Магия белых ночей (сборник)
Когда я выходила из кареты, причёска моя была растрёпана, а губы опухли от поцелуев. В таком виде мне и пришлось предстать перед императорской четой, ожидавшей разъяснений.
– А, Мезенцев, вы как-то не торопились, – заметил император.
– Виноват, ваше величество!
– Виноват он, – фыркнул император. – Мне уж Александр Христофорович всё рассказал! Ступайте уже!
– Погодите, – улыбнулась Александра Фёдоровна. Она встала и повернулась к мужу. – Николай Павлович, не могли бы вы икону взять да рядом со мной встать?
– Зачем это? – не понял император.
– Мне Голицына весточку прислала. Молодых благословить надобно… Да вы и сами видите.
– Но я… – я растерянно огляделась, а потом, видя, что Николай Павлович действительно снял икону со стены, вместе с Алексеем преклонила колени, получая благословение царственных особ. Случайно или нет, но в этот момент тучи расползлись и солнце снова засияло, своими лучами развеивая остатки полученного мною проклятия. Я взглянула на жениха, он смотрел на меня, и в его взгляде было столько обожания, что сомнений у меня не осталось – я нашла своё счастье.
Мария Лунёва
«Морковка» ведьминской мечты, или Ограбление на Апрашке
– Злата! – прогремело на весь этаж коммуналки. – Ведьма ты крашеная, опять мой шампунь брала? Я его для тебя из интернет-маркета заказывала?!
Йопта! Ага, дожили. Уже самые отсталые до онлайн-шопинга доросли.
Подленько хихикнув, я заценила визг сирены и, подкравшись на цыпочках к двери в комнату, защёлкнула засов, чтобы не достала.
– Злата! – голосила она как дурная.
Словно в первый раз чего-то недосчиталась?! Будет знать, как оставлять на видном месте понтов ради брендовый ништяк. Я оценила и продегустировала. Всё оки!
– Да что ты горло дерёшь?! Кура! – сработала вторая сигнализация нашего милого серпентария. – Нужна моей Златке твоя шампуня? У неё видала, какая шевелюра? Не то что твои три волосёнки. Я ей особенное средство варю!
Выдохнув, я с довольным видом перекинула толстую светлую косу через плечо.
Ну да! Тётя Глаша делает первоклассную маску, но… Это не отменяет того, что можно прибрать к ручкам и чужой шампунь. У Кристинки реально на голове три волосинки в два ряда – и куска мыла хватит промыть.
Что воздух сотрясает – непонятно!
Усмехнувшись, я покрутилась у зеркала.
– Злат, впусти, – послышался стук. – Кура эта справедливость искать побежала.
Подскочив к двери, впустила тётю Глашу.
– Чё, реально к коменданту? – уточнила.
– Чё – по-китайски мостик! Сколько раз тебе говорить? – Тётка по-ведьмински добро оскалилась. – Жаловаться на тебя будет, бумажку катать.
Моя роднулечка довольно просияла. Не, ну а чё? Я-то знала, что сирена наша ни черта там не найдёт. Какая справедливость от коменданта, если моя любимая тётушка уже лет десять крутит с ним отношеньки? Леший Пётр Иванович Кристинку, конечно, выслушает, а потом пошлёт лесом с её шампунем брендовым.
– Беги быстрее, пока она на уши всех сирен не подняла. Поднимут вой – не заткнём и всем ковеном, – тётя пристально оглядела меня с ног до головы.
– Оки. Зацени, нормуль лук? – я снова покрутилась, но теперь перед ней.
Ну а что? Я сегодня на стиле. Крутой голубой бадлон, чёрные скинни и модняцкие кожаные трёхцветные кеды, на которые я спустила всю свою последнюю стипуху. Но оно того стоило!
– Лук? – тётя Глаша призадумалась. – Да опять ты его гнилой припёрла. Сколько раз тебе говорить – идёшь на рынок, так не только задом там крути, а ещё и смотри, какой товар тебе подсовывают.
– Ой, всё! – схватив рюкзак, закинула его на плечо. – Тёть, ты у меня любимка, но вечером мне доскажешь, как и чем мне там крутить. А пока спешу-спешу! Вот возьмут меня в магический патруль хоть уборщицей, ваще всё задаром отдавать будут. Там такие завязки заиметь можно!
– Иди уже! – тётка отошла от двери и ткнула мне на выход. – Не возьмут на работу, обормотку, домой не приходи!
– Оки-чмоки! – пропела я.
А через минуту выпорхнула из парадной, послав воздушный поцелуйчик Петру Ивановичу.
* * *Огибая лужи на асфальте, я неслась в сторону Екатерининского сквера. Именно в Катькином садике непонятно с чего вдруг мне назначили собеседование. Как-то по-ненормальному всё.
Но если призадуматься, магический патруль, или по-умному – «Отдел по борьбе с противоправными действиями магического мира Санкт-Петербурга», скрывал свои конторы и, где конкретно находится их штаб, не разглашал.
И естественно, никто не знал, что сидят они в здании бывшего Питерского ЧК на Гороховой улице, где уже с бабкиных времен располагается Государственный музей политической истории России. Конечно-конечно, это великая тайна, известная каждому собакену Тузику, что пробегал там мимо.
Но раз сказано – явиться в Катькин садик, то уже лечу, товарищ главбогатырь, на важную беседу с вами. А то вы же просто так из всей группы юридического только мне одной приглашение на собеседование прислали! А теперь вот вам прямо интересно, на кого же там фортуна пала!
И ничегошеньки вы обо мне не знаете!
Что батя мой в наследных погонах ходил, пока серебряную пулю на задании не поймал. Принял её, закрыв собой напарника из оборотней. И что мамка моя – непростая ведьма, тоже вам ни разу не известно.
Но по-честному, господин будущий начальник, мне и самой до конца неясно, кто она такая. Но карманных денег высылает из Москвы норм так и в личную жизнь не лезет.
В общем, я для вас, Илья Никитич, – лучший друг моего покойного деда по отцовской линии – полная тайна.
Кек!
Влетев во врата сквера, чуть не сбила с ног Петра Великого. Мужика занесло на клумбу, но он устоял. Только матом вдогоночку покрыл. Ай-ай-ай! А ещё морду царскую корчит! Фи, таким быть!
– Злата! – меня окликнули со спины.
Обернувшись, легко нашла пожилого статного мужчину под два метра ростом. Словно застыв в прошлом веке, он носил лёгкое серое пальто и шляпу.
– Деда Илья, – взвизгнула и тут же опомнилась. – Ой, уважаемый Илья Никитич, рада вас видеть!
– Эх, Злата, как была с тремя ёжиками в одном месте, так и осталась. Какой я тебе сейчас деда Илья? А ну в офисе такое брякнешь?!
– Ну не, я разницу чувствую. Но правда, так рада вас видеть! Как деды с бабой не стало, так и пропали. А тётя Глаша иногда вспоминает вас. Хоть бы на пирожки зашли в гости, что ли?
Мужчина смягчился и поплыл. В самом деле, я что, не знаю, как к богатырям подкатывать? А тут цельный друг деда, который его дочерей на велике кататься учил.
– А собеседование будет или ну его? – напомнила, чего мы вообще сюда пришли.
Ну не памятником же Екатерины любоваться и историю её фаворитов от гида слушать?!
– А чего же не будет? Всё как положено, Злата. Сама понимаешь, в непростую контору я тебя беру. Нужно, чтобы и историей владела и осознавала – кто мы и что мы?
– Да что понимать?
Мы остановились у ближайшей скамейки. Рядом местный художник старательно расставлял свои картины в надежде, что кто-нибудь из туристов чего прикупит.
– Историю знаю. И сказочных, и людей. Что Питер Питером не просто так называют, а потому что изначально сам Пётр писал в своих заметках «Санкт-Питер-Бурх». И что отдел занимается серьёзными делами – тоже ясно-понятно. Кто-то же засовывал Кощееву иглу в яйцо, яйцо в утку, а утку…
– Ну тихо, Злата. Утку в зайца поместить тоже, знаешь ли, искусство! Но раз умная такая выросла, то вот тебе вопрос. Назови мне памятники в Санкт-Петербурге, которые нужно потереть, чтобы желания заветные исполнились? Но не все подряд, а зачарованные. Те, что уж точно срабатывают.
– Ну, Илья Никитич, – мне даже стыдно стало, – вы нашли, что у ведьмы – вчерашней студентки – спросить. Даже несерьёзно как-то.
Мужчина засмеялся и, взяв меня под руку, повёл вокруг памятника.
– Окейненько! Если позарез нужно чудо, то в первую очередь направляемся к памятнику у Инженерного замка. Постамент Петра украшен, как вам известно, барельефами. И вот на одном из них – человек, который в лодку забирается. Трём ему пятку, и готово. Всё в ажуре!