Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)

Как и обычные звери, в сумерках зайцы-притворщики и лисы-швеи теряли бдительность. Впрочем, скорее только лисы — зайцам приходилось опасаться сов, тоже не простых, конечно же.
— Посматривайте наверх, — напутствовал дядя Миша перед тем, как расходиться. — Совы тут с магией крови.
— Нам же не нужны совы, — удивился я.
— Но мы можем быть им нужны. Вытянет из тебя силы и упадешь мумией, — усмехнулся он.
  
— А, такие совы. Тогда тоже ловим — полезно, — распорядился я.
И мы разошлись в разные стороны, чтобы начать сходиться в намеченной точке.
Конечно, обычно охота что на зайцев, что на лис проходит не так — их загоняют в ловушки, травят собаками и прочее. Но монстры умнее и не попадутся в клетки, а собак мы еще не завели. Игнис остался сторожить лагерь. Трава сухая, дождей не было уже три дня, если хоть искра с него упадет, начнется пожар, способный поджечь и лес.
Так что мы осторожно начали сходиться к предполагаемому лежбищу. По дороге выискивали другие следы, намечали следующие цели.
Я бы удивился, если бы у нас получилось с первого раза. Мы дошли до указанного Иваном места, но там никого не оказалось, даже примятой травы. Тогда отправились на следующий участок. Но оттуда монстр успел улизнуть, оставив куски рыжей шерсти. Я заметил, что народ начал спешить. Это понятно — стремительно темнело. Но спешка заставляет ошибаться.
— Спокойно. Не торопимся. Если что, оставим до утра, — сказал я. — Еще заход и отдыхать.
И снова мы разошлись. В этот раз я увидел отчетливые следы лисьих лап и жестами приказал бойцам расходиться полукругом. Другие группы это увидели и замкнули круг. Сначала широкий, с каждым шагом он становился уже и плотнее. По сигналу зажгли фонари. И тут же услышали возмущенный лисий писк, а следом рычание.
Я тут же кинул на звук паутину. Но рычание сказало, что промахнулся. А потом начались изменения.
Земля под ногами стала скользкой. Чтобы не упасть, я схватился за траву и тут же ладонь стала мокрой от крови.
— Трава острая! — крикнул я.
Парни остановились и раскрутили трещотки. Впереди заколыхалась трава. Лена выпустила туда сноп лоз с паралитическим ядом. Людмила сверху накрыла паучьей сетью. Я добавил еще одну.
В ответ раздался испуганный животный крик. А следом и полный страха и боли крик человека. В небо со стороны нашего лагеря вылетела огненная стрела. Я поднял голову и увидел большую крылатую тень. На такой птичке подросток вполне может полетать, мелькнуло сравнение. И следом я попытался запутать ее паутиной. Увы, Багряница, как называли эту сову, успела взлететь выше и паутина упала на острую траву.
— Люда, лиса на тебе! Лена, попробуй поймать сову лозами! — крикнул я.
— Держать строй! — приказал дядя Миша своим бойцам.
Мы с Леной начали попытки поймать Багряницу. Одновременно на земле царил хаос. Трава становилась то острой, то превращалась в жгуты, что хватали за ноги и обвивали тела. Почва перестала быть скользкой и превратилась в топь.
Бойцы кричали, меж ними металась рыжая тень в поисках пути к бегству. Паутина Людмилы превращалась то в траву, то в туман, но она не теряла темпа и продолжала выстреливать один заряд за другим. Так она скоро выдохнется, мелькнуло в голове, но и сам я оказался в том же положении.
Нет, так ничего не выйдет, понял я через пару минут безуспешных попыток. Лиса успевала справляться с паутиной, а сова умудрялась уйти от наших с Леной заклинаний. Надо закончить с одним монстром, потом заниматься вторым. И почему мы выпили простые эликсиры? Надо от них избавляться и делать с двойным эффектом. Зря у нас спирт стоит что ли⁈
— Ловим лису, Лен! — крикнул я.
Без лишних слов она переключилась на рыжего монстра. И буквально со второй попытки лиса забилась в путах, не в состоянии разделить внимание на столько объектов сразу.
— Не убивать! Просто придуши! — крикнул я бойцу, что занес огромный кулачище над пленницей.
Мужик кивнул и слегка пристукнул ее. Но радоваться еще рано. Сова поняла, кто для нее опаснее всего, и с безоружных бойцов переключилась на меня и девчонок.
— За стволами, бегом! — рявкнул наш капитан.
Бойцы, что еще стояли на ногах, а это восемь из двенадцати, рванули к лагерю. Там Игнис нервно переступал с лапы на лапу и пытался достать сову огнем. Увы, ему не хватало расстояния и до летающей заразы долетали лишь жалкие сполохи. Она презрительно тушила их взмахами крыльев и продолжала нападать. А с падением лисы еще агрессивнее. Могу понять — люди поймали ей еду, считала Багряница.
Но теперь мы занялись ей втроем. Правда, и сова занялась нами троими. Я вдруг почувствовал слабость, ноги стали подгибаться и в голове зашумело. Все признаки падения сахара, как их описывала мама с диабетом. Очень захотелось прилечь. Но я снова поднял руку.
— Девочки, — хрипло и слабо сказал я и увидел, как Лена схватилась за руку, меж пальцев потекла кровь. — Девчонки, нужен один дружный залп, чтобы она не успела увернуться. Как с лисой.
— У меня заряда два, — предупредила Люда.
И на счет «три» мы выстрелили. Сова дернулась от полотен паутины, но Лена на мгновение промедлила, увидела, куда она дернулась, и выпустила лозу.
Багряница возмущенно закричала и забилась. Лена зашипела от боли и поднялась на мыски. Я ощутил как слабость немного отступила и подошел к ней на ватных ногах. Краем глаза заметил, что Людмила упала.
И тут прозвучал выстрел. За ним еще один и еще несколько. И сова упала к нашим ногам. Хотя от пуль или это яд успел подействовать, ее вопрос. Но я упал рядом с ней.
Подбежали наши бойцы и без всяких команд занялись ранеными. Лена присела на траву рядом со мной, зажимая глубокий порез на руке.
— Пять минут потерпишь? — тихо спросил я.
— Да я сама сейчас лечение выпью и всех исцелю, — ответила она. — С тобой-то что?
— Она мне из крови сахар вытянула. Хорошо, что не весь, иначе не говорил бы уже. С Людой может быть то же самое.
— Ребят, нужно что-то сладкое, — позвала Лена.
А я все же прикрыл глаза, не в силах держать тяжеленные веки поднятыми.
Очнулся я уже у костра на коленях у Лены. Игнис лежал рядом, слышались тихие разговоры. Меня тут же напоили сладким до приторности чаем, волк облизал руки и лицо с довольной мордой.
Выяснилось, что один парень едва не утонул в трясине — вытащили в последний момент и чудом откачали. Остальные отделались порезами о траву и царапинами от когтей лисы. Еще трое получили магические царапины или падение сахара наравне со мной и Людмилой. И половине из них пришлось переодеваться из деревянныходежд в обычные. Мы с Людой провалялись без сознания минут двадцать. За это время Лена выпила эликсир лечения и помогла всем раненым и себе тоже.
У лисы отломили четыре кристалла из почти двух десятков и продолжали держать без сознания. Говорить отрастают они обратно или нет еще рано, но Лена периодически посматривала на нее. Сову распотрошили: вытащили глаза для эликсира ночного зрения, вырвали зоб для магии крови и перья для магии ветра.
— Ну что, хотел бы такого питомца? — с насмешкой спросила Лена.
— Конечно, — улыбнулся я. — Только растить его надо с яйца, чтобы и мысли не было использовать магию против своих.
— Ты псих, — проворчала Людмила и продолжила отпиваться сладким чаем, кутаясь в спальник. От пережитого ее знобило.
— Не бывала в таких переделках?
— Нет. Думала, что братья меня брали на серьезную охоту, а оказалось, что на легкую прогулку, — недовольно проворчала она.
— По дороге из Москвы ты не охотилась? — удивился я.
  
— Нет. Только на простых зверей, чтобы поесть.
— В таком случае, ты очень достойно держалась для первого серьезного боя.
Но она не оценила похвалу и окатила меня мрачным взглядом.
— В прошлый раз было так же? — спросил я у дяди Миши.
— Полегче. Сова не прилетала. И попался нам заяц. Мы его быстро убили, разделали и ушли.