Развод. Он влюбился (СИ)

— Ты?! — проорал он ей в лицо.
— Понятия не имею, о чем речь, — Марина продолжала бессовестно отпираться. Нагло смотрела в глаза и тяжело дышала, готовая до последнего отстаивать свою точку зрения, но Жданов уже знал, что это была она. Что по каким-то неведомым причинам его молодая, красивая, нежная жена, хотела навредить Дарье.
— Не смей лезть к моей дочери! — прорычал он, хорошенько встряхнув ее, — ты меня поняла?! 
  
Алексей оттолкнул ее, будто она была чем-то гадким. Отступил на два шага, пытаясь совладать со своей яростью и грохотом в ушах, а Марина будто окаменела. Бледное лицо перекосило, в глазах запылал безумный пожар.
— Не смей так со мной обращаться, — просипела она, прижимая ладонь к горлу, будто ее что-то душило.
— Никогда к ней больше не приближайся! Если я узнаю, что ты посмела сунуться к моей Дарье…
Марина не дослушала – завизжала не своим голосом и бросилась к нему. Подлетела и с не дюжей силой толкнула в грудь.
Не ожидавший такого нападения Жданов попятился, позабыв о том, что позади него лестница…
Нога ушла в пустоту, сердце ухнуло.
Нелепо взмахнув руками, он завалился назад, тяжело рухнул на ступени и покатился вниз.
  
Глава 16
 
Не смей приближаться к моей дочери! 
Триггер. Та самая пусковая кнопка, после которой все шло по одному месту.
Ее откинуло назад, в то сраное детство, о котором она предпочитала не вспоминать.
Мать — Кристина Захарская — была женщиной красивой, яркой и самоуверенной до бесконечности. Из тех, что считают свою красоту ключом от всех дверей, а целью своего существования — заполучить качественного дорогого самца, который сможет удовлетворить любые желания.
При этом чужая семья и жизнь имели для нее ценность не большую, чем буханка хлеба на прилавке.
Ее история была банальна до невозможности.
Вдоволь погуляв и перебрав массу вариантов, Инна, наконец, встретила того самого. Александра Сивцова. Старше ее на десять лет, с хорошими внешними данными и настолько тугим кошельком, что кругом шла голова.
Одна беда — женатый.
Жена, как и положено, клуша клушей. Присосалась к нему еще в универе, да так и ехала, радуясь тому, что мужик рос и добивался успеха. Даже смела думать, что в этом успехе есть какая-то доля ее куриных заслуг. 
Жопа не накаченная, одевалась стремно, на морде морщины…
Кристина сразу поняла, что эта овца ей не конкурентка и ринулась с бой.
Охота была славной, но скоропалительной. Александр любил гульнуть за спиной у жены и сразу обратил внимание на блистательную, призывно улыбающуюся Крис.
Между ними завязался роман. Яркий как ночной постер и такой же обжигающий.
Александр осыпал ее цветами и дорогими подарками, возил по роскошным курортам, а Кристина уже в тайне ото всех применяла свадебные платья и планировала, какой ремонт сделает в своем новом доме.
В ее мечтах все было радужно и богато, и дальнейшая жизнь выглядела словно витрина роскошного бутика.
Однако время шло, но Александр почему-то не торопился разводиться со своей старой женой. Все какие-то причины находились для того, чтобы остаться. То отец у него сердечник, нельзя волновать, то какие-то партнеры из Азии, которые не будут работать с человеком ветреным. То сама жена вдруг оказалась тяжело больна, и он, как порядочный человек, не мог бросить ее в таком состоянии.
В общем шло время…шло…
Кристина сначала терпела, строя из себя солнечного понимающего зайчика, но постепенно начинала задаваться вопросом: да сколько можно?! Ждать пока кто-там помрет, или заключит очередной многомиллионный контракт.
Она ж не дура, понимала, что на такого мужика как Александр всегда спрос будет. Что стоит только зазеваться и выползет какая-нибудь молодая, да ранняя с широко открытым клювом чайки.
Поэтому решила ускорить процесс и привязать к себе мужика самым что ни на есть проверенным способом. Беременностью.
Решила — сделала. Три месяца ей потребовалось на то, чтобы получить две заветные полоски на тесте. Еще три месяца на то, чтобы дождаться того момента, когда аборт уже делать нельзя.
И после этого она с чистой совестью осчастливила Александра, уверенная что вот теперь-то он точно избавиться от своей потасканной жены, потому что эта большая кошелка к тридцати семи годам так и не соизволила подарить ему ребенка.
Вопрос казался уже решенным, и Кристина потирала лапки, предвкушая заслуженную победу.
Однако Александр мало того, что не обрадовался, так еще и наорал на нее, мол как она посмела такое допустить? Почему не сказала раньше? Почему не приняла меры, когда для этого было время и возможности?
Она была в шоке. Да что там в шоке. В ужасе! Весь ее план, все ее чаяния и мечты оказались под угрозой.
К счастью, Александр, не исчез и не перестал с ней общаться.
Сказал, чтобы рожала, что поддержит и будет всячески обеспечивать ее.
Только разводиться, как и прежде, не торопился.
И уже будучи беспросветно беременной Кристина, наконец, поняла, что и не собирался он этого делать. Что Александр из тех дурацких мужиков, которые гуляют направо и налево, но при этом убеждены, что жена — это святое. Это та субстанция, с которой он пройдет всю жизнь и сдохнет в один день с радостной улыбкой на губах.
Крис пытала бороться, пыталась отстаивать свои права, но очень быстро ей указали, где ее место. В маленькой квартирке где-то на краю города — на большее он тратиться не стал — в нескончаемом ожидании, когда его величество соблаговолит появится. Если соблаговолит.
Она поняла, насколько была глупа. Пока считала, что крутит мужиком, как заблагорассудится, он сам оплел ее такими сетями, что захочешь — не вырвешься.
Контролировал каждый шаг, время от времени затягивая удавку так, что хрен выдохнешь.
Однако она не сдавалась. Еще была надежда, что как только ребенок появится на свет, суровое мужское сердце дрогнет, наполнится любовью, и вот тогда уж Александр точно осознает, где его место и с кем.
Дочь родилась крепкой и здоровенькой, и Кристина была готова вручить ее счастливому папаше.
Однако на выписку он не пришел. Вместо этого прислал даже не личного водителя, а такси, да денег на карту закинул.
Не появился он ни на второй день, ни на пятый. И лишь спустя неделю она узнала, что Сивцов все это время отдыхал с женой на дорогущем курорте. 
По возвращению Марина устроила ему скандал. Сказала, что все расскажет его драгоценной жене, на это получила жестокое — вякнешь и окажешься в канаве, а ребенок в приюте. А если будешь вести себя хорошо, то на сытую жизнь хватит.
Пришлось заткнуться.
Вот так Кристина из сиятельной перспективной красавицы превратилась в содержанку с ребенком на руках, вынужденную довольствоваться «сытой жизнь»
Денег Александр давал, но далеко не столько, как она рассчитывала. Зато контролировал каждый шаг. Туда нельзя, сюда нельзя. Сиди дома. Занимайся дочерью.
Захаживал к ней после работы, но не для того, чтобы помочь или пообщаться с ребенком — дочь его вообще не интересовала — а чтобы скинуть напряжение.
Кристина была вынуждена признать, что проиграла. И вместо того, чтобы стать блистательной женой Сивцова превратилась в совершенно зависимую, блеклую тень, которую он держал на коротком поводке и не позволял лишний раз дергаться.
Их отношения становились все более абъюзивными, и спустя пару лет в такой клетке Крис поняла, что встряла гораздо сильнее чем думала. Он ее выдрессировал, приучил к ежовым рукавицам, заставил ждать редких встречи и подачек, как будто ничего более ценного не было.
  
А потом, его старая сука-жена взяла и забеременела. Первым, в сорок лет! И этот мужчина, которому не было никакого дела до первой дочери, рыдал от радости, когда забирал свою официальную наследницу из роддома.
А Крис… Крис окончательно разочаровалась, но и вырваться уже не могла.