Мой Мир (СИ)

Тем временем Ареорн продолжил «светскую» беседу:
— В наших состязаниях уже давно не принимали участия представители Университета. Они, обычно, слишком изнежены.
— Я с Дальнего острова. В столице не очень давно. А что там за состязания?
— Хлыст, стрельба из лука, борьба, загон зверя на лошади.
— В загоне я наверно не поучаствую, а вот в остальном — с удовольствием.
— Ого. Смело. Кстати, молодой человек, а откуда у Вас такой хлыст?
— Это семейный артефакт.
— Вы знаете, что он из драконьей кожи? Таких осталось, может быть, несколько штук в мире. Он уникален и очень дорог. Обычно такие артефакты хранят под семью замками.
— Хлыст, висящий на стене, умирает, так мне отец говорил. А ему — его отец, а ему — его.
— Ваши родственники мудры. Они живы?
— Нет, к сожалению. Я — старший мужчина в нашем роду. Несколько лет назад пришла большая волна, и все наши погибли. Я в этот момент был в другом месте. После того, как вернулся, нашел хлыст, похоронил своих и уехал сюда. Тяжело оставаться там, вот и стал служить при Университете пока.
— Печально.
В этот момент мои защитные системы взвыли. Я снял Хлыст и взял его в руку. Ареорн и Цилия тоже остановился и стали оглядываться. В их аурах образовались известные сгустки и начали тревожно перемещаться.
Не знаю, я или сам Хлыст сделал движение рукой и сбил стрелу, летевшую в грудь Ареорну. Одну, вторую, третью. И в Ареорна, и Корсигна, и в меня. Мы с Хлыстом поставили круговое ограждение. Одновременно я определил направление, откуда стреляли, и пустил на дикой скорости три мощных красных шара. В этот же момент нас накрыл плотный коричневый купол — Ареорн был очень сильным магом. Снаружи раздалось три крика боли. Я маякнул, и к нам из красного и желтого факультета выбежало несколько человек. Из тех, что вчера были на моем «семинаре». Первым прибежал Книлц с кнутом в руке. Он мгновенно поставил вокруг красный купол, за ним подбежала Тилинда и несколько ее учеников. Ауры наших гостей успокоились. Коричневый купол исчез.
Ареорн повернулся ко мне и церемонно поклонился:
— Совет Шаманов благодарит достопочтимого Туттера за спасение жизни Главы Совета. Вы действительно Мастер Хлыста и владеете им по праву. Степь помнит добро. Мы — Ваши должники.
— Достопочтимый Ареорн, достопочтимый Корсигн, Цилия, кто-то пытался нарушить закон гостеприимства, который, например, был одним из основных на нашем острове Дальнем. Не знаю, есть ли он в Столице, но мои гости находятся под моей защитой.
— В Степи тоже есть такой закон. Мы, я и моя внучка Цилия, приглашаем Вас стать Гостем нашего Клана «Степных орлов».
— Благодарю, — склонил я голову.
— Книлц, пошлите, пожалуйста, людей в том направлении — я указал, куда метнул шары. — Там должно быть три трупа, не сочтите за труд их принести, я бы хотел посмотреть на наших обидчиков. Тилинда, пусть Ваши люди их подстрахуют, вдруг их захотят забрать те, кто их послал?
Девять человек — шестеро Красных и трое Желтых — умчались в показанном мною направлении.
Тем временем Ареорн рассматривал стрелу:
— Знаете, Туттер, мне кажется, что это черные. Стрела отравлена, а кроме того, от нее воняет.
Потом посмотрел на меня и встал:
— Прошу простить, что обратился к Вам, Достопочтимый Туттер, просто по имени, я был слишком задумчив.
— В бою, пока скажешь «достопочтимый», получишь три стрелы.
Он улыбнулся, совершенно по-мальчишески.
— Внутри Клана мы обращаемся друг к другу по имени. Я даю Вам это право и прошу у Вас также этого права в отношении Вас.
— Почту за честь.
Из Ректората к месту происшествия уже спешила ректор и другие люди.
— Что здесь произошло?
Ареорн показал ей стрелу:
— Достопочтимый Туттер спас нас. Мы благодарны ему и благодарны Университету, что он выделил его нам.
Тем временем в месте, куда убежали за телами люди, произошла мгновенная и очень интенсивная красно-желтая перестрелка. Стоявшие рядом рванулись туда. Через некоторое время они притащили три скрюченных от невыносимой боли трупа и один обожженный человеческий остаток. Один из Красных, шел, зажимая плечо рукой. Его с одной стороны поддерживал Книлц, а с другой желтая девочка. Я рванулся к ним. У раненого в плече глубоко засела классическая метательная звезда. Я разорвал рукав, попросил всех отойти и вырвал ее. Фонтаном плесканула кровь. Хорошо, хоть звезда не отравленная. «Плохо подготовились, дилетанты», — подумал я. Затем я, вспомнив, что для визуализации заклинаний нужны акустические реверберации, замычал низко, искажая визуально пространство, чтобы не было видно, что я делаю, а сам, закрыв все действо красным непрозрачным куполом, вкачнул немного серого, залечивая рану. Красный мальчик остался лежать, а рядом с ним плакала, встав на колени, притащившая его желтая девочка.
 
— Не волнуйся, он уже просто спит. Все хорошо, — тихо сказал я ей.
Сам подумал: «Ну, одна-то боевая пара уже точно есть».
Затем вернулся к своим. Все смотрели на меня, и только Корсигн внимательно осматривал трупы. Аур у них не было — я, а потом и Желтые разорвали их в клочья. Но паучий «душок» все равно был. Корсигн наклонился к Ареорну и что-то шепнул. Тот согласно кивнул.
— Достопочтимый Ректор, достопочтимый Туттер, думаю, мы завтра уже уедем. Мне кажется, что других дел у нас здесь не осталось.
— Вы позволите организовать Вам сопровождение до границы из Красных и Желтых? На всякий случай. А уж потом, думаю, ваш клан сумеет Вас защитить.
— Почту за честь. А в Степи уж как-нибудь сами справимся, сказал Ареорн и хищно оскалился. Я понял — справятся.
Дальнейший путь до гостиницы не был ничем примечателен, кроме того, что нас сопровождало полтора десятка человек охраны. Нападать на такую группу было просто безумием.
Войдя в холл, нас встретил запыхавшийся Василис.
Я спросил:
— А где Петраркус?
— Его сейчас нет, но он оставил все распоряжения. Прошу гостей подняться наверх.
Все трое, в сопровождении меня, Клинца и Тили поднялись на 2 этаж. Когда двери номеров открылись, мы увидели свободные от мебели номера, устланные коврами. Отдельно несколько ковров лежало друг на друге, изображая лежанку около импровизированного очага из плоских камней.
— Тиля, зажгите в очагах огонь, пожалуйста, — шепнул я ей. Она кивнула.
Ареорн повернулся ко мне:
— Ваш управляющий действительно волшебник. Не все сделано правильно, но чувствуется дань уважения. Эта ночь, возможно, будет самой лучшей в городе, из тех, что я здесь проводил.
— Я думаю, он будет Вам очень благодарен, если Вы расскажете, как нужно. Наверное, у него было просто мало информации.
— С удовольствием.
— Василис!
Он немедленно «нарисовался» рядом.
— Пока нет уважаемого Петраркуса, узнай у гостей, что сделано не так, и поправьте.
Он поклонился.
— Ареорн, думаю, вы сами в состоянии обеспечить свою защиту. Но я, на всякий случай, тоже останусь здесь. Я буду на третьем этаже.
— Хорошо. Думаю, мы переночуем в одном номере. Так нам будет проще обеспечить безопасность. Тем более в юртах всего одна комната, есть только тряпичные перегородки. Если уважаемый Василис нам поможет, я скажу, что и как исправить.
В этот момент я поймал на себе заинтересованный взгляд Цили.
— До вечера, Достопочтимые. Мне надо уладить еще кое-какие дела, а потом я приглашаю вас на ужин.
Я подозвал Василиса:
— Приготовьте на заднем дворе жаровню и сделайте плов. И вино не забудьте. Я его сам обработаю.
— А что это «плов»?
Я ему рассказал рецепт узбекского плова — умею его готовить. Он выслушал и бегом помчался давать распоряжение на кухню.
Как-то вылетело из головы, и я связался с Хасимом:
— Добрый день. Будки охраны пока не актуальны. Но пусть постоят где-нибудь, может, и пригодятся в дальнейшем.
— Хорошо, понял, — ответил он.
Я поднялся на четвертый этаж, к себе. Открыл дверь и вошел. Ни следов разрушения, ни обезображенных трупов не наблюдалось. Уже хорошо. На столе нетронутая еда. Три порции. Захожу в комнату — сидят втроем, ревут ревмя.