Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

Беда не приходит одна, и примерно в это же время состояние Муцуо начало ухудшаться, и часто бывали дни, когда ему было настолько плохо, что он мог только спать весь день, уединившись в доме. У него поднималась температура, он чувствовал слабость и постоянные позывы к кашлю. Однажды, сильно закашлявшись, Муцуо увидел на своей ладони красное пятно.
Это был ужасный шок. Он поднес к нему нос и почувствовал неприятный запах. Кровь, он харкал кровью. Решив, что все кончено, Муцуо лишился сил и потерял сознание.
  
Когда он ходил к врачам, ему каждый раз говорили одно и то же:
– Я дам вам лекарство, принимайте его и отдыхайте. Когда лекарство кончится, приходите снова.
Короче говоря, Муцуо сам поставил диагноз, что его состояние становится все хуже и хуже и что врачи ничем не могут ему помочь.
Однако, как ни странно, на этом фоне сексуальное желание становилось все сильнее. В дни, когда он чувствовал себя получше, он выходил на прогулку по заснеженной дороге и начинал искать вокруг себя женщин. Мысль о том, что он вот-вот умрет, приводила Муцуо в крайнее отчаяние. Однажды он заметил в поле Садако Канаи. Поле было занесено снегом, и кроме Садако никого не было видно. Он свернул с дороги и пошел к ней.
– Тетя Канаи, ты такая бодрая, что ты тут делаешь? – обратился к ней Муцуо.
– А, Муцуо! Собираю хворост. Чего тебе?
– Тетя, дай мне быстренько, а? – прямо сказал Муцуо и указал на переднюю часть своих штанов. Она оттопырилась.
– Дурак, что ли? Холодно ведь, – сказала Садако, повернулась к нему спиной и пошла в сторону, ступая по снегу. Муцуо побежал вслед по смерзшемуся снегу и встал перед ней.
– Пожалуйста, тетя, – Муцуо склонил голову.
– Я людей позову, Муцуо, ты сошел с ума или хочешь, чтобы тебя доставили в полицию? Канэ и Кимиэ ты то же самое говорил?
– Что? Канэ и Кимиэ про меня всем рассказали?
– В последнее время Канэ всем об этом говорит. Так что слухи распространяются. А ты, Муцуо, держи себя в руках. Будь осторожнее. Я слышала, ты позвал Канэ домой помочь подвинуть комод и стал к ней приставать, а она отказалась.
– Что? Канэ правда говорит, что отказалась? – удивленно сказал Муцуо.
– Говорит, что ты схватил ее и со слезами просил дать.
– И что, говорит, что ни разу со мной не была?
– Само собой! И Канэ, и Кимиэ говорят, что ты их много раз просил, а они не позволили.
– Вранье! Сколько раз давали!
– Много раз? Обе?
– Точно тебе говорю.
– Муцуо, ты просто негодяй.
Однажды ночью, через несколько дней после этого разговора, Муцуо, который накануне весь день то засыпал, то снова вставал, проснулся, не чувствуя усталости, и, не в состоянии избавиться от низменного сексуального желания, сел на постели.
Все последние ночи его охватывало такое чувство отчаяние и гнева, что он совершенно не мог уснуть. Оказывается, все деревенские женщины день и ночь говорят о нем гадости. Они взяли у него так много денег и подарков, все ему позволили, а теперь ходят и рассказывают, что не дали Муцуо и пальцем их тронуть. Все женщины так резко изменили свое отношение потому, что он заболел? Невероятно!
Особенно возмутили его Кимиэ Сэра и Томи Инубо. Чтобы наладить отношения, ему пришлось отдать этим двоим много денег и подарков. И вот теперь они во всеуслышание заявляют, что никогда ничего не брали у Муцуо и никогда с ним не спали. Ладно, это можно простить. А вот чего им простить нельзя, так это то, что они продолжают поддерживать отношения с Китидзо Инубо, даже несмотря на то, что терпеть его не могут. А сам он делает вид, будто он единственный и неотразимый сексуальный гигант.
«Почему я один должен от всего этого страдать? Меня со всех сторон обругали, а я ничего не могу с этим поделать и должен просто умереть, харкая кровью. Для чего я родился? Куда делась слава школьных лет, когда меня называли вундеркиндом? Бабушка ходила по деревне и говорила всем, что когда-нибудь ее внук станет великим человеком. Я никогда никем не стану, я просто провожу день за днем, лежа в деревенской хижине, мучаясь от кашля. Что же произошло? Куда делся этот гениальный вундеркинд?»
Внезапно он вспомнил, что сказал на днях Тацуо Оикава. Болезнь легких! Какая болезнь легких? С чего он это сказал? У нас с ним разные мозги. Полуидиот какой-то.
А тут еще Инэ. Это вообще непереносимо. Как можно спокойно реагировать, когда какой-то идиот говорит, что у твоего внука болезнь легких? И сказать внуку только «ах-ах, как обидно»!
– Черт возьми! – закричал он и бросился на подушку весь в слезах. Неужели он так вот умрет? Если да, то до этого он должен ночью забраться в соседний дом Канаи и переспать хотя бы один раз с Аяко, которой всегда восхищался.
Подумав об этом, он больше не мог оставаться на месте. В последнее время Аяко стала избегать его даже при случайных встречах на улице. Раньше она хотя бы здоровалась. «Она сильно меня не любит. Чтобы ей овладеть, остается только забраться ночью».
Он медленно откинул одеяло, с трудом встал на ноги и оделся, стараясь не шуметь. Было очень холодно. Он накинул плащ. Муцуо иногда дремал в своей комнате на чердаке, но никогда не ночевал. Он всегда спал, расстелив футон в одной комнате с Инэ. Поэтому всякий раз, выходя на ночные визиты, он старался двигаться очень осторожно, чтобы не разбудить бабушку.
Он тихо поднялся по лестнице на чердак, взял охотничье ружье, прислоненное к балке, перекинул его через плечо и снова спустился вниз. Осторожно, чтобы не разбудить Инэ, вышел через черный ход. Медленно обошел фасад родного дома.
В семье Канаи отца не было. В Каисигэ не считали нужным запирать входные двери, поэтому забраться туда ночью и совершить преступление было нетрудно. Таким образом Муцуо взял Кику, 22-летнюю четвертую дочь Масао Инубо, соседку Митиё Танно, 21 года, и ее мать Токи Танно, 47 лет. Но везение его продолжалось недолго. Теперь все изнасилованные женщины категорически отрицали свои отношения с Муцуо и называли его ни на что не годным туберкулезным больным.
Здесь можно немного добавить о членах семьи Танно. У Токи Танно кроме дочери Митиё был еще сын 28 лет по имени Юити. В январе 1938 года он женился на Кику Инубо. Однако Юити стало известно, что у Кику были отношения с Муцуо, ему это не понравилось, и он развелся с ней в марте, через два месяца после свадьбы. Поэтому и Кику, и Юити ненавидели Муцуо, но и Муцуо затаил обиду на этих двоих, особенно на Кику, поскольку она постоянно говорила в его адрес малоприятные вещи.
Но сейчас его целью была семья Канаи. Воздух был настолько холодным, что даже от небольшого ветра у него болели щеки. Дорога была засыпана снегом и обледенела. Дыхание было белым, как дым. На небе висела полная луна. Освещенный ею снег ярко блестел. Муцуо спустился по каменной лестнице, прилегавшей к подпорной стенке.
Дом Канаи стоял к северу от дома Тои. Муцуо прошел по тропе под каменной стеной и осторожно двинулся к северной стороне дома. В окне рядом с черным ходом дома Канаи все еще горел свет. Наручные часы показывали девять. Он вошел через переднюю дверь. В деревне Каисигэ не было обычая запирать двери, если только не происходило что-то чрезвычайное. На входной двери не было ни замка, ни даже засова. До тех пор в деревне ничего не происходило, да и во всех частных домах в Японии в период Эдо было так заведено. В Каисигэ этот старый обычай сохранился даже в 1930-е годы. Это было одной из причин, способствовавших укоренению в этих местах традиции ночных визитов.
Свет шел из кухни, а это означало, что ее мать, Садако, вероятно, еще не ложилась и мыла посуду. Аяко, наверное, уже спала в своей комнате. Муцуо однажды изнасиловал Садако в этом доме, поэтому знал его планировку. С ружьем на плече он открыл входную дверь и на цыпочках прокрался через прихожую к другой комнате, не той, где, как говорила ему Садако, спала она сама.
  
Во мраке комнаты он увидел постель. Стройное женское тело лежало под одеялом. Муцуо осторожно положил ружье на татами рядом с собой, чтобы в любой момент можно было пригрозить женщине, подкрался к постели и медленно отодвинул одеяло.