Проклятый целитель (СИ)

— Будь осторожна, Айко-чан. Бюро в последнее время стало слишком активно…
Она попрощалась, спрятав телефон в карман пальто. Заметив нас, девушка улыбнулась:
— Кацураги, — произнесла Айко, заметив меня и Хану. — И… твоя ученица тоже с нами? — вопросительно приподняв бровь.
— Если ты не против, — пожал я плечами.
Айко кивнула, оглядев Хану с любопытством:
— Чем больше, тем лучше, думаю, тебе полезно будет узнать, как работают другие пути и узнать про Обитель…
  
— Правда? — оживилась Хана. — Я с радостью вас выслушаю.
— Тогда давайте загружаться, — с улыбкой на лице кивнула Айко. — У нас не так много времени до ночной смены, мне бы не хотелось опаздывать на работу, заведующая у нас в отделении довольно строгая…
Дверь машины со скрипом открылась, и мы с Ханой забрались на задние сиденье. Салон был староват, но уютен: запах кожи, легкий налет пыли и пара амулетов на зеркале заднего вида, которых там раньше не было.
Прищурившись, я понял, что эти амулеты сделаны из осколков моей старой биты, которую сломала Хана о Безгласого Мертвеца. Причем я сам их нарисовал белым корректором. Получается Айко забрала осколок биты, вот только зачем? Я хочу сказать, не проще было самой нарисовать эти символы? Они не такие и сложные.
Тем временем Айко завела двигатель, и мы тронулись с места. Магазин стремительно остался позади, как и апартаменты госпожи Онигири.
— Куда едем? — спросил я, поглядывая на дорогу.
— В Токио, — ответила она. — Есть там один клуб, называется «Диколесье». Место странное, но вам должно понравиться. Надеюсь, вы не против пообщаться с другими мистиками?
— Почему бы и нет? Звучит интересно, — хмыкнул я. — Расскажи об этом месте подробней.
— Это клуб для тех, кто интересуется оккультизмом, но не хочет быть частью какой-то конкретной традиции. Там можно встретить адептов всех путей, включая Сердца и Грани до редких, вроде Стука или Зимы. Они собираются, обмениваются знаниями, иногда заключают сделки, иногда просто болтают…
— Звучит как бар для мистиков, — с любопытством произнесла Хана.
— Ты угадала, — кивнула Айко. — Там действительно можно выпить и поговорить, а еще совершить выгодную сделку.
Звучало все это действительно крайне любопытно, похоже я не зря согласился на поездку. До недавнего времени я думал, что один такой, но в Токио даже существует место, где мистики встречаются друг с другом. Если бы я знал об этом клубе раньше, то не потратил бы три года, чтобы открыть белую дверь…
Хана задумчиво посмотрела на Айко:
— То есть вы хотите сказать, что все эти люди могут просто так собираться вместе, ничего не опасаясь? — осторожно уточнила она.
— Не всегда посиделки заканчиваются мирно, — пояснила Айко. — Но никто не хочет рассердить мисс Нени…
— Она настолько страшная? — предположила Хана.
— Мисс Ненья… — немного лукаво улыбнулась Айко, — это картина, но у тебя и Кацураги будет даже возможность с ней поговорить. Ты сама вскоре все увидишь, — весело подмигнув.
Какое-то время мы ехали молча. Я вполне мог поверить в разговаривающую картину, но все же было немного любопытно увидеть ее собственными глазами. Если я правильно понял, то она не должна быть опасна, если не нарушать покой «Диколесья».
И все же, чем больше я узнаю о Мансусе, тем больше невероятных вещей встречаю на своем пути,
— Интересно, — пробормотала Хана. — А какие еще существуют пути, кроме Грани, по которому я иду?
— О, раньше их было двенадцать, но сейчас осталось всего восемь, — начала Айко, краем глаза глянув на нас. — Например, путь Сердца, путь моего мастера, связан с эмоциями, желаниями и связями между людьми. Адепты этого пути чувствуют чужие переживания, и могут влиять на них, усиливать или подавлять. Иногда даже видеть прошлое через чужие воспоминания. Это очень мощный путь, но он требует самоконтроля, потому что легко потерять себя в чужих чувствах.
— А путь Стука? — осторожно уточняю.
— Путь Стука связан с границами между мирами. Люди, которые идут этим путем, умеют переходить между реальностями, путешествовать по Мансусу даже в своем теле, а не только во сне. Очень практичный путь, особенно, если нужно попасть куда-то быстро. Обитель есть везде и по ней вполне можно пройти, сократив тем самым дорогу, конечно, если у тебя в команде есть опытный ключник, — внимательно посмотрев на меня, на что я просто кивнул.
Похоже я еще многое не знаю о своем пути.
— А как называется твой путь? — продолжила Хана расспросы.
— Мотылек, он связан с изменениями, превращениями. Адепты этого пути могут копировать способности других, временно становиться другими, менять свою форму. Это один из самых гибких путей, но он требует постоянного развития и жертвы, иначе теряешь контроль.
— Какие вообще есть пути? Ты сказала, что их осталось восемь? — с любопытством уточняю.
— Мотылек, Сердце, Грааль, Кузня, Лампада, Грань, Зима, Стук, некоторые еще выделяют хранителей Тайной Истории, но они все же больше библиотекари и летописцы, — неторопливо начала она. — Все эти пути связаны с часами, что правят в Мансусе, я сама еще не совсем понимаю, что это все значит. Название ли это силы или часы реально имеют физическую форму и волю?
— Похоже, у каждого пути есть свои плюсы и минусы, — заметила Хана.
— Именно так, — согласилась Айко. — И чем глубже ты входишь в свой путь, тем больше он влияет на тебя. Иногда до такой степени, что ты уже не можешь быть прежним… — немного зловеще закончила она.
Мы замолчали, обдумывая услышанное. За окном мелькали поля, деревья, редкие дома. Дорога была долгой, но разговор помогал скоротать время. У меня же в голове засела мысль, что я могу открыть Белую Дверь, чтобы пройти в Обитель. Распахнуть ее не для кого-то, а пройти по ней самому. Стук, стук, стук. Продолжала стучать дверь в моем сознании.
Пока я размышлял о своем пути, Хана решила продолжить свои расспросы:
— Что такое вообще Мансус, о котором вы с Кацураги постоянно говорите? — спрашивает она, немного помолчав.
Вынырнув из своих размышлений, я и сам с любопытством посмотрел на Айко.
— Mansus или Обитель — это мир между реальностью и сновидениями, место, где Часы обитают в блеске Славы. Что такое часы? Это источник наших сил, именно к ним мы стремимся подняться, чтобы воспользоваться их мощью. Возвышение, именно так называется этот процесс. Многие желали пройти этот путь, но большинство не зашло дальше Белой Двери.
— То есть, это как параллельная реальность в фантастических фильмах? — с любопытством уточняет Хана.
— Это не просто какой-то параллельное измерение, — качает Айка головой. — Мансус является частью нашего мир, это хранилище знаний, воспоминаний и историй. В нем живут часы и легенды. Там можно встретить существ, воплощения древних мифов. Если ты знаешь нужную историю и правильно расскажешь её в нужном месте, то ты сможешь оказаться внутри нее. Некоторые же безумцы даже добровольно становятся частью легенды, берут имена мифических существ, приобретая и их силы.
— То есть, если я знаю историю о герое, победившем дракона, то я не только могу попасть в ту историю, но и стать этим рыцарем? — недоверчиво уточнила Хана.
— Не все так просто, но такая возможность действительно есть, — кивает Айка. — Только будь осторожна. В Мансусе истории имеют силу. Если ты войдёшь в историю, но не сыграешь свою роль правильно, то ты можешь умереть. Либо же ты станешь частью повествования, и оно будет использовать тебя так, как ему будет удобно. Иногда люди выходят из таких историй другими: более мудрыми, более сильными… или вообще не выходят… — мрачно закончила она.
  
Хана замолчала, но я чувствовал её любопытство. Она то и дело бросала взгляды на Айко, не зная, как лучше продолжить разговор. Я же сжал свою окаменевшую руку, размышляя над услышанным. Мне нужна история, в которой можно снять проклятие. Если мифы в Мансусе действительно так могущественны, то я бы мог… найти нужный мне миф и вернуть себе руку. Хоть это и единственное оружие на данный момент, но мне нужна альтернатива, если проклятие червей продолжит распространяться.