Тайна дома № 12 на улице Флоретт
С улицы раздался гудок. Джаспер соскочил с кровати и подбежал к окну. Возле их дома, закутанный в туман, стоял кеб. Хлопнула входная дверь, показался дядюшка; при нем были его неизменные саквояж и антитуманный зонтик.
Джаспер скрипнул зубами. Он должен быть сейчас там, а не в своей комнате! От него просто избавились! Списали со счетов! Почему дядюшка отправляется на свои таинственные встречи без него?
И тут его осенило. Уж не потому ли, что на самом деле намечается что-то невероятное, головокружительное и смертельно опасное? Ну конечно! Дядюшка хотел его чем-то занять, пока сам ввязывается в то, что пренебрежительно именовал авантюрами. Умный и скрытный, Натаниэль Доу уже разгадал загадку! Тварь была поблизости! Она вырвалась! И сейчас счет идет на минуты…
Доктор Доу запрыгивает в кеб, велит кебмену гнать что есть мочи, и экипаж срывается с места. Нырнув в туман, кеб несется по переулку. Двигатель гудит, огонь рычит в топке, котел раскален до предела… Время не терпит…
«Быстрее! – думает доктор Доу, глядя в окно. – Быстрее… Ну же»
Подпрыгивая на ухабах, рычащий кеб преодолевает улицу за улицей, а затем вылетает на Бремроук. Кебмен не замечает горящих красным светом семафоров на перекрестках и неистово клаксонирует, веля прохожим убираться с дороги.
«Джаспер не должен ввязываться во все это! Он точно сунется куда не следует и пострадает! И пусть он меня сейчас ненавидит, зато дома ему ничего не грозит…»
Мысли доктора прерывает отчаянный гудок клаксона. Экипаж наталкивается на затор и резко тормозит. Что-то случилось – там, впереди…
На первый взгляд все выглядит так, будто на другом конце квартала произошла уличная катастрофа. Воют трубы полицейских сигнальных тумб. Пара экипажей перевернута. Туман смешивается со зловонным черным дымом. Повсюду гнутые трубы и битое стекло. На развороченной брусчатке лежат распростертые тела. Что-то полыхнуло. Раздался взрыв… Это взорвался котел у одного из экипажей? Поблизости потерпел крушение аэрокеб?
Нет! Никакая это не уличная катастрофа. Это кое-что намного хуже. В сотне ярдов впереди в тумане что-то шевелится. Что-то огромное и бесформенное…
Выползший из канализации гигантский монстр шевелит щупальцами с сотнями уродливых присосок. Огромная тварь беснуется и утробно ревет. Она обвивает своими склизкими конечностями фонарные столбы, вырывает их из земли и швыряет в дома, разламывает экипажи, вырывает с корнем гидранты. Загорается высвобожденный газ, вода бьет столбом…
Люди разбегаются в ужасе, даже полицейские несутся прочь, теряя шлемы.
Доктор Доу выпрыгивает из кеба, на ходу доставая из саквояжа ампулу с микстурой. Он заправляет ее в свой антитуманный зонтик и бежит… Бежит к монстру.
Тварь замечает его. Она ревет. Одно щупальце бьет в мостовую рядом с доктором, и камни брусчатки взмывают в воздух фонтаном, другое щупальце проносится над головой доктора Доу, но он вовремя пригибается. Третье нацелено прямо в него, и он отпрыгивает в сторону в самый последний момент.
Но вот наконец доктор оказывается на достаточном расстоянии от монстра, вскидывает зонтик, как ружье, целится и нажимает на спусковой крючок. Громыхает выстрел, и ампула с микстурой срывается в полет. Она вонзается в смоляную лоснящуюся голову этого кошмарного существа.
Микстура проникает в черную кровь чудовища. Оно дергается и хрипя заваливается набок. Щупальца обвисают. Судорога проходит по всему телу монстра, и он замирает…
Примерно так Джаспер представлял схватку дядюшки с ужасной тварью-болезнью, в то время как он вынужден оставаться дома и учить уроки.
На деле же доктор Доу что-то негромко сказал кебмену и сел в экипаж с таким видом, будто ему некуда торопиться и предполагаемый монстр обождет. Кеб тронулся с места с унылой неспешностью, туман сомкнулся за ним. Переулок опустел…
Джаспер отвернулся от окна и забрался обратно на кровать: снова взялся за свою занудную книжку. Скучнее самих растений, считал он, могут быть только книги о них.
Отыскав пятый параграф «Росянки и непентесы. Механизм приманивания жертв», Джаспер проверил несколько ближайших страниц – ни одной иллюстрации! Тяжко вздохнув, он принялся за чтение.
«Многие плотоядные растения обладают так называемым механизмом приманивания жертвы. У одних это сладкий, источающий сильный запах нектар, у других – яркий цвет, третьи приманивают добычу при помощи свечения, четвертые же используют для этих целей пыльцу. Особое внимание следует уделить растениям, которые обладают мимикрией…»
– Эй, это ведь то самое слово, которое сказал констебль Шнаппер! Мимикрировать… Мимикрия…
Тут Джаспер вспомнил, что уже слышал это слово прежде. Их с дядюшкой добрый друг мистер Келпи из научного общества произносил его, но, как мальчик ни напрягал память, он не мог вспомнить, что оно значит.
– Вот сейчас и узнаем… – пробормотал Джаспер и вернулся к чтению.
«…растениям, которые обладают мимикрией, то есть подстраиваются под окружающую среду и имитируют внешний вид тех, кем не являются.
Рассмотрим пример Непентеса Глаумана, который притворяется плодовым деревом и подманивает к себе обезьян. В то время как неосторожная жертва пытается оторвать “плод”, лианы растения набрасываются на нее, опутывают и затягивают в материнский кувшин, где добыча вязнет в липкой жидкости на дне. Средних размеров обезьяну Непентес Глаумана может переварить за несколько часов, после чего готовится ловить уже следующую жертву…»
– Жуть какая, – сказал Джаспер, с удивлением отметив, что прочитанное не имеет ничего общего со скукой.
И все же мыслями он был сейчас не здесь. Джаспер посмотрел в окно, за которым висели клочья тумана.
Интересно, с кем встречается дядюшка? Неужели он действительно привезет неутешительную новость о том, что вся эта тайна и выеденного яйца не стоит?
Нет!
Джаспер чувствовал, глубоко внутри, словно клуб из живых лиан, шевелилось ощущение: все это не просто так; кто знает, вдруг болезнь из того дома на самом деле является самой прожорливой, злобной и опасной тварью из всех, с которыми сталкивался дядюшка. Хотелось так думать…
В дверь постучали.
– Джаспер, это я, Полли! – раздалось из коридора. – Можно войти?
– Да!
Полли открыла дверь и замерла на пороге.
– Он уехал, – сообщила она.
– Да, я видел.
– Я так понимаю, ты сейчас не особо настроен учиться. – На губах Полли появилась каверзная улыбка. – Наверное, все думаешь о странной болезни… Неудивительно. Я тоже не могу выбросить ее из головы. Ее и этот дом возле канала.
Джаспер кивнул, и Полли продолжила:
– У меня появилась одна мысль, которую нужно проверить, и я уже вызвала для нас с тобой кеб. Мне показалось, что ты будешь не против отправиться на улицу Флоретт вместе со мной.
– Ты серьезно?
Полли прищурилась, и улыбка на ее губах стала чуть шире.
– Думаю, пришло время для… «безрассудства в стиле Джаспера». Как считаешь?
Глава 2. О применении шпилек
Младший констебль Джон Дилби нервно прохаживался в тумане у парковой ограды. Он то и дело оправлял мундир, подтягивал манжеты, подравнивал съезжающий на затылок шлем и все равно считал, что выглядит как распоследний олух.
Нервозность констебля была вполне понятной, учитывая, какой трепет, если не сказать потаенный страх, он испытывал перед джентльменом, которого ожидал. Джон Дилби ни в коем случае не хотел, чтобы джентльмен этот считал его неряхой или, хуже того, распознал в нем простофилю.
Блуждая у ограды, констебль уже успел как следует пропитаться сыростью. Он пришел к парку раньше указанного срока и только неимоверным усилием воли запрещал себе сейчас доставать карманные часы. Вдруг джентльмен, с которым назначена встреча, подойдет в тот самый момент, как он будет возиться с часами? Что он тогда подумает? Что Джон Дилби куда-то торопится? Что подозревает его в непунктуальности? Или что похуже?