Малахольный экстрасенс. Дилогия (СИ)

* * *
К телефону в ординаторской меня позвали в разгар дня.
— Слушаю, — сказал я, сняв трубку.
— Здравствуйте, Михаил Иванович! — голос в наушнике был с характерным акцентом. — Меня зовут Яков. Приехал в Минск по поручению знакомого вам Лившица. Он просил кое-что передать.
На мгновение я задумался. На днях у меня состоялся разговор с Николаем Сергеевичем из КГБ. В этот раз он не стал вызывать меня в контору, сам приехал в клинику. Попросил провести по палатам, показать, как работаю с детьми, после чего вывел во двор и сообщил, кто на деле отец Арика.
— Вот же блядство! — выругался я. — Везет мне на шпионов!
— Представители специальных служб хорошо информированы, — улыбнулся он. — От чего лечили сына Лившица?
— Извините, но врачебная тайна, — съехал я.
— Что ж… — не стал настаивать он. — Информирую, что там, — он указал пальцем в небо, — принято решение присмотреть за вами. Но не в том смысле, о каком подумали. Уберечь от нежелательных контактов с иностранцами. Нам не нравится их интерес к вам. Кроме Лившица никто не обращался?
Он пытливо глянул на меня.
— Был звонок из США, — кивнул я. — Там какой-то миллиардер подыхает. Рак. Предлагали миллион долларов, если приеду и исцелю.
— Ну, а вы? — подобрался он.
— Послал нахер. Что я им — бог? Если предлагают миллион, то пациент скорее мертв, чем жив. Во-вторых, у меня дети. Вот счас брошу их и полечу в Америку!
— Благодарю! — он протянул мне руку и крепко пожал. — Вы настоящий патриот, Михаил Иванович. Сообщите, если позвонят снова.
И вот на тебе…
— Откуда звоните? — спросил я невидимого собеседника. — Из гостиничного номера?
— Из телефона-автомата, — сообщил он. — Вышел погулять, увидел будку и зашел.
Опытный…
— Значит, так, Яков, — сказал я. — Приезжайте в клинику к восемнадцати. Соберите небольшую передачку, будто прибыли навестить больного. Здесь вас встретят и проводят.
— Понял, — ответил он и отключился.
Почему я пошел на контакт? Ну, так любопытно же! Без десяти шесть я встал у окна клиники над центральным входом и принялся наблюдать. Где-то через пять минут напротив остановилась «Волга» с шашечками на борту, из нее выбрался коренастый мужчина в шляпе и пальто. В руке он держал авоську с мандаринами. Не оглядываясь, направился к входу. Тем временем рядом с не успевшей отъехать «волгой» притормозили белые «жигули». Из машины выскочили парни в темных куртках и подошли к такси. Один достал из внутреннего кармана красную книжечку и показал водителю. Ага, наружка, сейчас будут потрошить таксиста. Пасут Якова. Ну, так и Лившица пасли, видел. Хорошо, что не полезли в клинику.
Я спустился в холл. Гость был там и сейчас стоял, посматривая по сторонам. В глаза не бросается. В холле многолюдно — самое время посещения больных, вокруг шум и гам. Изображая целеустремленность, я обошел Якова по дуге, затем приблизился сзади, произнес вполголоса: «Идите за мной!» и направился к лестнице. Он послушно устремился следом. По лестнице поднимались и другие посетители, так что в глаза мы не бросались. Я отвел его в пустую палату и указал на койку:
— Присаживайтесь! Извините за спартанские условия, но здесь, по крайней мере, не подслушают.
Он кивнул, положил авоську на койку. После чего снял шляпу, расстегнул пальто и сел. Я взял стул и устроился напротив. При телефонном разговоре голос собеседника показался мне знакомым. Теперь же я узнал гостя. Передо мной сидела будущая звезда русскоязычного Ютуба, знаменитый эксперт в области политики и военного дела, желанный гость российских телевизионных каналов. Более молодой, конечно, но вполне узнаваемый. Надо же! Какие люди!
— Разрешите представлюсь… — начал он.
— Не нужно, — перебил я. — Яков Казаков, руководитель отдела специальной службы «Натив», член израильской делегации, работающей в Москве. Занимаетесь репатриацией евреев в «Землю обетованную». Хорошо работаете, к слову. В этом году число мигрантов в Израиль побьет все рекорды.
— Вам рассказали обо мне? — поднял он бровь. — Кто?
 
— Никто, — усмехнулся я. Вот люблю похулиганить! — Я немножко прорицатель. Вам не говорили?
— Я не верю в прорицателей, — покрутил он головой. — Как и в бога.
— Тогда почему здесь? — улыбнулся я.
— Меня просили передать вам…
Он вытащил из кармана и положил на тумбочку плотный сверток в оберточной бумаге.
— Что это?
— Деньги. Тридцать тысяч долларов.
— Лившиц расплатился со мной.
— Это от израильского правительства.
— За что?
— Информация, сообщенная вами, подтвердилась. Найдена мастерская, где изготавливали бомбы для смертников. Эти… «пояса шахидов». Все, как вы сказали: взрывчатка и гайки для усиления поражающего эффекта. По ним, собственно, и нашли. Когда безработный араб покупает в магазине ящик гаек одинакового диаметра… Вы спасли десятки, если не сотни жизней наших граждан. Это в благодарность, — он придвинул мне пакет.
— Не возьму.
— Почему? — удивился он.
— Одно дело взять плату за исцеление, другое — от спецслужбы иностранного государства. Так что заберите. Кстати, Яков. Почему прислали вас? Это ведь компетенция Моссада [74]?
— У Моссада нет агентов в СССР, — вздохнул он. — Да и не было. Это направление его не интересовало [75]. Попросили меня.
— Тем более, что вы плотно взаимодействуете, — кивнул я.
— У меня такое впечатление, что разговариваю с коллегой, — буркнул он. — Кто вы, Михаил?
— Целитель, — улыбнулся я. — И немножко прорицатель. Правда, в последнее вы не верите.
А еще ТАМ я прочел твою книгу. Любопытные мемуары: откровенные, с резкими оценками. Ну, так характер у человека: говорит без обиняков, чем и симпатичен. А еще славен точными прогнозами. В августе 2020 года абсолютно верно предсказал, чем кончится заваруха в Беларуси, и последующую реакцию Запада.
Яков взял пакет и спрятал его в карман.
— Меня просили кое-что у вас спросить. Жаль, что отказываетесь сотрудничать, — сказал, вздохнув.
— Почему? — улыбнулся я. — Спрашивайте.
— Вы серьезно? — удивился он.
— Более чем. Объясню мотив. Я ненавижу терроризм в любом его проявлении. И неважно, под какими знаменами он выступает. Этих гнид нужно давить безжалостно, желательно — в зародыше. Здесь вы можете рассчитывать на мою помощь. И второе: Израиль не враждебное СССР государство. Да, сейчас, пользуясь моментом, вы вывозите наших граждан, что плохо для страны. Но, с другой стороны, коммунисты сами в этом виноваты. Не следовало устраивать антисемитские истерики, обижая людей. Во время учебы в Москве мне рассказали историю. Молодой еврей захотел стать моряком-подводником. Подал документы в училище. Их не приняли с мотивацией — не та национальность. А его отец, между прочим, фронтовик, член партии. Воевал, награжден орденами и медалями. Он возмутился и пошел по инстанциям. Ничего не добился. Сдал партийный билет и с семьей перебрался в Израиль. Ну, и кто в этом виноват? Нынешнее руководство СССР деградировало окончательно, вследствие чего главой государства стало такое ничтожество, как Горбачев. Он приведет страну к краху.
— Вы не боитесь это говорить? — поднял он бровь.
— Вот еще! — хмыкнул я. — Было бы кого.
— Вы странный, — сказал он. — Не похожи на советского человека. Есть в вас какая-то внутренняя свобода.
— Уж какой есть, — увильнул от темы. — Что вам поручили спросить?
— Все, что знаете о террористах.
— Ну, подробностей, вроде «поясов шахидов», более не сообщу — не прозревается. Но могу рассказать, что ждет Израиль в ближайшие годы.
 
— Говорите! — подобрался он.
— Сейчас в руководстве вашей страны обсуждается идея создания Палестинской автономии. Тем более, что ООП [76] и ее руководитель Ясир Арафат отказались от лозунга уничтожения Израиля. Многим это кажется привлекательным. Почему бы двум народам не жить мирно по соседству? Говорю сразу: ничего путного не выйдет.