Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)

Потом он разделся, перешел ледяную реку и быстро оделся на другом берегу. Его трясло, ноги едва не сводило судорогой, но он собрался и побежал. Бег согрел и немного успокоил. Теперь надо добраться до дома и не попасть в лапы какой-нибудь твари. От простых хищников он как-нибудь отстреляется, пистолет не потерял, а вот с монстром не справится. И почему он не получил дар матери?
  
До лагеря парень добирался трое суток. Он был бы рад бежать и ночью — бежать в лесу безопаснее, чем сидеть на месте, — но сейчас слишком темные ночи. Потому приходилось прятаться под поваленными деревьями или забираться на крепкие ветки и привязывать себя, чтобы не упасть во сне. Огонь разводить он боялся, потому трясся в темноте не только от страха, но и холода. Зато днем по телу стекали струйки пота от бега.
И вот он добрался. Постовые встретили его настороженно, но задавать вопросов не стали и пропустили. А он бросился сразу в землянку к отцу. Только его там не оказалось и пришлось спрашивать мужиков. Ему указали на главный костер.
— Отец! — крикнул парнишка на подходе к площадке, где горел большой костер, а рядом на вертеле пекся упитанный кабан.
— Ты почему один⁈ — рыкнул вместо приветствия один из главарей банды.
И парень остановился, словно наткнулся на стену. Он стоял и смотрел на приземистого, но широкого в плечах и мускулистого отца, что прожигал его яростным взглядом. С каждым годом отец все больше отдалялся и разочаровывался в нем. А все потому, что Искра магии все не проявлялась. Неужели мать ее так и не передала?
— Они все… их всех…
— Не мямли как девочка!
— Все погибли, отец, — после глубокого вдоха сообщил пацан и подошел ближе к огню. В нос ударил пьянящий запах горячего мяса.
— Но ты выжил. — Эти слова прозвучали обвинением.
— Тише, Чалый, тише. — К нему подошел второй главарь, высокий и статный, но с ожогом всей левой половины лица, и положил отцу руку на плечи, сжал одно и заставил поморщиться. — Твой сын вернулся живой, а ты словно бы и не рад. К тому же, если бы Никитка погиб со всеми, мы бы не узнали об их неудаче еще очень долго. Идем, Никита, присядем у огня и ты все расскажешь.
Никита с облегчением перевел дыхание, но подошел с опаской. Последние два года отец все сильнее лютовал, бил за любую провинность. А в пьяном угаре чаще слышалось «надо было и тебя вместе с ней прикопать». От этих слов становилось совсем жутко даже со знанием того, как и зачем он появился на свет.
Чалый уже много лет находился в изгнании. Пятнадцать лет назад он поймал изгнанную аристократку и против ее воли заделал ей ребенка. Бандит хотел ребенка с магическим даром и готов был творить это с женщиной, пока она не даст ему желаемого. Но она умерла при родах и оставила Никиту. В городах на наличие Искры детей проверяют при рождении, но остается вопрос, когда она загорится. Обычно Искра проявляла себя в семь или двенадцать лет, реже в три года. И совсем редко в шестнадцать. Никите недавно исполнилось четырнадцать, но никаких проявлений магии так и не было. Проблема в том, что в Пустоши никто не смог проверить его на наличие Искры. Даже Вадим в свое время только пожал плечами и пробурчал что-то невнятное. У Никиты сложилось впечатление, что он просто не умел определять, как и Артем.
Теперь Никита жил в банде единственным ребенком. Порой казалось, что другим уголовникам он нужнее, чем собственному отцу. Даже самым отъявленным мерзавцам.
— Давай, присядь, поешь и рассказывай, — с отеческой сердечностью сказал второй главарь, подводя его и Чалого к костру.
Сам отрезал большой ломоть мяса и протянул его Никите. Но Чалый выбил мясо, стоило сыну его взять. Кусок упал на золу, а отец получил по морде.
— Ты охренел, Красавчик⁈ — взревел Чалый.
— Не смей портить еду, — ледяным тоном заявил второй главарь. — Не ты ее добыл, не тебе ей разбрасываться.
— А ты не смей лезть в воспитание моего пацана! Он еще не заслужил жрачку!
— Он выжил, — вкрадчиво сказал Красавчик. — И принес новости. Уже этим заслужил.
— Ладно. Пусть подбирает и жрет, — сплюнул рядом с мясом Чалый.
— Охолонись. Иначе сам сейчас будешь это жрать, — процедил обожженный главарь.
Чалый вздрогнул и осмотрелся вокруг. За полгода они так и не выяснили, кто же из них сильнее. Каждый имел сторонников. Но сейчас рядом находились преимущественно люди Красавчика. Чалому ничего не оставалось, кроме как усесться на бревно у костра и зло зыркнуть на отпрыска.
— Жри и говори уже, — зло проворчал он. — Не тяни за яйца.
Гордость и голод боролись недолго и голод победил. Никита взял из рук Красавчика чистый кусок мяса и жадно впился в него зубами. Он ел быстро, проглатывал, едва ли не жуя, несколько раз почти подавился. И все из-за злого и нетерпеливого взгляда отца, что чуть не притопывал от нетерпения. Наконец, он проглотил последний кусок, запил водой и с облегчением вздохнул. Никита не ел горячего три дня и теперь от сытости клонило в сон. Но сначала надо все рассказать.
— Мы следили за деревней. Потом Бурый захотел посмотреть, что там со стороны реки. Мы нашли тихое место, перешли вброд. А там пляж и стража на заборе стоит. Ну мы спрятались в лес. Ночь там провели — все смотрели. Утром уходить собрались, а тут они по пляжу идут и о чем-то треплются. Бурый велел мне на дерево залезть, чтобы не мешал. А сам решил, что это шанс, и приказал стрелять. Тут у кого-то ветка под ногой хрустнула, а их тетка, аристо, услышала, в их сторону посмотрела и ствол увидела. В общем, всех наших положили магией. А я отсиделся и побежал к вам. Хвоста не было — я проверил.
— Патрулям, значит, их хваленым не попались, а аристо увидела, — недоверчиво прищурился Чалый.
— Так мы шли со стороны, где они не ходят. А эта… ну так ветка хрустнула, говорю.
— А может, это ты, щенок, веткой хрустнул? — с опасным прищуром спросил отец.
Никита аж отпрянул.
— Нет! Они еще минуты три целились и искали момент получше, когда я уже на ветке сидел.
С искаженным злобой лицом Чалый подался вперед и занес руку. Но Красавчик схватил ее и усадил отца на место. Никита перевел дыхание. Порой ему казалось, что второй главарь ему больше отец, чем настоящий.
— Остынь, — холодно сказал он. — Ты потерял людей, это неприятно. Но зачем на пацане срываться? Ты слышал что-то из их разговоров после заварушки?
— Не, эта тетка с мужиком побежали в лес за теми, кто от огня спасался. А я спрыгнул и убежал, пока не заметили.
Красавчик покивал и задумался. Чалый обхватил голову руками и застонал.
— Теперь они придут к нам, — пришел он к выводу. — Этот Образцов разделывается со всеми, кто встает у него на пути, совсем отмороженный.
— Он? Он не трогал нас все это время. Твоим гаврикам сказано было что? Следить, наблюдать. Куда они с пукалками на магов поперлись, а? — с презрением выговаривал ему Красавчик. — Теперь у нас вместо сведений и прибытка из города за выполненное задание минус десять бойцов и орава аристо на хвосте. А нам еще колонну дербанить.
— И что предлагаешь? — удрученно спросил Чалый.
— Снимаемся с места. Идем к трассе, делаем дело, а потом затихаем в новом логове. И сидим, пока Образцов о нас не забудет.
Чалый покивал.
— Тогда отправим этого задохлика к Василию. Пусть покажет новое место, — сказал он и ткнул пальцем в сына.
— Э… Красавчик? — подал голос один из его людей, что ошивались рядом, мужик надежный и проверенный, шустрый, только драться не любил. Оба главаря к нему обернулись. — Пацан только вернулся, ему бы в себя прийти. Давай я сгоняю.
— От пацана на трассе толку с гулькин хрен, а у нас без той десятки каждый ствол на счету. Так что сейчас отдышится и в город пойдет, — ответил Красавчик.
  
— Я б быстрей обернулся, но как знаешь, — не стал спорить мужик и отошел.
Никите позволили отдохнуть всего час. Казалось, он только коснулся подушки, как уже подняли, сунули в руки рюкзак с едой и отправили в город. Лагерь бурлил разворошенным муравейником. Бабы с провожатыми уже ушли на новое место, остальные заканчивали паковать вещи. Никита посмотрел на лагерь, где они жили уже полгода, в последний раз, развернулся и побрел к Орлу.