Спецкурс магической ботаники (СИ)
Однако распорядитель Фиц слишком настойчиво сбывает излишки товара... Почему? Что мешает припрятать сезонный продукт до лучших времён, когда он снова будет в дефиците? Задумавшись, Кэсси заметила, как по лицу распорядителя скользнула облегчённая и радостная полуулыбка, когда они с нэссом ударили по рукам. Здесь явно таился какой-то секрет, но она в последние дни устала от тайных заданий и закулисных махинаций, так что тут и гадать не будет, и не уговаривайте.
Заключив договор, оба мужчины дружно уставились на Кэсси.
– Вы ж гляньте на мадам: привольно отдыхает, когда другие работают, – притворно возмутился нэсс Годри.
– Мы просто обязаны провести её до конца улицы и показать дом, идеально подходящий под лавку, – поддержал его Фиц.
Кэсси чуть не подавилась соком, но ушлые господа уже вели её под ручки осматривать площади, которые «грех отдавать неизвестным лицам».
Двухэтажный домик в самом деле был прекрасен – в точности такой, каким представлялся в её фантазиях. Прежде внизу располагалась сувенирная мастерская с торговой витриной, а комнаты верхнего этажа были только что отремонтированы. Стены сверкали добротной тканевой отделкой вместо дешёвой бумаги, потолки блестели побелкой, мебель была одновременно и добротной и изящной. Две небольшие спаленки и гостиная выглядели так уютно, что хотелось немедленно переселиться сюда из блока общежития. Однако цена за дом была соответствующей, и Кэсси по примеру ректора пожелала глотнуть успокоительного.
Женскую бледность, жалобные вздохи и многозначительные подталкивания в бок нэсс Годри игнорировал и настойчиво уговаривал её на банковскую ссуду под маленький процент и его поручительство:
– Ты сильная и волевая, ты справишься.
– Я умная, поэтому даже не возьмусь, – стояла на своём Кэсси.
На территорию академии она вернулась в расстроенных чувствах, предвидя, что милый домик будет преследовать её и во снах. Скормила лианам нетронутый ужин, добавила полезных удобрений в контейнер скалолаза и опрыскала восстанавливающим зельем когти страсти, после подпиткой магией принца наконец-то отрастившие пышную светло-зелёную крону. Впрочем... Кэсси присмотрелась к листьям – они опять подвяли?! Что же творится с несчастным кустом? Действительно будто магия вытекает, поскольку других причин для ухудшения самочувствия у него нет.
Вспомнились рассказы боевиков, как лихо атаковал их этот представитель магической флоры. Возможно, парни не так уж сильно преувеличили геройство когтей страсти и фантастические способности куста к быстрому и частому восстановлению? Отчего-то они обозлились именно на него – значит, он заметно выделялся на фоне сородичей.
Заинтригованная Кэсси присела перед кустом на безопасном расстоянии. Её горячее любопытство когтям страсти совершенно не понравилось, и они агрессивно зашипели, наставив на неё колючки. Настроение куста описывалось словами: «Нечего ко мне лезть, я своё без боя не отдам!». Земля в горшке волнообразно заколыхалась – корни куста что-то подтянули к центру и свернулись клубком, защищая неведомое н е что. Видимо, то самое, что впитывало в себя магию, словно... многофункциональный артефакт, как говорил его высочество Стэн?! Кустик прибрал к рукам (то есть к корням) часть шпионского арсенала?
– Во время боя он подпитывал тебя магией, а теперь вытягивает её из тебя, пополняя свой резерв! – сообразила Кэсси. – Вот куда ушло подношение принца – в клубок под тобой, а тебе опять недостаточно перепало.
Кажется, она догадывается, какой артефакт случайно оказался в её комнате – тот самый, который пытаются воссоздать лучшие артефакторы службы имперской безопасности. Мощный и магоёмкой артефакт, подходящий к сложнейшему заклинанию, руны которого не смогли влёт расшифровать эксперты.
Желанию немедленно вытащить и внимательно рассмотреть то, что прятал куст, противостояло нежелание повредить ослабленное растение. Добровольно когти страсти свой трофей не отдадут, а если силой выдрать его вместе с корнями, куст погибнет. Действовать надо хитростью, как в случае с захваченным соловьём королевы, но к ночи она слишком устала для оригинальных задумок. Не так-то просто поймать полуразумное растение в сети ловкого обмана: на все ваши коварные ухищрения оно ответит опрометчивой бестолковостью, легко разрушающей самые продуманные планы. Практики по магической ботанике тому доказательство!
– Завтра с тобой поговорим, ты выздоравливай получше, – зевнула Кэсси. Утомительный вышел денёк.
Прозрачные нити поискового заклинания обвили её и налились серебристым светом, когда она уже направилась к постели. Яснее ясного, какой маг сформировал заклинание и желает узнать, как она справилась с его секретным поручением. Нахлынуло горячее желание молча пихнуть нитям ампулу с окровавленной ватой и улечься спать. На мизерный магический резерв поисковых заклинаний, как и на резерв крылатых вестников, охранная магия академии, не дающая никому проникнуть за периметр, никак не реагировала, а вот заклинание принуждения она не пропустит (ещё и пытавшемуся его отправить солидную магическую оплеуху даст).
Поэтому втихаря заставить её выйти из комнаты Левитт не мог, но стремление проигнорировать его магические намёки на встречу за порогом Кэсси подавила волевым усилием: на призывы начальства явиться с докладом не положено отвечать препирательствами. Кроме того, ей ярко представилось, как проклятущий брюнет в одиночестве идёт к люку, с заклинаниями которого не смог толком разобраться даже главный артефактор службы имперской безопасности. Как в адский лючок, окроплённый кровью королевского сынка, утекает вся магия брюнета. Как он, полностью обессиленный, как куст когтей страсти, пытается отползти прочь от гиблого местечка и некому подставить ему надёжное дружеское плечо.
– Маг человеку не товарищ, – впустую напомнила себе Кэсси и поспешила отправиться по наводке нитей, прижимая к боку запрятанную в карман ампулу с образцом крови его высочества принца.
...
Тем же днём
Вечно подогреваемый котёл политических интриг напоминал Мару ёмкость с молоком, которое долго-долго смирно стоит на огне, а потом в один миг вскипает, поднимается шапкой и льётся через край неудержимым потоком событий.
Утром ничто не предвещало беды. Дипломаты Лензы и Бирма вели ожесточённые баталии о территориальной принадлежности внезапно обнаруженных золотых копей в Мраморных Горах. Обеими странами к спорным пещерам были направлены небольшие отряды боевых магов королевской стражи. Эти отряды под скептическими взорами гвардейцев службы имперской безопасности делали вид, что находятся на учениях, и слали командиру гвардейцев доносы о попытках противников «перейти границу их государства». Командир благодарил за бдительность и заверял, что назначение его звеньев – не допустить беззакония, пока дипломаты ломают перья над бланками договоров. Словом, приманка золотоносных жил исправно исполняла свою роль, отвлекая правителей стран на дело более быстрого обогащения, чем игры с реками и стихиями. Отток из столицы той незначительной части вооружённых магов, что напрямую подчинялись королям, а не СИБу, тоже способствовал стабилизации ситуации. Оставалось надеяться, что когда-нибудь и эти отряды перейдут под юрисдикцию конторы, но пока древний институт личных королевских стражей сохранялся.
В полдень в Лензе была совершена попытка убийства известного мага-стихийника страны, оставшаяся безуспешной лишь благодаря слаженным действиям сотрудников службы имперской безопасности, негласно приставленных охранять всех крупных стихийников империи. Жертва заговорщиков неосторожно выпил чай с соком дерева юч а ра – соком, вяжущим так сильно, что горло сводило судорогой и наступал сильнейший болезненный спазм, лишающий сознания и препятствующий поступлению воздуха в лёгкие. Если бы не моментальная помощь тайных телохранителей, несчастный бы умер.
Историю удалось бы не предать широкой гласности, если бы не гневная разоблачительная речь брата короля Лензы, произнесённая им с трибуны на главной площади столицы. Речь, не запланированная заранее, и которую конторе не удалось предотвратить.