Проклятый целитель (СИ)

В висках немного ломило из-за нарушенного режима, но это было даже не в половину так плохо, как бывало после поглощения проклятия. Я чувствовал себя немного разбитым, тело болело, но ничего удивительного, ведь совсем недавно получил порядочную взбучку от Безгласого Мертвеца. Так что некоторое время мне придётся мириться с ощущением, будто я древняя развалина.
Сжав кулак, перевожу взгляд на свою окаменевшую руку. Каменная кожа больше не трескалась. Одно проклятие мешало другому, и в местах их столкновения каменная плоть будто бы регенерировала. Это было странно… Разве проклятия могут исцелять? Разве их суть не в обратном?
  
Покачав головой, я вспомнил вчерашний вечер: Айко, Общество Святой Гидры, Белая Дверь. Моя жизнь в один миг стала невероятно сложной, словно до этого она была простой. Хотелось бы свернуться в клубок, забиться в угол и провести день дома, но вместо этого я сегодня должен встретиться с Айко. Причем, скорее всего, никакой романтики в этой встрече не предвидится. Мне нужна информация, и Айка единственная, кто может хоть что-то знать.
— Надо собираться, — тихо бормочу, вставая.
Пройдясь по комнате, я сбросил тёплый халат, достал из шкафа чистое нижнее белье, надел футболку и джинсы. Немного помедлив, поверх накинул свой потрепанный плащ, ещё пахнущий дымом от пожара. Стоило бы его постирать, или хотя бы заменить на кофту, но сегодня утром было прохладно, и я замёрз, пока шёл домой от больницы. Простуда мне сейчас совсем ни к чему.
Перекинув необходимые мелочи в карманы плаща, проверил, чтобы ключи, телефон и сигареты были на месте. Вроде бы готов. Вот только впервые за долгое время я даже немного волновался. Задумавшись, я решил, что поводов для лишних нервов нет. Всего лишь рабочая поездка с красоткой…
— Это не свидание, Кацураги, даже не надейся, — напоминаю себе.
Но будь я проклят, едва Белая Дверь перестала высасывать из меня жизненную силу, как в голову стали лезть всякие глупости. Потянувшись к пачке сигарет, я достал одну, чиркнув зажигалкой. Затянувшись, я вдруг подумал, что у меня уже три года не было девушки. Как-то не до того было, слишком уставал и болел. Но, стоило чуть оклематься, как Кацураги-младший дал о себе знать.
Проверив телефон, я убедился, что сообщений не было. Никто даже не заказал спиритический сеанс за целую неделю. В прежние времена это стало бы проблемой: долги росли, зарплата же оставалась на месте. Как говорится: «Хочешь вкусно кушать — умей вертеться». Работа ночного смотрителя в заброшенном крыле больницы действительно была мне нужна. Если мне придётся уйти из Ордена святой Гидры, то придётся расстаться и с этой работой.
Тихо вздохнув, я посмотрел на дверь. За окном уже стоял ясный день, половина четвёртого, а я только проснулся. Вчера почти не медитировал, дав проклятию в руке восстановиться. Возможно, я мог бы поглотить тьму, которая притаилась в ней, но я опасался, что это может привести к довольно печальным последствиям. Сначала нужно снять проклятие червей, затем поглотить кляксу, растворить её в своей ауре, а лишь потом обращаться в больницу. Именно такой порядок действий я составил у себя в голове, но пока не был уверен, когда вообще сумею его реализовать.
— И надо ли мне это вообще? — задумчиво произношу.
На данный момент моя каменная рука, единственное настоящее оружие против существ из Мансуса. Путь Стука был довольно специфическим: мы видим всякое, можем открывать двери. И на этом всё. Если Путь Грани и Кузни дарили физическое усиление, а Путь Мотылька, казалось, мог копировать чужие способности, то мой путь был куда извилистее. Видеть и преодолевать препятствия, вот наша настоящая сила, но при этом мы не сильнее обычных людей, не быстрее, ничем особенным в этом плане не отличаемся.
Возможно, я чего-то не понимаю, но на данный момент Орден святой Гидры ценит меня ТОЛЬКО за способность открывать двери. Мои прочие таланты их мало интересуют. Это было неприятно, особенно, если я останусь с ними надолго. Вынув из кармана ключ от двери, я пару секунд рассматривал его. Когда-то он был серебристым, теперь потемнел от времени и ржавчины. Фактически, меня низвели до обычного ключа.
В кармане также лежал золотистый ключ от задней двери библиотеки. Я немного подержал его в руке, прежде чем убрать обратно. Мне потребуется этот золотой ключик, если я хочу стать чем-то большим, чем банальной отмычкой…
Переведя взгляд на потрескавшийся потолок, я подумал, что перестал понимать самого себя. Ещё неделю назад мои желания были мне вполне понятны — выжить. Теперь же уверенность покинула меня, и я сам не знаю, чего хочу.
Тихо вздохнув, я посмотрел на дверь. Белая Дверь в моём разуме дребезжала: Стук-Стук-Стук. Под моим взглядом замок щелкнул, открываясь. Раньше я бы был в восторге — это был способ доказать всему миру, что я действительно Шаман, а не шарлатан. Но сейчас… мне это уже не нужно. Я понимал, что правда может быть опасной. Возможно, и к лучшему, что все считают меня аферистом.
— И всё же жаль, что это не свидание… — тихо бормочу.
***
Дверь провисла под собственным весом. Она уже в прошлом году начинала клониться, но в этом мне пришлось даже пнуть её, чтобы открыть. Осмотрев петли, я увидел, что они просто просели под тяжестью двери. Неприятно, конечно, но едва ли госпожа Онигири согласится заменить её. А делать это за свой счёт я не хочу, если повезёт, то я здесь только до конца месяца. Потом найду место получше или вообще уберусь из города, чтобы скрыться от назойливого внимания этого Марка.
Полтора года, именно столько я уже здесь живу. Я далеко не сразу обнаружил это место, мне пришлось бродяжничать, прежде чем я поселился здесь. Кажется, это было как раз накануне зимы. Тогда это жилище спасло меня, но, видимо, пришло время двигаться дальше. Нужно найти новое пристанище. Единственное, что надо решить, что делать с Ханой. Не бросать же ее здесь одну. Вместе мы влипаем в неприятности, а без меня ей даже помочь будет некому.
С усилием открыв дверь, я услышал слова, со стороны лестницы:
— Кацураги, ты так шумишь и возишься со своей дверью, что я состарюсь ещё до того, как ты наконец выйдешь в коридор, — раздался весёлый голос моей ученицы.
Хана стояла, прислонившись к перилам. На ней была темно-синяя кофта, красный шарф, юбка до колен, а на глазу знакомая синяя повязка. На ногах плотные колготки и массивные ботинки с железными набойками. Такими ботинками можно было отлично кому-нибудь врезать, чтобы он потерялся в пространстве.
— Одела бы хоть куртку, на улицу уже прохладно, — комментирую ее вид.
— Не ворчи, как старик Кацураги, тебе не идет, — самодовольно улыбнулась она с такой бодростью, что мне захотелось прикрыть глаза и зашипеть.
Но вместо этого я скрестил руки на груди, оглядев её:
— Ты рано, в любом случае я хотел тебе сообщить, что сегодня занятие отменяется, у меня появились дела… — как можно невозмутимей пытаюсь ее отшить.
— Какие ещё дела, Кацураги? — мгновенно напряглась она, переходя в боевую стойку. — Опять что-то скрываешь? — с подозрением уставившись на меня.
— Почему сразу скрываю… — уверенно начинаю, но Хана меня прервала.
Приподняв повязку на глазу:
— Кацураги! Твоя аура говорит, что ты врешь! — с возмущением на меня посмотрев.
— Чертова аура, научил на свою голову… — пробурчал я себе под нос, отводя взгляд.
— Кацураги! — немедленно последовал недовольный окрик.
Скривившись, будто только что узнал, что коммунальщики решили повысить квартплату:
  
— Ладно-ладно, — поднимаю перед собой руки, немного кисло улыбнувшись, встретившись с красным глазом ученицы. — У меня сегодня назначена встреча с девушкой, довольна?
Хана недоверчиво посмотрела на меня, но в этот раз я не врал, просто немного не договаривал. Сработает или нет? Затаив дыхание я наблюдал за реакцией ученицы.
— Ты не врешь, но ты врешь! — убежденно заявила она. — Говори всю правду, иначе я не отстану!