Тайна двухколесного экипажа
Кто-то ответил, потом дверь комнаты Брайана распахнулась, и вошел Горби в сопровождении другого мужчины. Фицджеральд побледнел как мел, ибо сразу почувствовал, что они пришли за ним. Однако, взяв себя в руки, он полным достоинства тоном осведомился, какова причина вторжения.
Мистер Горби подошел прямиком к Брайану и положил руку на плечо молодого человека.
— Брайан Фицджеральд, — отчеканил он, — именем королевы вы арестованы!
— За что? — механическим голосом промолвил Брайан.
— За убийство Оливера Уайта.
Мадж вскрикнула и выпалила:
— Это неправда! Господи, это неправда!
Брайн молча вытянул перед собой руки, и Горби застегнул на них наручники. Да, он радовался тому, что настиг преступника, но на сердце отчего-то было тревожно.
Фицджеральд повернулся к Мадж, которая стояла бледная и неподвижная, как будто окаменела.
— Мадж, — произнес он чистым, тихим голосом, — я отправляюсь в тюрьму… возможно, на смерть, но клянусь всем дорогим и святым для меня, что я не совершал этого убийства.
— Милый!
Она подалась вперед, но отец шагнул между ними.
— Назад, — железным голосом произнес он. — Теперь между тобой и этим человеком ничего нет.
Мадж с гордым видом на пепельно-бледном лице отвернулась, но ответила:
— Ты ошибаешься. Теперь я люблю его больше, чем когда-либо. — И прежде чем отец успел помешать ей, обвила руками шею возлюбленного и принялась страстно его целовать. — Милый мой, — промолвила она, и по ее бледным щека потекли слезы, — что бы ни говорили люди, ты всегда будешь для меня дороже всего на свете.
Брайан крепко поцеловал ее и вышел из комнаты. Мадж, лишившись чувств, как подкошенная упала к ногам отца.
ГЛАВА 11
Адвокат обвиняемого
Брайан Фицджеральд был арестован в самом начале четвертого, а уже в пять весь Мельбурн гудел, обсуждая новость о том, что человек, совершивший ставшее уже знаменитым убийство в кэбе, задержан. Вечерние газеты были полны подробностей дела, а «Геральд» даже отпечатала несколько тиражей, потому что спрос на это издание значительно превысил предложение. В Мельбурне подобного преступления не случалось со времен стрельбы, устроенной Гриером в оперном театре, а тайна, его окружавшая, только подливала масла в огонь. Факт убийства в столь необычном месте, как кэб, был сам по себе поразительным, но то, что убийцей оказался один из самых ярких молодых людей мельбурнского света, вызвало настоящую сенсацию. Оно и не удивительно, ведь Брайан Фицджеральд был хорошо известен в обществе как преуспевающий скваттер и будущий муж одной из самых богатых и красивых девушек Виктории. «Геральд», которая узнала об аресте одной из первых, поспешила опубликовать кричащую статью с заголовками «Трагедия хэнсомовского кэба. Арест подозреваемого преступника. Поразительные открытия в высшем свете».
Нет нужды напоминать, что многие репортеры позволяли себе определенные вольности в описании данного дела, однако читатель склонен верить всему, что появляется в газетах.
На следующий день после ареста Брайана мистер Фретлби имел длительный разговор с дочерью и посоветовал ей удалиться на ферму Ябба Яллук и пожить там, пока не стихнет возбуждение в обществе. Но Мадж наотрез отказалась уезжать.
— Я не брошу его, когда нужна ему больше всего, — решительно заявила она. — Все отвернулись от него, даже не узнав подробностей, но он говорит, что невиновен, и я верю ему.
— Так пусть он докажет свою невиновность, — заметил отец, медленно расхаживавший туда-сюда по комнате. — Если он не садился в кэб, он должен был в это время находиться в каком-то другом месте, поэтому ему нужно предоставить алиби.
— Он легко может это сделать, — сказала Мадж, и лицо ее озарилось лучиком надежды. — В четверг вечером он был здесь до одиннадцати часов.
— Может быть, — сухо ответил отец. — Но где он был в пятницу в час ночи?
— К тому же мистер Уайт вышел из дома задолго до Брайана, — поспешно продолжила она. — Ты должен помнить, это было, когда ты поссорился с мистером Уайтом.
— Моя дорогая Мадж, — сказал Фретлби, с недовольным видом остановившись перед ней, — ты ошибаешься. Мы с Уайтом не ссорились. Он спросил у меня, правда ли, что вы с Фицджеральдом помолвлены, и я ответил «да». Вот и все, после этого он ушел.
— Да, а Брайан ушел только через два часа, — торжествующе заявила Мадж. — Той ночью он вообще не видел Уайта.
— Это он так говорит, — значительно произнес мистер Фретлби.
— Брайану я верю больше, чем кому бы то ни было! — воскликнула девушка, щеки которой заалели, а глаза вспыхнули.
— Но поверят ли присяжные? — усомнился отец.
— Ты тоже против него настроен, — сказала Мадж, и глаза ее наполнились слезами. — Ты веришь, что он убийца.
— Я не готов ни подтвердить, ни опровергнуть его вину, — холодно ответил мистер Фретлби. — Я сделал все, что в моих силах, чтобы помочь ему. Я нанял Калтона защищать его, и если красноречие и опыт адвоката способны спасти его, можешь быть спокойна, он будет спасен.
— Папочка! — Мадж бросилась ему на шею. — Я знала, что ты не оставишь его хотя бы ради меня.
— Милая моя, — дрожащим голосом ответил отец, целуя ее, — ради тебя я сделаю все.
Тем временем сам Брайан находился в камере мельбурнской тюрьмы и с горечью размышлял о своем положении. Он не видел способа спастись, кроме одного, но этим способом он бы ни за что не воспользовался.
— Это убьет ее, это убьет ее! — лихорадочно повторял он, расхаживая по гулким камням от стены к стене. — Пусть лучше последний из Фицджеральдов закончит свой век как преступник, чем она узнает горькую правду. Если я найду себе адвоката, — продолжил он, — первым вопросом, который он мне задаст, будет: где я был в ту ночь, а если я отвечу, все откроется, и тогда… нет… нет… Я не могу этого сделать! Это убьет ее, убьет мою единственную.
Он бросился на кровать и закрыл лицо руками.
Потревожил его звук открывающейся двери камеры, и, отняв от лица руки, он увидел входящего Кал- тона. Адвокат был близким другом Фицджеральда, и то, что он пришел, очень тронуло Брайана.
Дункан Калтон был наделен добрым сердцем и искренне хотел помочь Брайану, но это дело было не лишено для него и личного интереса. Он получил записку от мистера Фретлби с просьбой взять на себя защиту Фицджеральда и без малейших раздумий согласился, потому что увидел в этом возможность получить известность во всех австралийских колониях. Да, он уже был известным адвокатом, но его репутация носила исключительно местный характер, и, предвидя, что суд над Фицджеральдом наделает много шума по всей Австралии и Новой Зеландии, он решил воспользоваться этим как очередной ступенькой к славе, богатству и положению. И вот этот высокий мужчина с чисто выбритым лицом, выразительным ртом и пристальным взглядом вошел в камеру и пожал руку Брайану.
— Спасибо, что пришли меня проведать, — сказал Фицджеральд. — Сейчас для меня настали времена, когда начинаешь особенно ценить дружбу.
— Да, конечно, — ответил адвокат, всматриваясь в осунувшееся лицо заключенного, словно хотел прочитать его мысли. — Я пришел отчасти сам, отчасти по просьбе Фретлби. Он хочет, чтобы я взялся за вашу защиту.
— Мистер Фретлби? — думая о чем-то своем, переспросил Брайан. — Весьма любезно с его стороны. Мне казалось, он считает меня виновным.
— Никого нельзя считать виновным, пока вина не доказана, — уклончиво ответил Калтон.
Брайан, видимо, заметив, насколько осторожным был его ответ, нетерпеливо вздохнул.
— А мисс Фретлби? — запинаясь, спросил он и на этот раз услышал решительный ответ:
— Она отказывается верить в вашу виновность и спорит с каждым словом, сказанным против вас.
— Храни ее Господь! — с чувством воскликнул Брайан. — Она настоящая женщина. Надо полагать, сейчас обо мне много говорят? — добавил он, опустив голову.
— Только о вас и говорят, — подтвердил Калтон. — Ваш арест на время заставил людей позабыть о театрах, крикетных матчах и балах: в клубах и гостиных разговоры только о вас.