно, — сказал дежурный и потеряв ко мне интерес принялся за своё прежнее занятие.
«Счастливые милиционеры в этих годах, — перебрасывая сумку с одного плеча на другое подумал я. — Ни тебе бронированных стёкол, ни металлодетекторов, ни обыска сумки на предмет «адских машинок», ни автоматов с пистолетами… Ничего подобного невидно и в ближайшие лет десять в глаза бросятся не будет…
  
Нет, конечно всё это в отделении есть в наличии, но на практике практически не применяется… Также в этом времени у милиции нет на вооружении не только слезоточивого газа, электрошокеров, резиновых пуль, но даже и дубинок. Всё голыми руками, всё на авторитете и никто не «кипишует»» …
Попрощался с дежурным и выйдя на улицу пошёл в сторону столь любимой мной школы…