Рэй (СИ)

Рэй кивнул, но ответил:
— Нет.
Фил вздохнул. Подобная беседа с подростком выбивала его из колеи и он не придумал ничего лучше, чем махнуть рукой.
— Пойдем. Поглядим, что тут и как.
Фил кивнул и направился за учителем. Они подошли к бараку, чуть в стороне от которого на столбе в петле висел раздетый догола мужчина, и довольно быстро разыскали хозяина невольничьего рынка — высокого худощавого мужчину лет тридцати.
— Господин маг, — поклонился он, сам явившись к Филу и ученику, как только услышал, что его ищет городской маг. — Меня зовут Алекс. Чем могу быть полезен?
— Добрый день, Алекс, -кивнул ему Фил. — Как видите, у меня подрастает ученик. Молодой, горячий. Я боюсь, что он может наделать глупостей с молодыми девушками в городе, поэтому я хотел бы прикупить ему кого-нибудь. Вы понимаете о чем я?
— Безусловно, — кивнул хозяин рабского рынка. — Однако, дабы мы правильно поняли друг друга, я должен предупредить. Продажа подданных Гальшталя в этих краях запрещена. Поэтому из местных я не имею права вам кого-либо предлагать. Также, хочу вас предупредить, что появляться в городе с рабом без клейма — категорически запрещено. Мы, если вам будет угодно, ставим клеймо.
— Спасибо за предупреждение, — кивнул маг. — Прекрасно вас понимаю. Клеймо мы поставим сами.
— Что же, — кивнул Алекс. — Что же касается товара, то... вы должны понимать. Зима. Весь хороший и дорогостоящий товар мы продали по осени. Сейчас у нас в наличии нет наложниц. Увы, товар слишком ходовой, но если вы согласитесь подождать, когда возобновиться судоходная торговля, то при первой же свежей партии, я для вас что-нибудь подыщу.
— Ждать два месяца минимум? — поджал губы Фил и взглянул на ученика, что растерянно хлопал глазами. — Нет. Думаю, затягивать с этим не стоит.
— Увы, выбор тогда будет не велик, — признался торговец. — Да и качество оставляет желать лучшего.
— Все настолько плохо?
— Нет, но зима в этих краях сурова. У нас уже умерло несколько рабов от переохлаждения. Вы должны понимать — содержать их сытыми, одетыми и здоровыми целую зиму — крайне дорого.
— Давайте посмотрим всех, кто хоть сколько то нам подходит, — тяжело вздохнул Фил. — И да, будьте добры, отдельно обозначить тех, кого еще можно считать девственницами.
— Понимаю, — кивнул Алекс. — Сейчас я все подготовлю.
Мужчина скрылся в бараке, откуда тут же раздались крики хозяина, ускоряющего работу охраны и немногочисленных слуг.
— Учитель, — произнес Рэй и растерянно поднял взгляд на Фила.
— Что? У тебя лицо, словно я тебя попросил призвать демона из бездны.
— Дядя Карл и так приходит. Зачем его звать? — буркнул мальчишка.
— Этот — да. Припрется — хрен прогонишь, — улыбнулся Фил.
— Я это... зачем рабыню?
— М-м-м? — взглянул на него учитель. Несколько секунд, он сверлил его взглядом, после чего тяжело вздохнул и произнес: — Хорошо, давай подумаем. Зачем тебе рабыня? Твои варианты?
— Ну... Не знаю. За пивом к Торку я и сам могу сбегать. Да и еду мы не готовим. Нам все из кормчей приносят. Штопает портной... Я потому и спрашиваю.
— Рэй, не прикидывайся дурачком. Ты прекрасно все понял, — вздохнул Фил. — Я тебя про детей не просто так спрашивал. И про наследников не от большого желания говорил. Она нужна для того, чтобы ты с ней спал. Спал и не трогал местных девиц. Не потому, что я так уважаю горожан и прочее. А просто потому, что плодить наследников на стороне нужно только тогда, когда у тебя в этом появится потребность. Подстраховка. Поверь, нет ничего хуже, чем заявившейся незнакомый человек от какой-то кухарки со словами: «Здравствуй папа!». Это понятно?
— Понятно.
— Еще вопросы?
Рэй несколько секунд помялся, а затем произнес:
— А если она не захочет?
Фил с тоской втянул носом воздух.
— Во первых — печать мы будем ставить магическую. По сути, она повторяет ученическую клятву, что оставила отметку на твоем плече. Однако, тут свои нюансы. Не суть важно. Будешь ее клеймить — поймешь. Во вторых — это не дикари, на которых надели рабский ошейник. Это рабы уже не в первом поколении. Я узнавал. Других сюда не возят. Были бунты, которые отучили местных пользоваться рабами-дикарями. Эти рабы в ошейнике уже не первое и не второе поколение. У них в голове сама мысль отказать хозяину вызывает панику. Хорошие и послушные кальватосцы. Да, инициативы у них тоже с ноготь мизинца, но идеальных рабов не бывает. Да и, откровенно говоря, я не верю, что раб во втором поколении сможет жить самостоятельно. Если их в малолетства учили подчиняться и угождать хозяину, как они вообще будут жить?
 
— Их волю ломали?
— Их? Нет. А вот их родителей или бабушек с дедушками — да. Причем так, что дети даже не помышляют жить по другому.
— Как-то это... не по людски... — смутился Рэй. — В наших краях рабов нет.
— Потому, что рабы — это товар. Чтобы их в ваши края вести — надо знать, что у вас есть деньги. А у вас лес и больше ничего. Зачем к вам рабов везти? Если только у вас их закупать, но насколько я понял у вас это не приветствуется.
— Голову рубят, — поежился Рэй.
— Вот и я про то же. Да, и если тебя так сильно мучает совесть — вспомни, что говорил уважаемый Алекс. Смертность от голода и холода тут достаточно высокая. Рабы зимой — не ходовой товар. По весне — да. будет большой спрос, но он не окупит те деньги, что пришлось потратить на них за зиму.
Рэй молча кивнул, опустив голову в смешанных чувствах, а из дверей барака показался хозяин невольников.
— Господин маг, — кивнул он и открыл дверь, приглашая их внутрь. — Простите, что заставил ждать снаружи, но увы. Нормального помещения для демонстрации у нас нет. Издержки мертвого сезона.
— Понимаю, — кивнул Фил и втолкнул внутрь ученика, за которым вошел сам.
Их провели по коридору в небольшое помещение. Пол был выслан соломой, в стенах виднелись старые и покрытые ржавчиной основательно вмурованные кольца. В углу стояло ведро, источающее аромат, от которого даже непривередливый Рэй сморщился.
— Быстро! — процедил Алекс, взглянув на одного из охранников и указал на ведро.
Тот засуетился, подхватил источник ароматов, чуть не расплескав его, и быстро покинул комнату.
— Итак, — прошелся внутрь Алекс и указал на шестерых женщин, что стояли у стены.
Одеты они были в лохмотья, волосы засаленные и никаких чувств у мальчишки, кроме жалости, не вызывали.
— Прошу. Это все, что осталось на данный момент, — взглянув на женщин он вздохнул и кивнул им, после чего те принялись снимать лохмотья, дабы продемонстрировать то, чем одарила их природа. — Я, признаться не готовился и не ожидал вашего визита. Поэтому, уж простите, товар немного не в том виде.
Фил подошел, осмотрел женщин и хмыкнул.
Как он и ожидал, всем им было уже немало лет. По деревенским меркам, конечно. Грудь у всех была приличной, все достаточно подтянутые с округлостями в нужных местах. Однако, не все было так радужно. У некоторых были шрамы, одна с ожогом, а крайняя, с грязными светло русыми волосами настолько худая, что казалось ее морили голодом.
— Действительно не большой выбор. Да и понятно, почему их осенью не купили, — поджал губы Фил и взглянул на Алекса. — Это все девственницы?
— Нет, это почти все что есть. Девственница — одна, — указал он на молодую девчушку, стоявшую у другой стены. Такие же лохмотья, светлые, но грязные и скомканные волосы. — К сожалению, другого я предложить вам ничего не могу.
Маг подошел к женщине с ожогом на ноге, осмотрел подтянутую грудь и спросил:
— Этой сколько лет?
— По моим записям двадцать три. Но на вид я бы меньше двадцати пяти не дал.
— Согласен, — кивнул Фил и обернулся к ученику. — Ну? Как тебе?
Рэй опустил взгляд в пол и пробормотал:
— Она же мне в мамки годиться...
— Тоже верно, — кивнул учитель, прошелся вдоль выстроившихся рабынь, что уже начали подрагивать от холода, и остановился у самой худой и больной на вид.