Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

– По моему предположению, после убийства госпожи Кураты преступник, должно быть, быстро переместился в комнату бабушки Кику и стал ждать. Находясь там, он ждал удара колокола, отсчитывая в уме оставшееся до него время. На его удачу, бабушка вернулась в комнату перед шестым ударом. Одновременно с ним преступник выстрелил из ружья и убил ее.
– Понятно. А потом убежал – скажем, через окно.
  
– По крайней мере, это вполне можно предположить. Под окном этой комнаты каменная стена. Довольно высокая, около пяти метров от окна до земли. Однако земля внизу мягкая, поэтому это все же не та высота, с которой нельзя было бы спрыгнуть. Если повиснуть на руках на подоконнике, за счет роста высота прыжка сократится до трех с небольшим метров. Тогда достаточно просто отпустить руки, и все будет в порядке. Можно приземлиться, не опасаясь травм. А потом можно убежать куда угодно, хотя бы в сторону храма Хосэндзи.
– Да, наверное, так и было.
– Только когда я сказал это полицейским, они ответили, что сегодня утром уже осмотрели место под окном «Сибуита-но-ма».
– И что же?
– Они говорят, что не нашли там никаких следов. Нет отпечатков от обуви, трава не помята. Судя по всему, в это место никто не заходил уже несколько месяцев.
– Вот как!
Я задумался. До чего же сложный случай!
– Кстати, они изучили половицы в ее комнате, стенной шкаф и даже потолок, пытаясь найти какую-нибудь лазейку.
– И какой результат?
– Ничего подобного не обнаружили.
– Ох ты!
Машина остановилась. Двигатель работал, но мы не продвигались. Колеса буксовали.
– Ну же, ну же, – подбадривал Масуо Футагояма.
Разумеется, никакого толку от этого не было.
– Так ничего не выйдет. Могу я попросить мужчин выйти и немного подтолкнуть машину? – сказал Фукуи, обернувшись к нам.
Мы все вышли из машины. Остались только Сатоми и Масуо Футагояма. Мы уперлись в заднюю часть машины и стали толкать изо всех сил. Из машины раздавались крики Футагоямы: «Подналяжем, подналяжем!»
– Извините, мой отец немного нервничает, – сказал его сын Кадзусигэ, упираясь в зад автобуса рядом со мной.
Наконец микроавтобус удалось вытолкать ценой моих штанов, которые были густо заляпаны грязью, летевшей из-под правого колеса. Мы вернулись в машину и снова двинулись в гору, но вскоре опять остановились. На этот раз колеса не застряли, но дорога стала настолько узкой, что мы решили дальше идти пешком.
  
8
 
Мы выстроились длинной цепочкой и пошли по горной тропе друг за другом. Дорога становилась все у́же и у́же, вся она заросла травой. Было ясно, что здесь мало кто ходит. Впереди шли, конечно, Сатоми и Масуо Футагояма. Однако, поскольку господин Футагояма не мог идти быстро из-за возраста, продвигались мы медленно. К тому же на каждой развилке наши провожатые начинали спорить, в каком направлении двигаться дальше, теряя время на обсуждение, что еще больше тормозило всю экспедицию.
И все же примерно через час в просветах между деревьями показалась гладь озера. Озеро Югэ у плотины Югэ. Хотелось спуститься к воде, но склон был крутым, и у кромки воды не было ничего похожего на песчаный пляж. Время поджимало, так что от этого желания пришлось отказаться.
Как только показалась вода, ветер сразу же стал прохладнее. Но мы продолжали идти, разгорячились, так что это было на удивление приятно. Дорога становилась все у́же и у́же, теперь проехать по ней можно было только на велосипеде. Все поросло очень высокой травой. Очевидно, что ни одна машина тут не проезжала. Местами цвели полевые цветы.
Мы шли, поглядывая на озеро, лежащее справа от нас. Расстраивало только, что облака над головой становились все гуще и гуще и, казалось, были готовы вот-вот пролиться дождем. Облака двигались быстро, ветер усиливался. Вокруг стало заметно темнее. Надо было торопиться. Зонтов мы не захватили. В таких ситуациях остается только молча мокнуть.
Хотя священник то и дело с ней спорил, память Сатоми оказалась точнее, и через тридцать минут ходьбы мы подошли к хижине семьи Томэганэ. Однако создалось впечатление, что ее уже много лет как забросили, стены просели, в окнах почти не осталось стекол, пол был завален камнями всех размеров, и для жилья она была давно непригодна. Однако соломенная крыша была все еще крепка, так что она вполне годилась на роль укрытия в случае дождя.
Мы слонялись вокруг, а сыщики, тщательно раздвигая траву, осматривали окрестности хижины. Это была ужасная лачуга, но вокруг нее приятно пахло зеленью.
– Там сзади место, где жгли уголь, – услышал я голос Сатоми. Детективы пошли в указанном ею направлении, раздвигая траву, чтобы не испачкать одежду. Однако, ничего не найдя, они вскоре вернулись.
Они очень терпеливо обследовали все вокруг в течение получаса. Ничего другого не оставалось за неимением иных версий. Тем временем небо потемнело, как поздним вечером. Поглядывая на него, детективы предложили идти обратно. Мы немного колебались, но так как не были до конца уверены, что пойдет дождь, то в конце концов согласились и пошли к автобусу. Поездка, как и ожидалось, не принесла плодов.
Я шел рядом с Сатоми, и мы немного поговорили.
– Хорошее место, озеро красивое, – сказал я.
– Правда, – сказала Сатоми.
– Зачем ты сюда приезжала? – спросил я.
– Ой, минутку, – сказала она, – кажется, дождь!
Сзади раздался голос Кадзусигэ Футагоямы. Прислушавшись, я различил доносившийся откуда-то шорох. Где-то рядом на этой горе уже начался дождь. Я побледнел. Надо было переждать его в хижине. Я не стал участвовать в обследовании вместе с детективами, чтобы не испачкать одежду, но промокнуть под дождем было не лучше.
Я было подумал вернуться к хижине, но понял, что мы прошли уже больше половины расстояния до автобуса. Бежать до него теперь было ближе. Как только я это сообразил, раздался голос Сатоми.
– Побежали! – воскликнула она.
Я сразу же согласился, и мы помчались по горной тропе. Вскоре до наших ушей донесся грохот, и прежде чем мы успели понять, что это было, наши тела внезапно оказались во власти сильного дождя. Местность быстро затуманилась, и кроме ближайших деревьев ничего не стало видно. Запах дождя, запах брызг грязи, летящих из-под ног. Мы в панике бежал к автобусу.
Внезапно я заметил, что мы бежим одни, кроме Сатоми рядом никого не было.
– Эй! – крикнул я громко.
Однако из-за шума дождя Сатоми меня не услышала.
Остальные исчезли. Куда? Может быть, они все где-то остановились, чтобы укрыться от дождя?
Я подумал, что так не пойдет. Нам следовало сделать то же самое. Какое упущение! Мы выглядели хуже, чем мокрые мыши. Джинсы прилипли к ногам и потяжелели, волосы промокли до корней, дождь лупил по всему лицу. Хочешь не хочешь, а нужно было найти место, где можно укрыться от дождя.
Я изо всех сил старался приглядеть что-то подходящее, терпя удары бивших прямо по векам капель, и случайно заметил каменный выступ выше по склону с правой стороны, куда дождь, казалось, не попадал. Рядом стояло большое дерево, тесно окруженное другими. Их листья накладывались друг на друга в несколько слоев и давали неплохое укрытие.
– Сатоми, давай туда! – крикнул я во весь голос. Если не кричать изо всех сил, то мало шансов быть услышанным. В лесу листьев, как звезд на небе, и бьющие по ним капли дождя создают шум, похожий на рев, от которого закладывает уши.
Лицо Сатоми тоже было совершенно мокрым от дождя. Волосы прилипли ко лбу, глаза с трудом смотрели сквозь струи. Кажется, она кивнула, поэтому я, не спрашивая больше, схватил ее за правую руку и потащил вверх по склону, не обращая внимания на мокрые заросли высокой травы.
  
Непрестанно поскальзываясь и хватаясь руками за траву, я все-таки сумел затащить Сатоми за руку в обнаруженное мной убежище.
– Ну вот! – воскликнул я с облегчением.
Это было совсем другое дело. Как нам повезло с этим местом! И как мне повезло его случайно найти!