Магическая соцсеть ver 2.0 (СИ)

— Отлично, — выдохнул я себе под нос. — Посмотрим, удастся ли перепрошить несколько функций.
Я сел за стол, включил ноутбук с локальным куском приложения. Конечно, могла бы помочь мне клавиатура, но цель была в том, чтобы напрямую, через призму, исправлять параметры и структуру.
Я закрыл глаза, фокусируясь на тех самых строчках кода, которые отвечали за оформление веб-интерфейса. Раньше при таком погружении я чувствовал головокружение и боль, но сейчас получилось почти в удовольствие. Без резких ударов, без сопротивления.
  
Призма засветилась аккуратным голубоватым сиянием, а у меня внутри всё обрело ровное спокойствие. Я ощутил, как линии кода словно становятся прозрачными, текучими, готовыми к изменениям. Я аккуратно переставил несколько блоков — представил их в уме, будто двигал объект на экране. И вот когда открыл глаза, ноутбук сообщил, что пользовательский интерфейс переформатирован. Ни резких помех, ни ошибок. И голова не болела.
— Отлично, — улыбнулся я. — Кажется, теперь я могу действительно не только защищаться, но и атаковать, если потребуется.
Слово «атаковать» прозвучало громко внутри, как нечто опасное. Но я понимал: во враждебном магтех-мире умение вторгаться в код может оказаться моим главным козырем. Ведь АрхМагнетикс не будет с нами церемониться, начнет выдавливать нас со всех сторон рано или поздно.
Я аккуратно вернул призму в шкатулку и прошёл на кухню. Светлый экран на стене вопросительно высветил опции: «Включить кофемашину?» — я кивнул.
Задумался, какого я добился прогресса: ещё недавно любое попытка вмешаться в код оканчивалась у меня кровью из носа, а теперь — почти медитативное ощущение кайфа. Всё действительно идёт к тому, что я смогу напрямую ломать любые заклинания и алгоритмы.
Пока кофемашина урчала, я быстро проверил телефон: водитель прислал сообщение, что машина ждёт у подъезда. Я прикинул время — да, пора нам с Диной выехать на встречу с одним влиятельным человеком из императорского круга.
Дина обещала, что её дальние родственные связи помогут хотя бы наладить первое общение. В императорской среде всегда царила своя иерархия и тонкие интриги, и мы надеялись, что тот знакомый выведет нас на более серьёзный уровень разговора.
Я сделал глоток кофе, накинул пиджак. Перед зеркалом бросил взгляд: выглядел слегка уставшим, но всё же собранным. Не время расслабляться. Вызвал лифт — в зеркальных стенах кабины попытался улыбнуться самому себе.
И тут вспомнил слова профессора Ракитина, с которым мы еще несколько раз встречались за это время: «Входя в резонанс с кодом, вы меняете не только его, но и себя». Конечно, меня это напрягало, но я уже чувствовал, что обратного пути нет.
Очутившись внизу, к моему удивлению, внутри я заметил Дину, уже усевшуюся на заднее сиденье. Она выглядела деловой, волосы уложены, при этом лицо вполне спокойное.
— Привет, — сказал я, когда открыл дверь и скользнул рядом с ней. — Решила без предупреждения заехать?
Она пожала плечами, улыбнувшись краем рта:
— Твой водитель сам предложил подвезти. Я сказала «не откажусь». Надеюсь, ты не против?
— Да нет, не против, — ответил я, давая знак водителю трогаться.
Машина плавно выехала со двора и влилась в поток городского шоссе. Я откинулся в кресле, ощущая приятную прохладу кондиционера. Дина, казалось, хотела что-то сказать, но помедлила, переводя взгляд из окна на меня.
— Хотела сама с тобой поехать, — произнесла она, когда уже миновали несколько перекрёстков. — Мне интересно, в кого ты превращаешься.
Я приподнял бровь:
— В кого? Думаешь, я меняюсь?
— Ох, ещё бы не заметить, — Дина усмехнулась. — Раньше ты был просто «безумный инноватор», а сейчас у тебя в глазах что-то, будто ты могущественный маг. Или, как минимум, человек, поверивший, что ему всё по силам.
Я не удержался от усмешки:
— Может, мне и правда всё по силам, кто знает. Ты сама-то, кстати, очень изменилась за эти дни. Аурея растёт, правда?
Она скрестила руки на груди:
— Аурея взлетает, если точнее. Мы вышли на 200 тысяч регистраций в неделю, это с учётом большой рекламы. Сама не ожидала такого масштаба. Когда много молодых магов выбирают весёлый геймифицированный подход, получается вирусный эффект.
— Внушительно, — признал я, вспомнив, как недавно Аурея была вторичным проектом, а теперь… реально конкурирует. — Не боишься, что твой проект начнёт развиваться слишком быстро и ты не успеешь контролировать?
Дина покачала головой, скользнув взглядом по окну, где мелькали высотки:
— Если бы я была прежней, уже бы испугалась и всё испортила. Но теперь, наверное, нет. Знаешь, если бы не ты, я бы не поверила, что мы можем тягаться с крупными ребятами. Впрочем, я до сих пор не понимаю, зачем ты тогда поддержал меня.
Я колебался с ответом. На самом деле, когда Дина пришла с идеей, ей нужна была помощь, а я видел потенциал. И, возможно, ещё нечто личное сыграло — она умела заряжать харизмой.
— Ну, — сказал я спустя пару секунд, — ты была слишком талантлива, чтобы я просто оставил тебя за бортом. И, может, я чую, что люди вроде нас должны держаться вместе — тех, кто решается на безумные проекты.
Дина в ответ ничего не сказала, лишь повернулась ко мне, протянув руку осторожно, почти беззвучно, и коснулась моих пальцев. Она смотрела в окно, делая вид, что не придаёт этому жесту значения. Но я ощутил, как её ладонь чуть дрожала.
Аккуратно и без лишних слов я сжал её пальцы. И сам почувствовал тёплую волну: не романтического «но мы же коллеги!» — скорее что-то глубже, связанное с доверием и пониманием того, что мы оказались в одной лодке.
Мы сидели так несколько мгновений, словно приклеенные, водителю наверняка ничего не было видно, он вёл машину по трассе, обруливая пробки. Я улыбнулся краешком губ, и Дина это как будто уловила, потому что ответила незаметным наклоном головы, но не убрала руку.
Меня вдруг осенило, что она куда более уверенно ведёт свою компанию, когда чувствует, что есть надёжная опора — в моём лице. А я, в свою очередь, считал, что Аурея ещё пригодится всему нашему делу.
— Знаешь, — сказал я негромко, не отводя взгляда от её профиля, — всё это время мы не имели возможности поговорить о личном. Но сейчас, когда мы едем к очередному влиятельному человечку из императорского окружения, у нас есть пара минут…
— Давай без поцелуев, — усмехнулась она, чуть вынув руку. — Шучу, конечно. Мне просто нужно понять, что ты собираешься говорить на встрече. Граф Осташевский — не из простых.
— Я не собираюсь распинаться, — ответил я, выдыхая. — Мы, скорее, послать чёткий сигнал: у нас есть технологическая революция, и мы не хотим, чтобы её заглушили АрхМагнетиксом.
Дина кивнула:
— Если кто и может вывести на трон, так это Осташевский. Даже люди в кулуарах говорят, что он серый кардинал при дворе. Но и опасен он, говорят, многим свернул шею.
— Да уж, — признал я. — Но выбора нет, нужно идти ва-банк. Нас давят, надо искать поддержку наверху.
Машина тем временем вышла на боковую аллею, где движение было свободнее. Я взглянул на часы: мы вот-вот приедем к загородному дому, где, по информации Дины, сегодня располагалась временная приёмная графа Осташевского. Водитель подтвердил, что осталось буквально 10 минут.
Несколько минут мы молчали, каждый занятый мыслями о том, что нас ждёт. Пыльные магистрали сменились зелёными пейзажами, за окном замаячили высокие сосны и аккуратно подстриженные кусты.
Выглядело солидно: именно в таких местах обитали знатные персоны, которые официально возглавляли «комитеты по цифровой политике», а неофициально контролировали половину имперской магтех-сферы.
  
Когда машина подъехала к кованым воротам, нас встретил бдительный охранник в строгой униформе. Он лишь мельком заглянул внутрь, посмотрел на номера, сверился со списками и пропустил нас без вопросов.
Сразу за воротами раскинулся обширный парк, дорожки из гравия, посреди которых красовался особняк, выглядевший элегантно и довольно скромно, без вычурных башен. Но я чуял, что внутри, под прикрытием лаконичного стиля, обитает роскошь и власть.