Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

– Ладно, завтра я съезжу в Ниими и отправлю оттуда, – сказал я осторожно.
– Ну конечно, так было бы лучше, – ответил он с облегчением и положил письмо обратно на каменную стойку.
– Послушайте, господин Ёкокава, – сказал сзади Имада, – с тарифом можно и до завтра подождать. Вы спросите у сына, а потом скажете господину Инубо по телефону.
– Верно, это лучше всего, – сказал Мория.
  
Ёкокава глубоко задумался.
– Если мы так сделаем, вас это устроит? – спросил он, обращаясь ко мне.
– Да-да, конечно. Только отправьте именно экспресс-почтой, пожалуйста, чтобы дошло побыстрее, – сразу же ответил я.
Ну вот, письмо удалось пристроить, и я вздохнул с облегчением.
Потом отец начальника почты и фермер-сосед задали несколько вопросов о делах в «Рюгатэе», на которые Мория коротко ответил. Еще он попросил их дать ему знать, если они услышат что-нибудь о Фудзиваре, который до сих пор не вернулся. Ёкокава с другом выслушали это с задумчивыми лицами.
На этом мы покинули патриархальное почтовое отделение и пошли обратно в «Рюгатэй», плечо к плечу по ночной дороге через идиллическую сельскую местность. Ночью в таких местах царит особый запах. Когда машин становится меньше, земля наполняет воздух своим неповторимым ароматом. И это так приятно.
Выйдя из почтового отделения, Мория замолчал, возможно, немного устав от разговоров. Я спросил его о Муцуо. Для начала я рассказал Мории то немногое, что знал о нем сам; это его подбодрило, и он включился в беседу.
– Да, все это случилось на самом деле. Это правда настоящий человек-демон. Он был жесток, нападал на женщин одну за другой и никогда не испытывал никакого раскаяния. Затем, одним весенним вечером, он совсем сошел с ума. Когда сакура была в полном цвету, он ходил посреди ночи по деревне Каисигэ и убивал людей одного за другим, громко крича. За одну ночь он убил тридцать человек, должно быть, в него вселился демон или монстр. Говорят, ничего подобного не было во всем мире. Это рекорд по убийствам, достойный занесения в Книгу рекордов Гиннесса.
– Так это действительно произошло?
– Действительно. Даже в газетах писали.
– Говорят, что он был из богатой семьи старосты или кого-то в этом роде, поэтому устроил в своем доме специальную комнату, чтобы держать женщин взаперти.
– Да, наверное, так и было, – сказал Мория.
Потом он снова замолчал, и мы шли в тишине, пока он не сказал мне, что больше не может готовить еду. Невозможно готовить одному. Хотя у меня не было аппетита, он заметил, что уже приготовил ужин на сегодня и может подать его в любое время. Проблема в еде на завтра и потом.
Я вернулся в свою комнату и при тусклом свете силился превратить во вразумительный текст оставшуюся часть своих беглых записок. Потом, решив, что это может подождать до завтрашнего утра, закрыл тетрадь и стал размышлять о произошедшем. Я думал попробовать хоть как-то применить что-нибудь вроде дедукции. Мои нервы были в напряжении, я чувствовал отчаяние. Надо было что-то делать. Хотелось, по крайней мере, сформировать хотя бы общее представление об этом происшествии. Я думал об этом потому, что меня постоянно тяготило осознание опасности и для моей собственной жизни.
И вдруг я услышал, как кто-то, торопясь, идет по коридору. Пока я думал, кто бы это мог быть, внезапно послышались шаги многих ног, бегущих в противоположном направлении. Сразу после этого остались шаги только одной пары ног, бегущей сначала вниз, а потом вверх по коридору. Было интересно, что там происходит. Но мне не пришла мысль, что это может быть связано с нынешним делом. Я не думал, что может быть еще одно убийство. Как бы то ни было, это уж слишком часто.
– Господин Исиока, – неожиданно для себя услышал я мужской голос, звавший меня по имени прямо под моей дверью.
Я вышел; это был Танака.
– Бабушка Кику убита. Ее тоже застрелили, – внезапно сказал он.
– Как же это!
Это был совершенно неожиданный поворот событий, и я ничего не мог более произнести. Очередное убийство лишило меня на какое-то время дара речи. Потом я подумал, что жертвами теперь становятся и члены семьи Инубо.
– Господин Исиока, вы не слышали выстрела после шести вечера? – спросил Танака.
– Нет.
Все время было очень тихо. За последние несколько часов самым громким был звук бегущих ног в коридоре.
– Вы были здесь все это время?
– Нет, я ходил с Морией на почту отправить письмо.
– Тому человеку?
– Имеете в виду Митараи?
– Да.
– Только что написал ему в Осло.
– Когда он его получит?
– Это займет дня три-четыре, я отправил экспресс-почтой.
– То, что происходит, уже ни в какие ворота не лезет. Если так будет продолжаться, полиция станет посмешищем.
– Я хотел вам кое-что рассказать.
– Не сейчас. У меня нет времени. Кроме того, не говорите, пожалуйста, моему боссу о письме, которое вы отправили. И попросите господина Морию тоже хранить молчание. Как долго вы отсутствовали?
– Наверное, около часа, с семи до восьми. Сначала мне нужно было сделать копии, а потом задержались дольше обычного на почте, потому что письмо за границу.
– Понятно. Я еще найду время.
С этим Танака исчез.
Снова приехала группа судебно-медицинских экспертов, и возле комнаты «Сибуита-но-ма» «Рютэйкана» поднялась суета. Итак, сегодня, 3 апреля, погибли два человека. Ненормально, что убийства происходили в таком темпе. В этой местности определенно затаился дьявол. И, к сожалению, появляется он не только ночами.
Пожалуй, лучше больше не оставаться в одиночестве. Как показало произошедшее с бабушкой Кику, убивают безо всякого смысла. То же самое, вероятно, можно сказать и про Эрико Курату. Не знаю почему, но преступник делает это безо всякой причины, просто потому, что ему нравится убивать. А поскольку преступления беспричинны, то не будет ничего удивительного, если и я в любой момент стану мишенью.
Ужин в тот вечер пришелся на время, когда его можно было назвать скорее полуночным перекусом. Разговоры за едой шли напряженные. Полицейских за столом не было, но присутствовавшие обсуждали, что делать в этой ситуации. Женщины поклялись ни в коем случае не ходить по одной. А мужчин попросили охранять женщин, но и самим воздерживаться от действий в одиночку. Другими словами, то, что я проделал прошлой ночью, делать не следовало. Икуко Инубо сидела с печальным выражением лица. Оно как бы говорило, что «Рюгатэю» пришел конец.
Возвращаясь к себе после ужина, я прошел мимо своей комнаты дальше по коридору и возле «Сибуита-но-ма» поймал Танаку. Я оттащил его в конец коридора и быстро зашептал на ухо:
– Позади «Рюдзукана» есть сарай с циркулярной пилой. Этой электрической циркулярной пилой не пользовались восемь лет, но, похоже, она до сих пор в рабочем состоянии. Думаю, вам стоит проверить, не использовалась ли она при сооружении плота и расчленении трупа. Только, пожалуйста, поторопитесь.
Танака, похоже, хотел что-то сказать, но его явно сдерживало присутствие неподалеку его начальства, так что я быстро его оставил и вернулся в свою комнату.
  
6
 
На следующий день, 4 апреля, я снова проснулся в 6 утра от звука колокола. Сегодня у меня больше не болела голова, поэтому я вышел в коридор и некоторое время смотрел, как Юкихидэ звонит. Мне пришло в голову посчитать сегодня количество ударов.
По словам Мории, Юкихидэ вызывает сильные подозрения. Но мы никак не можем его зацепить. Причина того проста – у него действительно надежное алиби на время каждого убийства.
К этому моменту погибло уже много человек. Кэйгёку Онодэра, Сатико Хисикава, Харуми Накамару, Эрико Курата. Размышляя об этом, я вдруг вздрогнул, хотя еще не до конца выстроил версию. После Сатико, Харуми и Эрико может статься, что следующей целью будет Сатоми? Причина предыдущих убийств неизвестна, но у жертв явно есть одно общее. Все это женщины молодые и довольно красивые. Ну, в случае с Онодэрой возраст не тот, но все другие соответствуют этому общему признаку. А Сатоми остается здесь единственной, кто удовлетворяет этим условиям. Это очень серьезно, и нужно во что бы то ни стало защитить Сатоми.