Блестящая роль злодейки (СИ)

— Разве государственный переворот не делает шута узурпатором? – с иронией в голосе спросил Гидеон, имея при этом крайне заинтересованный вид.
Я невозмутимо усмехнулась:
— После его смерти Поль Седарский писал в своих мемуарах: «Месье Леви видел всех насквозь в этом прогнившем дворце. Множество раз в детстве он спасал мне жизнь от бесчинств придворных. Помню, как он обрядил меня в женские одежды, превращая в игру то, что оказалось спасением. Когда я вырос, он стал мне другом и наставником. Он признавался, что его тошнит от политиков, но продолжал опекать меня, пока я не стал достаточно сильным». Шарля Леви можно называть узурпатором, потому как личность его загадочна. Но, при всём этом – он остаётся великим человеком, - когда я закончила, воцарилась тишина.
Серые глаза Гидеона блеснули, после чего он неожиданно улыбнулся. Я даже немного оторопела, потому как улыбка принца в этот раз не была наигранной.
— Приятно знать, что кому-то ещё так интересна история «золотого шута», - хмыкнул Трей Дебуа.
После моего выступления никто более не задавал вопросы и настала очередь Мирты Вайне. Итак, посмотрим, с чего она так радовалась.
— Сегодня мне выпала честь представить вам Святую Терезию Арно! – с таким восторгом выпалила Мирта, что настала моя очередь нервно закашляться чаем.
— Терезия родилась в семье простых людей и с малых лет видела нищету, голод и притеснения! Когда в ней проснулся дар предсказаний и ею заинтересовались сильные мира сего, Терезия дала слово нести добро народу. Она поддерживала благосостояние страны, её прославляли как святую и до самой смерти Арно пыталась нести мир и любовь всем живущим! Я восхищаюсь ею и считаю великой, - с этими словами Мирта закончила.
Повисло гнетущее молчание. Неловкость в тот момент ощущали все, как герцогиня-распорядительница, так и участницы. Наконец, Хильда Дебуа мягко уточнила:
— Леди Вайне, эта информация… Была подчерпнута вами из книги, написанной просветителями Терезии Арно?
— Конечно! – воскликнула Вайне. - Я восхищалась ею всегда и хотела быть похожей на неё.
Неловкости стало ещё больше. Молчание решила нарушить я:
— Леди Вайне, - ради такого случая постаралась говорить помягче, - уже с десяток лет назад очевидцы разоблачили секту, которую основала Терезия Арно. Было выяснено, что именно эта секта повинна в экспериментах над людьми, которых они до этого так щедро кормили.
Милое личико Мирты покраснело от гнева и она выпалила:
— Это ложь! Терезия – святая!
— Её святость также была разоблачена как грамотное шарлатанство, помогающее манипулировать верующими людьми, - жёстко сказала я.
— Ты… Ты врёшь!  По крайней мере, Терезия намного лучше какого-то шута.
Теперь помрачнел даже Гидеон, до этого с изумлением взиравший на свою пассию.
Я иронично вскинула бровь:
— Это вы о Шарле Леви? Несколько странно сравнивать государственного деятеля и мнимую святую. Но, если уж на то пошло – золотого шута святым никто не считает. В том числе и я.
Нашу перепалку прервала Хильда Дебуа, хлопком по столу:
— Хватит, леди. На этом окончим дебаты.
Непостижимо… Я знала, что Мирта наивна, но наивность не должна равняться такой глупости. Как можно безоговорочно доверять всего одному источнику информации?
Да и её поведение было, откровенно говоря… Ужасным. Смысл дебатов в том, чтобы дискутировать и доказывать свою точку зрения, даже если ты не считаешь её верной.
Но она перешла на фамильярности, да и выкрикивала всё это как базарная девка.
Глаза Мирты наполнились слезами и она требовательно посмотрела на принца. Вот только Гидеон на неё не смотрел, сохраняя выражение неодобрения на лице.
Неужели он тоже «прозрел»? Всякое может быть, но весьма печально, когда потенциальная невеста аристократка настолько недальновидна и глупа.
Позволят ли ему жениться на ней? Или, вернее сказать… Захочет ли этого сам Гидеон?
Я не имела представления об этом.
*  *  *
Трей громко хохотал, не взирая на подчёркнуто мрачные взгляды друга.
 
— Святая Терезия! Аха-ах-ах… Нет, правда, графиня считает идеалом эту сектантку? Деон, ты знал? Это же кошмар!
Дебуа продолжал веселиться, изредка поглядывая на Гидеона, который лишь отрицательно качнул головой и негромко произнёс:
— Не знал.
В его словах было несколько больше горечи, чем планировалось изначально. Трей немедленно заткнулся и, не выдерживая устоявшейся тишины, пробормотал:
— Эм, ты… Да ладно, это ведь не настолько серьёзно. Конечно, она выставила себя в дурном свете, но…
— Проблема не в этом, Трей. Проблема в том, что я не знал.
Трей Дебуа запнулся и покосился на друга изумлённо. Впервые, кажется, третий принц не был доволен графиней Вайне. Это внушало радость племяннику герцогини, но и вызывало логичные опасения: уж не слишком ли близко к сердцу всё принял Гидеон?
Деон, тем временем, подошёл к окну, сцепив руки сзади в замок и продолжил:
— Мы редко с ней виделись. Не пристало джентльмену часто посещать незамужнюю даму, это вызвало бы ненужные сплетни. Впрочем, слухи всё равно появились.
Трей дипломатично промолчал, хотя ему хотелось вставить, что слухи эти появились благодаря самой Вайне, которая то хотела прокатиться в императорской карете, то «случайно» рассказала своим подружкам о встречах с принцем.
Гидеон никогда на неё не злился, но вот Трей воспринимал всё перечисленное крайне враждебно.
— … Но, по сути, я её не знаю. На сегодняшних дебатах я впервые засомневался в своём выборе. Жениться на девушке – значит вступить в отношения, длинною в жизнь. Я не хочу ошибиться, чтобы терзать затем и себя, и её.
— Ты слишком благородный, - буркнул Трей.
«Только слепой не заметил бы то, как она изящно пользуется тобой частенько» - сварливо добавил Дебуа, но уже мысленно. Вслух же он решил сказать другое.
— Ну, в любом случае – поразмысли хорошенько, друг. Для этого отбор и нужен, верно? Кстати, кого мы выгнали по ходу дебатов?
Деон отвлёкся от мыслей и заметил:
— Честно говоря, не запомнил её имени.
— Да? Я тоже. Однако же, разве она не была подружкой Мирты Вайне?
Гидеон нахмурился и проговорил:
— К чему ты клонишь? Правила отбора непреложны и отмене не подлежат.
— Именно это я и хотел услышать! – Трей радостно хлопнул Деона по плечу. - М, как там со следующим испытанием?
Племянник герцогини лукаво прищурился, а сам Гидеон закатил глаза:
— Пока ещё не всё готово, но, чёрт… Я всё ещё считаю это слишком жестоким испытанием. Что, если девушки его не пройдут?
— Брось, - Трей беспечно махнул рукой, - помнишь, что сказала тётя? «Это наши традиции, нельзя их нарушать».
— А ты и рад её послушать, - досадливо цокнул языком Гидеон.
— Почему бы и нет? В этот раз должно быть весело.
— Традиции… - хмыкнул принц. - Столетней давности. Я слышал, бывало, что некоторые девушки выбывали из отборов от истерики.
— Да ладно тебе, мы же за всем следим. И, в конце концов, разве ты можешь представить истерящей Эвелин Бьякко?
Гидеон чуть поморщился и закатил глаза:
— Неудачный пример, Трей.
— Девушки вне опасности, а это главное. Если что случится – мы тут как тут, рыцари на белом коне, - хихикнул Дебуа, лениво потягиваясь за дорогим вином.
Деон неожиданно усмехнулся:
— О, нет, друг – сегодня ты не пьёшь в моих покоях. Мне нужно разобраться с делами.
— Опя-ять?! – практически заныл Трей на высокой ноте. - Это уже чересчур! Ты вообще не расслабляешься.
— Мы пили только вчера, - отрезал принц и указал другу на дверь.
 
— И вот так всегда… Нет, не провожай меня, я сам уйду. И я разочарован! – пропел Трей, утаскивая бутылку с собой без зазрения совести.
Гидеон тихо рассмеялся, рукой зачёсывая назад алые кудри. Его взгляд упал на портрет мужчины, чья наглая усмешка вызывала желание у принца перечеркнуть его лицо кинжалом. Но, вместо этого, Деон вызвал слугу и не глядя приказал сжечь присланный портрет.