Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

Так значит, это священник с сыном. Редко когда встретишь хотя бы одного священника, а тут сразу двое – значит, вполне можно рассчитывать на великую благодать.
– Разрешите поинтересоваться, почему вы здесь вместе, вдвоем… – робко спросил я. Выражение лица женщины на мгновение чуть помрачнело.
– Видите ли, в моем доме происходило много всего разного, да вот и на этот раз тоже, так я подумала, что надо попросить сэнсэя изгнать нечистую силу…
  
Так ведь и у Кайо часто происходят подобные истории.
– Просто у меня одного недостаточно сил. Очень жаль, очень жаль, что причиняем вам столько беспокойства, – сказал отец-священник, кланяясь нам, и, возможно, пытаясь поклониться всем присутствовавшим, повернулся вполоборота. Я заметил, что волосы на макушке у отца поредели. Когда он сидел так, повернувшись, мне казалось, что он хочет показать всем свою лысеющую макушку.
Увидев, что делает отец, сын-священник тоже быстро склонил голову и сделал тот же полуоборот. Честно говоря, меня их поведение позабавило, и мне подумалось, что из этого священника с сыном вышел бы неплохой комический дуэт.
– Что касается Митико и остальных на той стороне… – сказала она и посмотрела на нас.
Я решил облегчить ее бремя.
– Да мы уже… – сказал я поспешно.
– Тогда…
Она, казалось, не знала, как поступить, поэтому я решил, что настала моя очередь представиться.
– Меня зовут Исиока, я из Иокогамы. По профессии я писатель. Приехал сюда без предупреждения и создаю вам проблемы, – сказал я, склонив голову.
– Меня зовут Кайо Ниномия. Я приехала из Токио. Экстрасенс сказал мне поехать сюда, поэтому я уговорила господина Исиоку поехать со мной.
При этих словах Кайо я тоже склонил голову. Почему-то мне показалось, что я нахожусь в таком же положении, что и священник. По этой причине я чувствовал близость к священнику и его сыну.
В этот момент в комнату вошли Мория и Фудзивара, каждый из которых нес большой поднос. На столиках перед нами стояли только моченый шпинат, корень лопуха и какие-то маринованные овощи, а основные блюда должны были еще принести. С ним-то и вошли повара.
– А Мория и Фудзивара…
– С ними уже… – снова быстро сказал я.
– Ну, тогда хочу представить всех наших.
Когда она это сказала, я заволновался. Я подумал, что она позовет и ту красивую девочку.
– Еще у нас в доме есть бабушка Мацу и бабушка Кику, но у Кику неважно со здоровьем, и она лежит в своей комнате. Поэтому я не могу представить ее прямо сейчас. И еще у нас есть дочь Сатоми, она сейчас в школе.
Я почувствовал некоторое разочарование. Я слышал это имя раньше, но когда его произнесла мать, оно прозвучало несколько по-другому. А в это время Мория и Фудзивара молча ставили перед гостями тарелки с жареной рыбой.
Затем вошли две девушки, которые несли подносы с супом. И опять я удивился красоте их лиц, хотя они были и не настолько хороши, как Сатоми. Не знаю почему, но все девушки в этой деревне были красавицами. Красивые лица и у пожилой хозяйки гостиницы Икуко Инубо, и у матери Юки, Митико. Я подумал, что у красоты местных женщин должно быть какое-то объяснение.
– Послушайте, Харуми, Эрико! Сначала поставьте подносы на татами – да, так, так, а то всё разольете. А теперь я познакомлю вас с этими девочками. Они живут в деревне, приходят сюда нам помогать. Это Харуми.
Харуми села на колени и вежливо поклонилась мне и полицейским.
– Это Эрико.
Эрико точно так же села на татами и поклонилась нам. Это была милая светлокожая девушка с румяными щеками. Они чем-то были очень похожи друг на друга.
– Они обе учатся у нашего Мории.
Я понял так, что эти девушки, видимо, приходят в «Рюгатэй» учиться готовить, чтобы стать хорошими невестами.
– А еще у нас есть сын Юкихидэ. Юкихидэ, Юкихидэ, где ты?
Ответа не последовало. Тогда она встала, коротко кивнула и исчезла за дверью. После недолгого ожидания женщина вернулась.
– Это Юкихидэ. Ну-ка, покажись!
Из-за ее спины выглянул крупный мужчина с бросившейся в глаза щетиной на лице, поклонился нам и сразу же исчез. Запомнилось выражение его лица. Темные глаза его сверкали, как у Сатоми, но он даже не попытался улыбнуться. С полными губами, растрепанный, довольно упитанный. Все присутствующие здесь улыбались, даже детективы держались дружелюбно, и на этом фоне его равнодушное лицо особенно выделялось.
Представив нам сына, хозяйка вернулась на прежнее место.
– Ну вот. Теперь, пожалуйста, кушайте на здоровье. Чем богаты.
Она встала и скрылась во внутренних комнатах. Потом исчезли и повара. Остались только обе девушки, которые раскладывали рис по пиалам. Тарелки с рыбой и супом были уже расставлены на столах перед всеми гостями.
И суп, и рыба показались мне исключительно вкусными. И неудивительно – я готов был свалиться в обморок от голода. Казалось, это уже забытый в Токио настоящий вкус Японии, который можно встретить только в провинции. Мне подумалось, что если бы я мог каждый день есть такую рыбу в окружении этих милых девушек, то был бы счастлив поселиться здесь навсегда.
Я был настолько голоден, что некоторое время ничего не говорил и просто молча ел. С Кайо, похоже, было то же самое. Полицейские тоже ели молча, но, наверное, по другим причинам. Не разговаривали и остальные гости, вероятно, смущенные присутствием полицейских. Так все и ели, не проронив ни слова.
Но нельзя сказать, что повисла напряженная атмосфера. Ведь среди нас была четырехлетняя девочка. Она одна, даже не замечая этой атмосферы, шумела, рассказывала своей матери и молодому священнику рядом с ней о деревьях на горе, о звоне колокола по утрам и вечерам, о прикованной к постели в своей комнате старушке. Священник, очевидно, человек добрый, охотно с ней общался. Эта девочка, без сомнения, помогла разрядить возникшее напряжение. Поэтому и мне стало легче говорить после того, как мы поели.
– А скажите, почему вы поселились здесь? – робко спросил я священника, потому что мне действительно это было интересно.
Священник, старший из двоих, продолжавший молча есть, удивленно поднял на меня лицо в очках и грустно улыбнулся:
– В деревне много чего происходит, и нам часто приходится в этом участвовать.
Он ответил очень неопределенно. Или, правильнее было бы сказать, ответил осторожно.
– Много чего – что вы имеете в виду?
– Ну, например, семейная ссора. Обсуждают строительство нового дома, и у всех по этому поводу, наверное, есть свое мнение.
– И в этом доме тоже свои проблемы?
– Нет, в этом доме другое.
– Не хотите еще порцию? – спросила девушка, которую представили как Харуми, и я согласился.
– Вы говорите, что дело в другом…
– Да вроде призрак тут… – сказала Юки, размахивая руками.
– Призрак, правда?
– Нет, я не могу об этом говорить. В конце концов, это чужой дом.
– Юки, нельзя, – остановила ее мать.
– А что за призрак? – спросил я ребенка.
Похоже, все, включая сотрудников полиции, хотели задать этот вопрос.
– Он большой, – уверенно сказала Юки, обращаясь ко всем присутствующим.
– А где он появляется? Как выглядит? – попытался уточнить я.
Но она замолчала и задумалась.
– А кто тебе сказал? – решил я изменить вопрос.
– Тетя. Тетя его часто видит. У него столько всего разного!
– У призрака?
– У него такой большой живот, правда? И он очень толстый! – сказал сидевший рядом с ней Фукуи. Юки согласилась.
– Наверное, это что-то вроде Тоторо [403]. И мой ребенок так говорит.
– Дети все это говорят, верно? – сказал Судзуки.
  
Все-таки мне было непонятно. Если это не привидение, то почему священники, отец и сын, живут в этом доме? Правда, они были не очень-то расположены разговаривать на эту тему. Возможно, из-за того, что здесь сидели полицейские. А если так, то выяснить у них не получится.
– Господин Футагояма, что вы думаете о происшествии с госпожой Хисикавой?