Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Рассвет. Люди идут на работу. Люди заняты. Люди живут в сытости и достатке. Люди наслаждаются жизнью. Всё, как и положено — с понедельника по пятницу работа, учёба, а потом выходные… Нам повезло, что сегодня выходные, тем не менее… Мы тут в мире и безопасности. У нас всё хорошо и нам ничего ненужно. Ровным счётом ни-че-го!..
Она молчала, давая мужу высказаться, чувствуя его умиротворенный настрой, но тот неожиданно встрепенувшись повернулся к ней, былая спокойность в голосе исчезла, и он резко спросил:
— Оля, а твоя редакция не может узнать телефон «Байконура»?
— Чего?.. Не поняла… Чего узнать? Чей телефон?
— Космодрома «Байконур».
— Зачем? — искренне удивилась она.
— Да так. Была одна идейка… — вздохнув сказал он и потёр лицо. — Непонятно просто, почему аллари не дали Петру в помощь свою эскадру полностью. Ведь это было бы логично.
Ольга Ивановна отложила рукопись и поднялась с кровати, после чего потрогала лоб супруга.
— Не волнуйся, я не сошёл с ума. Просто… Согласись, довольно странный поступок командующего красно-фиолетовой эскадры. Вот так бросать своего бойца в самое пекло… Без поддержки… Толком без связи… хотя конечно в нём симбионт куалькуа, но всё же… Это же практически стопроцентное самоубийство!.. Это же не наши методы!.. Вот я и думаю, не перевербованный ли, это крысёнок ЦРУшник? — произнёс Сергей, чувствуя, как жена пытается засунуть ему градусник подмышку.
Глава 23
Несколькими часами раннее. Саша.
Перед тем как поехать на репетицию, а точнее на историческое собрание ансамбля, я решил заехать к гармонисту дяде Лёне. Если же быть более точным, то дядю Лёню, нужно бы называть, если речь идёт о ласкательной форме, не дядей, а скорее деда Лёней, ведь ему уже больше шестидесяти. Естественно, что словосочетание дядя Лёня может звучать намного более солидно чем деда Лёня, если к этому словосочетанию добавить несколько слов.
— Почему будет звучать более солидно? — зададут вопрос некоторые товарищи.
— Сейчас объясню, — скажу я и приготовлюсь вас гипнотизировать.
Закройте глаза и произнесите: «Дядя Лёня», затем откройте глаза и добавьте три слова: «Мы с тобой!»
…
(Вы ещё тут?! (прим. автора))
(Речь идёт о песни «дядя Вова.»)
Вариант 1. https://www.youtube.com/watch?v=7kpd74vcmUo
Вариант 2. https://www.youtube.com/watch?v=GaGTLpRmbYQ
(Вылезайте из-под стола… (прим. автора))
Одним словом, такую вот незатейливую композицию я решил адаптировать к местным реалиям, естественно вдумчиво поработав над текстом. Песня, которая в прошлой реальности называлась «Дядя Вова», тут сменила название и стала называться «Дядя Лёня — мы с тобой!».
Как, на такие выкрутасы пионера, посмотрят «там на верху» я представлял себе слабо, но осознавал, что «отмазка» типа: «Дяденьки, я честно-пречестно никого не имел ввиду, а написал эту песню про нашего гармониста,» может не зайти…
Тем не менее, если говорить не о очень «высоком уровне», я думаю любой партаппаратчик, посмевший поставить под сомнение, что Леонид Ильич Брежнев у нас не главный командир, фактически сразу же выроет себе могилу, туда себя уложит, а затем незамедлительно закопает.
С этой мыслью я хожу уже достаточно давно. Вот есть такая идея и всё тут. Идея нужно сказать для этого времени невероятная и крайне опасная, но что я могу сделать? Придумалась и сидит в голове, ежедневно напоминая о себе. И что мне с этим делать? Как реализовать замысел? И стоит ли игра свеч? Быть может отказаться нафиг пока не поздно, ведь это же действительно опасно. Зачем мне так рисковать?.. Вроде незачем. Вроде и так идёт всё нормально, но вот мысль, что мне слабо такое учудить, голове покоя не даёт… Я её отгоняю, но она с новой силой врезается в мозг и шепчет: — Не бойся. Они все от страха в штаны наложат, когда поймут о чём это… Как только кто-нибудь из них «сявкнет», что-то типа, мол: — Чтой-то ты милок поёшь за крамолу? Какой, ещё тебе дядя Лёня командир? Не дорос ты щенок!
Ты на это улыбнёшься и как гаркнешь: — Что ты назвал крамолой пёс смердящий?! Песню о генсеке ты назвал крамолой? А ты нео**** часом?! Леонид Ильич вишь ты, капиталистическое твоё «мурло», тебе не угодил?! Курилы отдать хочешь?! Аляска тебе не нужна?! А ну-ка быстро фамилию свою назови! — и достав маузер продолжишь: — Кто тут, ещё против Советской власти, мать его?! Стройся вон у той стенки!.. — а затем оглядев ошеломлённый строй грозя пальчиком констатируешь: — Смотрите у меня!!
Ну, а если серьёзно… Шутки шутками, а ведь КГБ к такой песенки наверняка обязательно привяжется и начнёт копать. Копать-копать и ведь накопает. А нужно ли мне это — быть под колпаком у «Мюллера»? Ответ очевиден — нет! Поэтому, как бы несоблазнительна была перспектива спеть эту композицию сейчас, лучше будет всё же оставить её на потом, а именно на те времена, когда я частично «выйду из тени».
Хотя… а может вообще продать её?.. Такая песня любого билана без слуха и голоса вознесёт в топы хит парада мгновенно!..
С другой стороны, нафига мне эти деньги? И так, куча «бабла» в деревне закопано. Куда его девать-то? Солить что ль?..
* * *«Дзынь», «дзынь», звонил я в звонок двери, но дверь Леонид Ильич Сидоренко, в квартиру не открывал.
«Ну и какие варианты у нас есть? — спросил я себя. — Забухал и спит? На улицу вышел? Надеюсь, что не помер. Хотя этот вариант особо сильно и рассматривать не хотелось — дедуля живчик и если не сопьётся, то, по моему мнению, третье тысячелетие вполне может встретить. Впрочем, он ведь на фронте был, а война она такая… вряд ли здоровье прибавляет и даже скорее наоборот…»
Спустился к подъезду и посмотрев на часы решил пол часика всё же подождать «потеряшку», мало ли, вдруг действительно не пьяный валяется, а просто вышел подышать свежим воздухом? Может такое быть? Может. Значит подождём, тем более о том, что гармонист любитель «зелёного змея» я слышал лишь от Антона и Мефодия, ибо сам дядю Лёню я не видел никогда не то чтобы пьяным, но и даже слегка выпившим.
* * *Через пятнадцать минут ожидания, из арки вышел по меньшей мере профессор Преображенский из фильма «Собачье сердце», которого там сыграл замечательный актёр Евгений Евстигнеев.
Аккуратная бородка, круглые очки как у Лаврентия Берии типа — «двойное пенсне», бежевый костюм, белая рубашка, синий галстук, чёрные туфли не оставляли не единого шанса усомниться, в высоком статусе индивида. Любому человеку, мало майски разбирающемуся в евгенике и расовой теории, даже в голову бы не пришло, что этот мужичок алконафт-гармонист, а не как минимум член академии наук.
Образ «белой кости» несколько портила сетка-авоська с продуктами, которую он нёс в руках, однако большая белая фетровая шляпа с бантом, превосходно сидячая на голове, эту небольшую дисгармонию нивелировала сполна.
«Вот, что делают с человеком правильно применённые средства в размере трёхсот рублей, которые я выдал Ильичу за выполнение небольшой работы,» — заключил меценат, поднимаясь с деревянной лавки.
— О привет. Меня ждёшь? — обрадовался дядя Лёня, увидав малолетнего работодателя. — А я, понимаешь, в магазин за хлебом пошёл. Вот… а потом, понимаешь, дай думаю, прогуляюсь. Погода-то хорошая.
Я в подтверждении его слов мотнул головой улавливая от «профессора» чрезмерно «надушенный» запах одеколона «Саша».
«Нда… а с дозировкой-то дедуля переборщил. Пахнет за километр. Лил он его на себя что ль?.. Или быть может внутрь вливал?.. Хм… а почему бы и нет, если он действительно алкоголик?.. Махнул одеколончика и пошёл за водярой… Очень может быть…» — раздумывал «Шерлок» по очереди разглядывая, то сетку, то её владельца, пытаясь понять адекватность «клиента».
