Мой Мир (СИ)

— Я. Заходи. Хочу познакомить тебя с двумя Высшими, которые находятся здесь. Воробышки, выходите.
Они вышли, все НУ ТАКИЕ ВАЖНЫЕ.
— Ну, здравствуй. Вторая.
— Здравствуйте, Первые.
— Мы не просто Первые. Мы Великие!
— Да и я не из последних.
Я решил вмешаться.
— Граждане первые и вторые, извольте повернуться к стене, задрать платья и нагнуться. Мне вам кое-что сказать надо.
Они сверкали глазами друг на друга, но спорить не посмели.
Так и встали — двое отдельно, одна отдельно. Я снял Хлыст и пару раз им щелкнул. У всех троих попы покрылись пупырышками от страха.
— Старик, а слабо тройной удар? А то надо науке научить.
— Наука, это правильно, глядишь, и мозги на место встанут.
Тройной щелчок. Все у стенки взвизгнули и стали тереть попы, на которых был совершенно одинаковый красный след.
— Три пчелы, — хмыкнула у меня в голове Красная.
Я послал ей теплый лучик, и она явно улыбнулась.
— Разве я сказал изменить позицию?
— Нееет, — сказали они совершенно одинаково и опять встали у стены.
Опять тройной щелчок и тройной взвизг. Опять потирание попы.
— В следующий раз та, которая оторвет руки от стены, получит отдельно. Ясно?
Они закивали. Я нанес еще с десяток ударов. Взвизги были, но руки стояли у стены как приклеенные, зато попы были как лампочки.
Я повязал Хлыст вокруг пояса.
— Знаете, что я только что обнаружил?
— Нет.
— Что вы, первые и вторые, прыгаете на месте и трете попы совершенно одинаково. И цвета они у вас сейчас очень похожего.
Стоят, пыхтят.
— Ну, значит, не поняли…
Я опять снял Хлыст. Еще пять ударов.
Я остановился.
— Нет, еще не поняли?
Молчат.
— Эхххх, — еще пять.
Сися:
— Хозяин, можно я скажу?
— Говори.
— Я поняла. Нам нельзя ссориться.
— Молодец.
Я подошел к Воробышкам и нанес им еще по пять ударов.
Они прошептали:
— Мы поняли.
— Хорошо. Повернитесь все. Платья не опускать.
Шесть глаз, три щелки.
— Послушайте сюда: любая ссора — это начало конца. Следующее будет — устранение «конкурентки», следующее — борьба за мифическое первенство друг с другом, следующее — война между Кланами. Пообщайтесь с Башней для общего развития. Первые мне правильно про вас, Воробышки, сказали — вы еще не готовы. Просто у меня мало времени. Но вы первые начали. Нет для вас ближе существ на земле, чем ваши Сестры, Первые или Вторые — не важно. Казалось бы, именно Красная должна была взвиться — Сисиллия ее цвета, но она мудрая, она прекрасно понимает, что ее первенство навсегда с ней. А вы чего поперли? И знаете что? Такое поведение меня ОЧЕНЬ РАЗДРАЖАЕТ.
Голубые заметно побледнели.
Передо мной тревожно замигали огоньки из Башни.
Зеленая:
— Успокойся, пожалуйста, и оставь их нам, мы с ними поговорим. Они еще малолетние дурочки, несмотря на то, что практически наши ровесницы.
— Хорошо. Спасибо. Просто, если эту дурь сразу не выбить, то потом может быть намного хуже.
— Положись на нас и пойди погуляй, это наш вопрос. Вон, тем более Башня говорит, что Коричневые посланцы из Степи прибыли. Думаю, тебе туда надо.
Со мной как раз связалась Клофиссия:
— Хозяин, посланцы из Степи. Вы нужны.
— Буду через десять минут.
Обожаю Зеленую! Вроде дочь рыбака, а самая мудрая и самая, если честно, сильная.
Я «поцеловал» их благодарно. И ее и Звездочку и они оба (или обе) потянулись ко мне. При этом поймал себя на мысли, что ярость, начавшая было подниматься, после ее слов «это наш вопрос» улеглась, будто ее никогда и не было.
Повернулся к этим:
— Значит так, я ухожу в Универ. Когда буду — не знаю. Приду — буду смотреть на ваше поведение. До моего прихода ни одна из вас из номера не выходит. Если застану здесь три трупа — быть посему. Так даже лучше, потому что, если будет один или два — все равно будет три. Это ясно?
— Да.
Я повернулся, накинул личину и вышел.
Через десять минут я уже в облике Туттера входил в приемную. На месте Сиси сидела какая-то грымза, но меня пропустила без вопросов.
В кабинете ректора сидело два, я бы сказал, аксакала. Кроме халатов, тюрбанов и шейных платков на них было огромное количество амулетов, как высокого уровня, так и, практически, безделушек. Цвет их ауры — плотно-коричневый. Но не паучий. Он отличался от паучьего, как земля отличается по цвету от свежего дерьма. Сзади одного из них стояла женщина или девушка, не знаю. Аура тоже плотная, хотя и менее чем у аксакалов. Амулетов на ней было меньше, но все сильные.
 
— Туттер, познакомьтесь. Это Глава Шаманского совета Великой Степи, достопочтимый Ареорн, член Шаманского совета Великой Степи, достопочтимый Корсигн и внучка достопочтимого Ареорна — Цилия. Делегация Шаманского совета Великой Степи прибыла в наш Университет согласно древнего договора между Университетом и Великой Степью о дружбе. Именно Шаманский Совет является, по древнему договору, основой нашего Коричневого факультета. Достопочтимый Ареорн и достопочтимый Корсигн прибыли к нам, чтобы по традиции пригласить представителя Университета на Общий сбор Шаманов, ежегодно собираемый Шаманским советом.
Пышно, подумал я, наверное, все фразы были традиционны и не менялись из года в год.
— Достопочтимый Ареорн, достопочтимый Корсигн, Цилия, это, — ректор указала на меня, — наш новый проректор по специальным вопросам. Его должность была введена недавно, согласно нового штатного расписания. Он является моим подчиненным и ближайшим помощником.
Понятно, приоритеты расставлены, должности и статусы определены.
— К сожалению, — продолжила Ректор, — я, в силу определенных обстоятельств, не смогу участвовать в работе Общего сбора. Очень сожалею. Мы командируем к Вам Туттера, думаю, он нас сумеет достойно представить.
Я церемонно поклонился. Три взгляда очень внимательно меня изучали. Моя аура была достаточно большой и безупречно красной. Явно заметили Хлыст, повязанный на пояс.
Ареорн:
— Ваш представитель достаточно молод. Хватит ли его уровня и статуса? У нас собирается Юбилейный совет, на нем будут перевыборы Главы совета. Также будут различные состязания.
— Достопочтимый Ареорн, не волнуйтесь. Туттер является вторым человеком в Университете после меня, — она на меня посмотрела, а я скромно потупил глаза. — У него широчайшие полномочия, вплоть до внесения решений на Большой ректорский совет. Кроме того, он является Мастером хлыста и сможет представить наш Университет на состязаниях значительно более достойно, чем я.
— Туттер, Вы же не откажетесь от участия в состязаниях?
— Ни в коем случае, госпожа ректор. Кроме того, я всегда мечтал познакомиться с древним искусством Степи. Я слышал, что в определенных дисциплинах им нет равных. Почту за честь, если меня допустят, и я смогу пройти отборочные состязания.
— Спасибо, госпожа Ректор, — сказал Ареорн. — Формальности соблюдены. Совет Шаманов устаивает Ваш представитель.
Стороны церемонно поклонились друг другу.
— Надолго ли Вы к нам, достопочтимый Ареорн?
— Послезавтра уезжаем, еще очень много дел. Совет назначен через две недели.
Ректор:
— Туттер, займитесь, пожалуйста, размещением гостей. Гостиница при университете в Вашем распоряжении.
— Немедленно займусь, госпожа ректор, — сказал я и поклонился ей.
Затем мы с гостями вышли.
— Где бы вы хотели разместиться, достопочтимый Ареорн?
— Я не люблю ваших городов, в них слишком суетно. Все наши встречи — дань традициям, не более. Послезавтра мы уже уедем.
— Если хотите, я размещу Вас в другой гостинице, чуть подальше. Там Управляющий — волшебник, от него все гости уезжают довольные.
— Нам, в общем-то, все равно.
— Ну, пойдемте. Думаю, хуже, чем в гостинице при университете не будет.
Связался с Василисом:
— Василис! Бегом из двух люксов и одного стандартного номера на втором этаже вынести всю мебель — у нас высокие гости из Степи. Соберите ковры со всех номеров, выложите декоративные очаги из плоских камней. У вас на все полчаса! Бегом!