Адмирал Империи 17 (СИ)
— Полковник, мне кажется, что вы рано покинули регенерирующую капсулу, — после некоторой заминки, ушедшей на переваривание информации, медленно произнесла Наэма. — Либо на вас так подействовали восстанавливающие препараты… Я, конечно, тронута этими вашими чувствами и пылкими признаниями, но, — Наэма запнулась, подбирая нормативные слова, — но, боюсь, что между нами в дальнейшем не может быть ничего, кроме товарищества и взаимовыручки…
«Ну, все, отшила очередного беднягу», — подумал я, решив спасти Наэму и выходя из-за истребителя, оба офицера, как нашкодившие дети, застигнутые врасплох, вытянулись в струнку.
— Приветствую вас, господа… и леди, — подмигнул я Наэме. — Как самочувствие, полковник? Вижу, уже оправились после контузии.
— Более чем, — поддакнула Наэма, краснея и понимая, что я слышал, по крайней мере, часть их пылких объяснений.
— Здравия желаю, господин контр-адмирал! Самочувствие нормальное, к вашим услугам! — ответил мне Винтер, после чего мы пожали друг другу руки.
— Не будете ли вы столь любезны предоставить мне и майору Белло несколько минут для приватного разговора? — я не стал долго любезничать с этим незнакомым мне англичанином, прежде всего потому, что сам чувствовал себя не очень и хотел поскорее закончить с Наэмой, а потом пойти несколько часов отлежаться в своей каюте.
— Конечно! С вашего позволения, отбываю, — смущенно пробормотал Винтер, щелкнул каблуками, кивнул и поспешил удалиться.
Когда мы остались с Наэмой наедине, я хитро улыбнулся:
— Ну что, «моя леди», разбивательница сердец, опять кого-то успела очаровать? Бедный Винтер, ему можно лишь посочувствовать…
— Да бросьте вы, Александр Иванович, — фыркнула Наэма. — Что я могу поделать, если вы мужики ведете себя иногда как безрассудные мальчишки. С чего вдруг полковник слетел с петель, я не понимаю…
— Посмотрись в зеркало, поймешь, — улыбнулся я.
— Да, оставьте, — смутилась девушка. — Не время думать о всяких глупостях, война идет… Хотя, если честно, лестно слышать такие признания, тем более от настоящего джентльмена и аристократа…
— Ого, аристократа захотела? — рассмеялся я. — А как же наш кубанский казак Яким Наливайко? Как мне помниться, ты тоже сразила его своими чарами. Не пора ли определиться с выбором, леди Белло, пока за вами не закрепилась репутация ветреной женщины?
— Ой, шеф, вот давайте только без этих ваших шуточек! — махнула рукой Наэма, заметно занервничав. — Лучше расскажите, как ваши дела после ранения. Смотрю, вы уже полностью восстановились, если шаритесь по ангарам и подслушиваете чужие разговоры?
— А, значит, я подслушиваю, и ты хочешь без шуток? Ладно, — кивнул я, хмыкнув. — Тогда жду отчета, по какому праву ты вывела в космос «соколов» без моего приказа!
Для порядка отчитав майора Белло, а заодно и узнав подробности боя, я вышел из ангара с намерением направился к себе в каюту. Каково же было мое удивление, когда навстречу мне по коридору спешил все тот же полковник Винтер, похоже, все это время ожидавший, пока я освобожусь.
— Господин контр-адмирал! — окликнул он меня. — Я хотел бы задать вам пару вопросов о ваших дальнейших планах?
Я остановился и кивнул, разрешая ему говорить. Винтер, похоже, уже знал, что «Одинокий» взял курс на переход и пытается догнать корабли 10-й дивизии.
— Подтвердите или нет, сэр? — продолжал Гордон. — Но, как я понимаю, вы решили догнать контр-адмирала Красовского. Это правда?
Я усмехнулся про себя — какой любопытный этот англичанин. Но в его вопросах чувствовалась искренняя забота о судьбе моего крейсера и команды.
— Совершенно верно, полковник, — ответил я. — Мы движемся к переходу на «Бессарабию», где сейчас находится Красовский со своими кораблями. Я полагаю, что вашему командующему грозит опасность со стороны превосходящих сил поляков, и моя задача — по возможности эту опасность предотвратить.
— Еще одно благородное решение, не слишком разумное, но достойное, — задумчиво кивнул Винтер. — Слишком много за последние несколько часов я увидел этого самого благородства и самопожертвования… Вы, как и майор Белло, рискуете ради спасения других. Немногие на такое решились бы на вашем месте. Поступок, действительно, достойный восхищения!
И я в свою очередь хотел заверить вас, господин контр-адмирал, что готов всячески содействовать вашим замыслам и жду лишь приказа…
Признаться, не избалованный подобным проявлением, как мне показалось абсолютно искренних чувств, я несколько поплыл, и после этого с уважением посмотрел на стоящего передо мной полковника. Его слова о Наэме, а теперь и обо мне весьма меня тронули.
«А может, и права Наэма, и перед нами находится настоящий английский джентльмен?» — подумал я, пожимая Гордону Винтеру его крепкую руку своей слабой ладонью…
…Забывшись во сне в своих апартаментах, приняв перед этим несколько восстанавливающих препаратов из портативной аптечки, спустя несколько часов я проснулся, чувствуя себя гораздо лучше прежнего. То ли лекарства действовали, то ли настроение повысилось, но обратно в рубку «Одинокого» я шел как на праздник, абсолютно уверенный, что легко смогу решить накопившиеся за это время проблемы.
А проблемы действительно накопились. Я вошел на мостик и занял свое место в командирском кресле. Алекса, неотлучно находившаяся здесь, тут же предоставила мне обновленные данные о движении кораблей Красовского и возможных координатах продолжающей отступать хоругви Вишневского-младшего. В данный момент мы приближались к межзвездному переходу «Таврида-Бессарабия», где вскоре, по моему убеждению, должна была произойти развязка этой затянувшейся погони…
Космос, как ближний, так и дальний, по-прежнему был до отказа напичкан вражескими зондами, полностью глушившими сигналы. Из-за этого я до сих пор не мог послать предупреждение нашим на Херсонес-9, о прибытии в «Тавриду» Коннора Дэвиса, а также его союзников и наших новых врагов в лице доблестных поляков из 1-го Коронного космофлота Речи Посполитой. Из-за этого чертового «тумана войны» я даже с Красовским, за которым сейчас гнался на всех парах, не мог связаться, хотя корабли 10-ой «линейной» мы с «Одинокого» на карте уже прекрасно видели не первый час. Оставалось с Александром Михайловичем играть в догонялки, а он, гадина, прекрасно видя радарами «Одинокий», летевший следом за его эскадрой, никаким способом даже не попытался узнать, что происходит и зачем мой крейсер за ним гонится.
Красовского я когда-нибудь прибью за все его выходки, если, конечно, меня не опередят наши друзья — поляки…
Глава 4
Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».
Национальное название: «Таврида» — сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.
Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.
Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.
Точка пространства: сектор межзвездного перехода «Таврида–Бессарабия».
Дата: 29 февраля 2215 года.
Наконец, на экране моего монитора появился мостик «Екатерины Великой», операторам связи удалось-таки пробиться к флагману 10-ой «линейной», благо «Одинокий» уже был от него в каких-то двадцати тысячах километров. Контр-адмирал Красовский с видом римского патриция восседал на своем командирском кресле в центре отсека, явно недовольный тем, что его отвлекают.
— Васильков, сколько тебя знаю, ты постоянно появляешься в самый неподходящий момент и начинаешь мешаться под ногами, — бросил мне Александр Михайлович, демонстративно не смотря в экран, а продолжая следить за общей обстановкой на тактической карте. — Что за привычка⁈ Будь добр, хоть сейчас оставь меня в покое. Напоминаю, я несколько часов тому назад спас тебя и твою команду, а заодно вытащил еще и «Баязет»… Никакой благодарности! Чего тебе не сидится на месте? Зачем ты сюда приперся?