Тоннель в Паддингтоне (СИ)
— Все равно я против, — отмела доводы миссис Блер. — Кензи, сделай нам всем чаю. Придется пересмотреть наш договор.
— Я сбегу! — сложила руки на груди Дороти, морща брови враждебно.
— Теперь, когда дела Энтони улажены, я вижу, что мне не по средствам содержать своих детей, дом в столице и платить тебе пособие, — проигнорировала племянницу Матильда. — Разумнее всего продать дом, тебя уволить, а Дору забрать к себе за город. С кузенами она найдет общий язык, я уверена.
Кензи похолодела. Миссис Блер была вдовой, вернула себе девичью фамилию и растила сорванцов тринадцати, десяти и семи лет за городом. Дора вскрикнула и закрыла рот обеими ладошками.
— Как видите, дело даже не в вашем инспекторе, — поднялась миссис Блер.
И обернулась через плечо. На ее лице на миг появилось подобие усмешки. И сделалось как-то еще более неуютно.
— Есть, конечно, и другой вариант, который, полагаю, вам обеим понравился бы больше.
— Какой? — выдохнули одновременно и Дороти, и Кензи.
— Я оставлю дом. И даже буду оплачивать ренту, но не твое пособие, Кензи. Тебе придется найти приличную работу. Ты станешь содержать себя и Дору.
Теперь миссис Блер повернулась всем корпусом к растрепанным девушке и девочке. На лице ее застыло торжественное выражение.
— Но не думайте, что теперь вы вольны делать, что хотите. Миссис Митчем будет писать мне — вы ведь понимаете? Дороти Блер должна выглядеть приличной девочкой. В письмах и где угодно. Ее гувернантку также должны уважать в обществе. Малейшее пятно на репутации — и я продаю дом и забираю Дороти. В остальном меня не волнует, чем вы станете заниматься.
Кензи Мун скривилась:
— И вам… все равно, что происходит в жизни племянницы?
— У нас так было всегда, — ответила ей Дороти, махнув рукой легкомысленно. — Тетушка, я не мешаю вам, вы не мешаете мне — все идеально. Но вы должны дать Кензи месяц на поиски работы. И еще… пусть она будет моим опекуном, а не гувернанткой.
Миссис Блер округлила глаза.
— Зачем…
— Вы же хотите, чтобы репутация Блеров была безупречна? — властно подняла брови Дора, совершенно так же, как сама миссис Блер несколько минут назад. — Я сирота, моей тете я стану обузой. Так же как и тетя мне, но об этом говорить нельзя. Передать права на опекунство моей гувернантке, которой я не безразлична — единственное приличное решение, вы не находите?
Матильда Блер посмотрела на Кензи, что так и застыла у стеночки. Забыв про какой бы то ни было чай.
— Папа вам не приносил ни денег, ни уважения. Мы с Кензи, по крайней мере, их точно не заберем, — продолжала гнуть линию Дора. — Если вы против, то и говорить не о чем, я сейчас же расскажу миссис Митчем, что…
— Тогда ты поедешь со мной, — возразила, сощурившись, миссис Блер.
— Вам выгодней свалить меня на Кензи, — пожала Дора плечами. — Не упирайтесь, так ведь всем будет проще.
Кензи поняла в тот момент, что шантаж Доры вчера в «Паризьен» — это цветочки. Стать опекуном?.. Такой чертовки?..
— Но Кензи должна согласиться, — услышала она, как сдалась Матильда Блер.
И свой неожиданный ответ:
— Я согласна.
А потом — звонок во входную дверь.
* * *
Желтые розы. Трубка пятая.
Часть 5. Бретт
* * *
- Прошу простить за столь ранний визит, - в прихожую ввалился... сияющий, как начищенный медный чайник, Вудроу Бейкер. Стащил мокрый кепи со взлохмаченной головы, отряхивая дождевые капли прямо на деревянные половицы. И расплылся в липово виноватой улыбке: - Но увидел свет - а у меня в кармане свежая газета, в пакете - слишком большая для одного порция печенья, да и обсудить нам много чего есть - дай, думаю, загляну на чай или завтрак.
Сказать, что Кензи была ошеломлена - значит ничего не сказать. Девушка застыла перед дверью, не в силах вымолвить ни слова.
Дятла же распирало от гордости: что ж, вчера инспектор внаглую завладел вниманием Кензи - клаксон, экипаж, проблески разума и прочий наносной блеск. И пусть. Но это он - Бейкер - приметил и спас Мун еще в Паддингтоне: и надутому бобби из Скотленд-ярда ничего не светит. Вчера на ночь глядя он замел лягушатника и официально обвинил в желто-розовых убийствах. За завтраком Кензи увидит яркую передовицу "Таймс". Но в момент ее расстройства непроходимой тупостью Дьюхарста рядом будет он, умный и надежный Вуд Бейкер. Она увидит разницу и думать забудет о Колине Дьюхарсте с его чертовым самоходным экипажем.
Но из-за плеча потерявшей дар речи хозяйки покровительственно выступила Матильда Блер, и расхорохорившийся репортер умолк.
- Это что за молодой человек?
- Вуд Бейкер, к вашим услугам, мэм, - Дятел шаркнул ногой вполне прилично и галантно и продолжил жизнерадостно: - Вижу, ты не ложилась со вчера, Кензи? Думала о деле? "Таймс" как раз напечатал новости, я прямо из типографии...
Смелым шагом Вуд намылился в сторону кухни: Кензи захотелось прихлопнуть наглеца домашней туфлей. Но первой его остановила трость миссис Блер. А Кензи полетел ледяной упрек:
- Мисс Мун, похоже, одного кавалера вам не достаточно?.. Вопрос опекунства закрыт. Дора, собирай вещи.
- Это кто же у нее кавалер? - вмиг нахмурился Бейкер, пропустив мимо ушей последующие заявления пожилой леди.
Неужели Дьюхарст успел официально начать ухаживания?!
- Некий инспектор с самоходным экипажем, - пояснила миссис Блер преувеличенно учтиво. - Полагаю, это не вы?
Репортер сжал кулаки, хрустнув бумажным пакетом с печеньем в одном и выжав остатки воды с кепи на ковер другим. Желваки будто скатились со скул в шею. Будь проклят этот экипаж. Он знал!
- Тетя, - ситуацию вновь спасла появившаяся Дороти, успевшая целомудренно закутаться в шаль, - это же брат Кензи. Не раздувайте трагедию, я останусь в Лондоне. Начинайте оформлять бумаги.
- Брат?
Брови миссис Блер поползли кверху, когда она яростно обернулась ко все еще растерянной Кензи:
- Ты разве не говорила, что у тебя не осталось никакой родни?.. Я из жалости и...
Значит, это тетушка Доры, а не Кензи. Работодатель. Брат - не самый лучший расклад, но на первое время дающий больше преимуществ, чем кавалер... Дятел думал недолго - вызов брошен, вызов принят.
- Скорее, кузен, - он вольно притянул Кензи за плечо, и жилка маленькой победы забилась у него в горле. - Наши бабушки были сестрами. Но росли-то мы вместе... Сестренка и не догадывалась, что мы столкнемся в Лондоне. Нас, работников "Таймс" - знаете - носит туда и сюда по свету... Сегодня здесь, завтра там... Так что я рассчитываю на чай, Кен?..
Не то речь, не то панибратский жест миссис Блер явно не понравились. Она посмотрела вновь на притихшую Кензи Мун, которая руку "кузена" и сбрасывать не пыталась.
- Дорогуша, а ты что же - язык проглотила?
Соберись, Кензи. Версия с кузеном не так уж и плоха. Ты ведь хочешь остаться в Лондоне. Стать опекуном Доры, девушкой Колина и сестрой Бейкера - не такая уж и ужасная плата за это. И даже работать и содержать дом с ребенком. Другие справляются - почему тебе бы не смочь?..
- Простите... - вымученно улыбнулась Мун. - Вчера, наверное, переутомилась, да и спала кое-как... С трудом... думается, - озорные глазки Доры выражали полное одобрение и поддержку, как и мокрая, но такая живая и теплая рука Вуда на плече. Впервые она почувствовала, что здесь, в столице, у нее есть друзья. Дальше пошло бодрее: - Видите ли, миссис Блер, я... и вправду хотела надавить на вашу жалость. Родня у меня имеется, и не маленькая. А то, что встречу здесь... - она подняла лицо и едва не уткнулась в оказавшуюся чрезмерно близко довольную улыбку Вуда, - его вот...
Толкнула локтем в бок смешливо.
- Пошли чай пить, братец. И вы, миссис Блер - вы ведь хотели чаю выпить. Вуд, это миссис Матильда Блер, тетушка Доры.