Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)
Илья не забывал смотреть по сторонам и под ноги, но мысли крутились вокруг Людмилы и последнего разговора с Сашкой. Да, сначала он сам подозревал красотку, но ведь она усталая и без своих эликсиров пошла на стену отражать атаку, хотя могла найти кучу причин этого не делать. И никто бы и слова не сказал. И если бы с ней было что-то не так, то другие женщины из бандитского лагеря уже сообщили бы. И вопросы про деревню Люда задавала самые обычные, и про себя рассказывала как все. Нет-нет, все с ней в порядке, а у Сашки паранойя, что неудивительно после вероломства Вадима. Конечно, он посмотрит за ней и как можно с более близкого расстояния, но не только чтобы успокоить друга, а потому что девочка понравилась.
— Ты чего такой задумчивый всю дорогу? — спросил его Владимир на привале.
Уже полностью стемнело, весело трещал костер, жир с шипением капал с мяса над ним. Олег, уже почти привычно тихий и молчаливый, сидел с другой стороны костра рядом с другими бойцами. В прежнее время он уже травил бы байки под взрывы смеха всего отряда, но сейчас он только смотрел в огонь и подкидывал в него хворост. Очень хотелось его пнуть, растормошить. Но уже и говорили, и увещевали, и пытались свести к шутке — увы, их сержант продолжал чувствовать себя виноватым и предателем, хотя его вины нет в реакции на магию.
— Да так, думаю. О Людмиле, — пояснил Илья.
— А-а, — с пониманием протянул Володя и улыбнулся. — Да, симпатичная девочка.
— Да не в том дело. Сашка подозревает ее и просил присмотреться.
— А ты не подозреваешь?
— Вот еще скажи, что ты тоже… — взвился Илья. — Ты же ее осматривал. Вот скажи, если бы она врала, это было бы заметно?
— По женской части она от осмотра отказалась. А в остальном все сходится — бланш настоящий, руки сбиты, косметики нет.
— Ну вот.
— Психологическое состояние только смущает — слишком она бодрая и веселая для того, кто три недели провел в плену. Особенно после ее прежнего образа жизни. Или же она очень устойчива. Но мы не знаем, как с ней на самом деле обращался тот бандит, — добавил Володя ложку дегтя.
— Я бы не доверял, если есть хоть малейшее сомнение, — вдруг подал голос Олег.
Илья обрадовался инициативе сержанта, но заострять на ней внимания не стал, чтобы он не замкнулся снова. Тем более имелось что сказать по теме.
— Она не похожа на ту, кто жаждет власти любой ценой. Людмила могла выйти замуж. Да, брак фиктивный, но поднял бы ее статус.
— Кто знает. Я видел, как она бродила по деревне в первый день, а после гуляла с тобой. Где ты ее встретил? — уточнил Олег.
— У арсенала. Но она даже не знала, что это он.
— А потом?
— Потом была атака. А после мы посмотрели на мельницу, терем, амбар, склад.
— Стратегически важные здания, — подвел итог Олег.
— Справедливости ради, логично интересоваться такими вещами, — вставил Володя. — Каждый должен знать, куда прийти за едой, куда за одеждой или оружием.
— Вот! — победно воскликнул Илья.
— А может быть и разведка, — добавил мрачно Олег.
— Какая разведка? Ее выгнали из города, из самой Москвы. Она должна быть обижена еще больше нас на город и систему! К тому же у нее Георгий на руке. Ну какой…
— Берегись! — крикнул Олег и прыгнул через костер, сбивая Илью на землю.
Костер зашипел и вспыхнул еще ярче. Бойцы повскакали со своих мест. Ночь разорвали короткие автоматные очереди. А Олег все никак не поднимался с Ильи.
— Володя?.. — прохрипел Илья, придавленный сержантом. — Олег?
— Сейчас, — услышал он напряженный голос Владимира.
Олега с него сняли, что позволило увидеть причину переполоха. Над костром висел черный паук размером с теленка, окруженный золотистой аурой. Он уронил на них свою сеть в надежде накрыть всех, кто сидел у костра. Но Олег увидел и успел оттолкнуть Илью. Только какой ценой…
Сеть, разумеется, сплетенная из света, упала в костер и заставила его вспыхнуть. Этой вспышкой сержанту опалило спину. Илья опасался смотреть внимательнее, насколько все серьезно. Он не врач, а воин. Быстрым взглядом Илья оценил обстановку и потянулся за флаконом.
— Лечи его, паук наш, — бросил он Владимиру и выпил эликсир.
С тех пор, как в Корсуни появились спирт и молоко, Илья перестал варить простые эликсиры. Вот и этот имел двойное действие — совмещал разрез бобра-секача и огонь из шерсти Игниса. Как только магия разлилась по телу, Илья начал действовать.
Первым делом он отскочил подальше от огня. И не только для того, чтобы не обожгло, но и чтобы лучше видеть паука. И не прогадал. Пока бойцы лупили по нему из автоматов, Сиятельный паук, как он назывался официально из-за золотой ауры и сети из света, защищался той самой аурой и не мог делать ничего больше, даже уползти. Этим Илья и воспользовался.
Он взмахнул рукой и перерезал паутину. Паук шмякнулся в огонь. От удара щит золотого света рассыпался и монстр запищал от ожога. Теперь пули достали его, еще и Илья помог разрезами, что оставляли ожоги, и, меньше чем через минуту, паук перестал дергаться.
Илья сразу бросился к Володе, что колдовал над Олегом.
— Жив?
— Помоги убрать остатки ткани, — напряженно сказал вместо ответа Владимир.
Одного взгляда хватило, чтобы понять всю серьезность ситуации. Сержанту спалило всю спину и даже затылок. В прожаренной плоти с трудом различались куски ткани от одежды. Илью едва не стошнило от вида и запаха, но он сдержался и начал осторожно вытаскивать нитки и целые лоскуты.
— Смелее, все нервные окончания сгорели, ему не больно, — ободрил Володя.
Сам он вливал в Олега магию, не позволяя отправиться в лучший мир, и осторожно исцелял уже очищенные от ткани участки спины.
И тут стало темно. Это бойцы вытащили паука из костра, но здоровая туша разметала хворост и загасила пламя.
— Дайте свет! Быстро! — прорычал Владимир. Обычно спокойный, когда дело доходило до спасения жизни, он мог и накричать, и нецензурно выругаться, и даже ударить — и хорошо, если не магией. Все это знали и старались не доводить главного врача Корсуни до греха.
Потому сразу четверо из шести бойцов включили фонарики и направили лучи на спину Олега. Раздались потрясенные шепотки «ох, ничего себе» и «да как так-то⁈», но все мужики закаленные, проверенные, так что ни один фонарик не дрогнул. А вскоре двое других оттащили тушу паука и зажгли костер.
Илья спешно убирал куски постороннего материала из ран. Если оставить и залечить, ткань начнет гнить внутри и сделает только хуже. Увы, магия лечения не растворяла и не выдавливала грязь из ран, приходилось делать это вручную.
— Охраняйте, — бросил Илья, не отрываясь от дела. — Не забывайте смотреть и вверх тоже. Не только по сторонам.
Бойцы только угукнули — они знали свое дело и развернулись лицами в темноту, как только погасили фонари. Знать-то знали, но все равно кто-то пропустил паука.
Наконец, когда у Ильи уже пальцы сводило от мелкой работы, Олег хрипло вздохнул и закашлялся. На последних каплях заряда магии Володя закончил с исцелением и устало отстранился. Он прислонился к стволу дерева, на толстой ветке которого болтался обгоревший кусок паутины, и вздохнул с облегчением.
Илья помог Олегу сесть и накинул на обнаженную спину с новой нежной кожей спальник. Сержанта трясло, он диковато поглядывал вверх, словно ожидал еще одного паука или ту же белку.
— Кто проворонил? — спросил он.
И Илья с Владимиром переглянулись с улыбками облегчения — в голосе сержанта снова звучали старые добрые нотки металла.
* * *Мне очень хотелось назвать лису Людвигом в честь лисенка из любимой в детстве книжки, но это все же оказалась девочка, так что назвали Алисой. Котенок Лены получил имя Матиас, а свою кошечку я назвал Минервой в честь мудрой героини одной книжки. В этом мире вряд ли написали такую альтернативку про мальчика-волшебника в мире, где простые люди не знают о магии. И верно — моим спутникам это имя не сказало ровным счетом ничего. Они и иностранные имена знали только по книгам трехсотлетней давности.