Бесприданница (СИ)

– Ее тоже в дом. – распорядился за меня Тюггви.
Он придерживал раненую руку и с трудом поднялся во весь свой могучий рост. Богатырь былинный. Плечи – во. Рост – чуть не на две головы меня выше.
– Ну пойдем, что-ли. – прервал мое разглядывание Тюггви.
– А… да, пойдемте. 
    
Глава 43
 
Гулла, едва ее потащили в сторону крыльца, продолжила вырываться и извиваться. Хоть на цепь ее сажай. Ну почему совсем ничего не соображает? Как ее вразумить? Всевышний помоги!
С крыльца за нами зорко наблюдала Тира. Я кивнула ей, дескать все в порядке. Тюггви меж тем раздавал указания. Тела, что лежали во дворе нашего дома – вынесли за дорогу. Затем часть вооруженных людей и вовсе скрылась в стороне реки. Остался сам предводитель и два человека с ним.
Я первая поднялась по лестнице и прошла в залу. Там замерла в испуге родительнице, крепко прижимая к себе Фрею.
– Матушка! Этих людей бароны прислали к нам на помощь.
– Что с Гуллой?
– Здесь она. Кусается только, ай, больно. – один из сопровождающих втащил мерзавку внутрь, одернув и перехватив руку, которую та укусила.
Следом вошел Тюггви и помещение враз показалось маленьким.
– Присаживайтесь сюда. – показала ему на стул.
– Эй ты! – рявкнул на Гуллу освободитель. – Хватит орать!
И о чудо – Гулла остановилась. Подняла на него заплаканные глаза. Затем они какое-то время разглядывали друг друга. А потом неожиданно Тюгги обратился к ней.
– Ты чего убежала-то? А если бы за дверью оказались не мы, а враги? И тебя бы… того, – он не заговорил вслух о насилии, за что я была ему очень благодарна. – Да и всю вашу семью.
– А тебе-то что за дело? – нахалка и не думала о последствиях.
– Дело мне до тебя нет, но в свои годы ты должна думать головой. – он выразительно постучал согнутым пальцем здоровой руки себе по голове.
– Все сложно… – из Гуллы как будто враз выпустили весь воздух, и она опустилась на стул рядом с рыжим гигантом. Плечи опущены, взгляд в пол.
– Так расскажи мне, может что присоветую. У меня разное в жизни случалось.
Гулла подняла на него глаза и не отрываясь вглядывалась в него. Он молчал, но глаз не отводил.
– Не здесь, не при этой… – кивок в мою сторону.
– Как скажешь. – легко согласился тот.
Я, открыв рот, наблюдала за этими двумя. Как Тюггви удалось достучаться до Гуллы? Он ведь не сказал ничего особенного. Только повторил то, что с матушкой раньше ей говорили. А посмотри-ка! Сидит и слушает его. Да еще советы принимает. И разговаривают они не как старший с ребенком, а на равных.
Затем один из воинов, сопровождающих Тюггви, прочистил горло, привлекая к себе внимание.
– Чего тебе? – предводитель поднял взгляд.
– Руку твою перевязать надо.
– Ну надо – так перевязывай. – поморщился от боли Тюггви.
Помощник поставил на стол какой-то глиняный горшочек, снял с него тряпку, которой обмотано горлышко и начал закатывать рукав на сломанной руке рыжего. Тот только покрепче стиснул зубы, но не проронил ни звука.
– Сейчас мазь приложу. Враз легче станет. Потом и замотаем. – приговаривал помощник при этом. А мы во все глаза смотрели за происходящим, до тех пор, пока Гулла не цыкнула на нас.
– Чего уставились?! Ему и без того плохо.
Ну ладно я, а матушка-то чем заслужила такое отношение? Я открыла было рот, чтобы поставить мерзавку на место, да не успела.
– Не смей тяфкать на мать! – Тюггви прорычал сквозь сомкнутые зубы.
– Да я не на матушку, – кинув на ту затравленный взгляд, осеклась Гулла. И вот опять. Как ему удается одной фразой приструнить сестру?
– Вы голодны? Да что это я? Няня, накрывай на стол, а мне взвар принеси. – только сейчас вспомнила про саднящее горло.
Затем поймала взгляд матушки и показала глазами на лестницу. Она к тому времени пребывала в растерянном состоянии, переводя взгляд с меня, на Гуллу и Тюггви. Но страха или паники в ее взгляде не было.
Она, не выпуская руки Фреи, поднялась, и мы вместе направились в ее покои.
– Далия! Кто все эти люди? – оставшись наедине, родительница накинулась на меня с расспросами.
В ответ пожала плечами и рассказала ей свою версию происходящего. На нас напали, кто? По-прежнему остается неизвестным. На выручку примчался Тюггви Освободитель. Да тот самый. И я сломала ему руку. Остальное будет ясно, как только появятся бароны. Но уже сейчас можно с уверенностью утверждать, что опасность миновала.
– Значит этот гость не опасен для дочери? – с сомнением произнесла родительница.
– Нам его Всевышний послал. Вы видели, как быстро они нашли общий язык? – ответом мне был легкий кивок. – Боюсь надеяться, но кажется, только Тюггви и способен ее приструнить. Пусть поговорят наедине. А я здесь посижу.
Няня принесла нам взвар.
– Ну как там они? – на смену страху поднималось любопытство.
– Разговаривают. Но двери попросили закрыть и слов не разобрать. – с досадой в голосе ответила няня.
– Ну пусть так. Лишь бы толк был. – вздохнула в ответ.
– Ты бы переоделась. – это родительница. Я тут же опустила взгляд и буквально схватилась за голову.
Платье на груди разорвано, да так, что нижнее отлично видно. Правый рукав держится буквально на ниточке. И все платье в грязи и странных разводах. Это я в таком виде предстала перед незнакомцами? А кто, кстати на мне платье порвал? Или сама? В запале? Пока Гуллу догоняла? Ничего вспомнить не могу, только страх и ненависть к поганке.
Поднялась и пошла переодеваться. И тут меня накрыло. Я обхватив себя руками за плечи, тряслась и хватала ртом воздух. Тюггви спас нас дважды. Первый – когда отбил нападение не знаю кого, но не зря же во дворе лежали тела. И второй раз – когда достучался до Гуллы.
Как обернулась бы ситуация, не появись он с подкреплением, мне даже думать страшно. Но испугом мы бы точно не отделались.
Едва паника схлынула, я как будто лишилась сил. Сидела все в том же разорванном платье и смотрела в одну точку. Всем телом ощущала тяжесть. Но и эмоций никаких. Надо встать, привести себя в должный вид и идти к родительнице. Только вот я даже рукой пошевелить не в состоянии. А, ну его. Полежу немного. Я заслужила. И скинув обутки, забралась как была в платье, под шкуры. А едва почувствовала тепло, как меня склонило в сон. И я не стала сопротивляться. Закрыла глаза и уснула.
  
Глава 44
 
Сквозь сон слышала, как пару раз дверь в мою комнату открывалась и закрывалась. Чьи-то едва различимые голоса в коридоре. А когда проснулась, то все тело болело, будто во сне по нему катком прошлись. Сколько я проспала? Что за это время случилось? И через силу, опираясь ладонями, села на кровати, свесив ноги вниз. Неторпясь, сейчас то уже зачем? Переодела платье на чистое и направилась в покои родительницы. Никого там не найдя спустилась вниз. И да, почти все собрались там.