Магия белых ночей (сборник)
– А если не сработает и резерв дневной уже выкачали туристы? – Илья Никитич приподнял густую седую бровь.
– Не беда, – я пожала плечами. – У нас есть ещё нос Остапа Бендера на Итальянской.
Мы миновали памятник и двинулись к выходу.
– А если и там мимо? – не сдавался начальник магического патруля.
– Фонтанщик, – быстро нашлась с ответом. – На Одесской! Говорят, безотказный вариант! Сама не пробовала, но слышала. А я как-то больше к Дмитрию Ивановичу бегала.
– К кому? – не понял он.
– К Менделееву, который с сигаркой у Технологического института дурной пример молодёжи подаёт.
Богатырь громко рассмеялся приятным басом.
Подул лёгкий ветерок, напоминая, что лето подходит к концу и скоро явится осень с серостью и грязью.
– И что там с Менделеевым, Злата?
– Перед каждой сессией обязательно нос ему трёшь. Но, если и здесь птица обломинго прилетает, тогда, Илья Никитич, идём по порядку – к бегемотику Тоне, собакену Гаврюше…
– Всё-всё, – остановил меня пожилой богатырь. – Беру! Поехали в отдел, покажу, у кого стажироваться будешь.
* * *Через двадцать минут мы были на месте. Прошли, никем не замеченные, через арку и направились к главному входу «Отдела по борьбе с противоправными действиями магического мира Санкт-Петербурга».
Впереди показалась неприметная парадная, о которой никто из простых людей и не знал. Но место это все старательно обходили, не понимая этого. Тяжёлая потёртая дверь отворилась, и Илья Никитич пригласил войти.
Тяжёлые стены давили. Ауру этого места лёгкой ну никак нельзя было назвать. Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Послышались голоса. Рабочий шум.
– Злата, здесь всё серьёзно, – остановил меня без пяти минут начальник. – Сразу прошу осознать всю ответственность выбранной профессии.
– Ага, – я важно кивнула. – Сленг отставить, разговор вести на классическом олдовском. Я осознаю, куда меня берут на работу, Илья Никитич. Вы меня через минуту не узнаете.
Богатырь тяжело вздохнул.
Пробормотал под нос: «Молодёжь» – и распахнул стеклянную дверь в отдел.
Все разом подняли головы, кивнули и забыли про нас.
За широкими офисными столами сидел весь цвет питерских сказочных. Оборотни, вампиры, ведьмы, кощеи, горынычи одноголовые. Лешие, водяные и русалы в стационарных бочках. Последние, как всегда, в пиджаках при галстуках и в мокрых семейниках. Всегда поражалась – неужели так сложно пляжные труханы приобрести?
Ну и как вишенка на торте – кот. Учёный. Без цепи и дуба.
Упитанный мейн-кун сидел за отдельным столом и с важным видом клацал лапками по клаве.
– Айти-специалист, – похвастал Илья Никитич. – Из Москвы переманил.
Я уважительно взглянула на кота и закивала.
– А вот и твой напарник, Злата, – богатырь обернулся и уцепил за шиворот высокого рыжеволосого парня.
Крутанул. И меня мгновенно скрутил приступ изжоги.
Лев?! Гаргул?! В магическом патруле? А почему не у моста статую льва изображать, как все приличные представители его расы?
– Ой, Златка Зельева, – рыжий тоже особой радости при виде меня не испытал. – Мелкая пигалица, что за нами по двору хвостом таскалась? Тебя за что-то задержали? Допрыгалась, ведьма приблудная?
– Да сам ты приблудный, львиная твоя рожа!
– Замечательно, – в наш любезный диалог влез Илья Никитич. – Раз вы знакомы, а я в этом не сомневался, вот тебе, Лёвушка, напарник, о котором ты так долго просил.
– Что!!! Я передумал, – гаргула перекосило. – И один справляюсь.
– Ну как же, хлопец? Ты полгода мне жужжишь на ухо, что все по двое, а ты один и один.
– Кто угодно, но не Зельева! – попытался встать в позу рыжий.
– А чего так? – начальник картинно удивился. – Чем дивчина не мила?
Услышав вопрос шефа, я опасно прищурилась. Ну давай, Лёва, ещё слово, и у тебя кровник нарисуется! Ведьму во врагах заимеешь.
Но гаргул молчал. Гадёныш веснушчатый.
– Вот и замечательно, – Илья Никитич хлопнул в ладоши. – Всё. Бери её и на Апрашку. Там у нас мелкий вор завёлся. Обчищает торговцев знатно. Берёт помаленьку, но у всех. Ваша задача – изловить и сюда привести. Ясно?
Лев тяжело выдохнул, выпятил вперёд челюсть и… обречённо кивнул.
* * *Не ожидая, что меня выпроводят на задание в первый же день со словами: «Ты иди, а мы пока все документы оформим», растерялась. Поэтому несколько минут просто следовала хвостом за Львом Каменистым, вспоминая, за что же так невзлюбила его в детстве.
Да, жили мы в соседних домах и гуляли в одном дворе. Он был старше всего на несколько лет. Хотя в то время эта разница казалась мне восхитительно огромной. Старшие девчонки вздыхали по гаргулу с густой рыжей шевелюрой и постоянно обсуждали на скамейке, чьим мужем он станет, когда вырастем.
А я? А мне тоже надо было. Как так? Самый завидный жених двора и мимо моего носа. Ха!
Я улыбнулась.
Вспомнила. Как тут забыть? Это было зимой. День святого Валентина. Нацепив новые тёткины сапоги на каблах, я выползла на улицу и на глазах у всех вручила Льву самодельную валентинку. Весь вечер накануне сердечки вырезала и раскрашивала, чтобы красиво. Ради него старалась. Сколько мне было тогда? Ещё в детский сад водили.
В моих мечтах он должен был встать на правое колено и торжественно громко, чтобы слышали все девчонки, пообещать, что женится на мне, когда я вырасту.
Вместо этого каменюка рассмеялась, растоптав первую наивную ведьминскую любовь.
Эх! Зараза. Снова злость взяла. Нет, ну где справедливость? Почему мне в напарники достался именно этот булыжник бесчувственный.
– Зельева, чего ты там пыхтишь? – не подозревая, что я в мыслях планирую разнести его на частички пыли, Лев обернулся. – У нас был слушок. Илья Никитич кого-то из своих притащит, но и в мыслях не было, что это будешь ты.
– Меня, Лёвушка, пригласили не потому, что «своя». У меня диплом с отличием и прекрасная физподготовка. Уяснил, каменные твои мозги?
– Как была показушница, так и осталась.
– Зеркало дать? Ты в него, по ходу, с утра не смотрелся.
– Ведьма!
– Булыжник!
Отворив передо мной дверь на улицу, гаргул поморщился.
Гад! Благодарен должен быть, что такую хорошую девочку ему в напарники выдали.
Мы прошагали по аллейке и вышли на небольшую парковку. Приподняв бровь, даже усомнилась, а не попутал ли чего этот ирод. Но Лев остановился у видавшей виды развалюхи и открыл водительскую дверь.
– У нас что, дефицит обеспечения? – выдохнула, осматривая кринжовый раритет. – Она не развалится на ходу?
– Зельева, какой у тебя там диплом, напомни?
– Красный! – рявкнула, заглядывая в салон.
– Зря выдали. Надо вернуть. Да будет тебе известно, что все магические приблуды устанавливаются только на механику. А современное авто сплошь и рядом электрика. Хотя кому я что объясняю. Садись, время не ждёт. Воришка сам себя не поймает и в отделение для профилактической работы не доставит.
Цокнув, я все же впихнула себя на переднее пассажирское сиденье.
– Пристегнись, – скомандовал напарничек.
Вытянув перед собой ремень безопасности, я демонстративно его отпустила, не вставив в замок.
Он хмыкнул и завёл авто.
* * *Упираясь руками и коленями в область бардачка, я желала сейчас только одного – не плюнуть в лобовое стекло своей челюстью при торможении. Эта колымага неслась над дорогой на высоте примерно двух метров, ловко огибая большегрузы и автобусы.
Гаргул хищно скалился и косился в мою сторону, наслаждаясь моментом.
Мы пронеслись под одним мостом, вспорхнули аки турбопташки над вторым.
– Ты ещё через Выборг до Апрашек дорогу проложи, – рявкнула я. – Или навигатор в голову вставь.
– А я говорил – пристегнись, – выдал он в ответ.
Резкое торможение, и в нос мне ударило нечто мягкое и воняющее химией.
Подушка безопасности. Оттолкнувшись, уставилась на отпечаток собственного лица на белой ткани.