Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

Митараи облокотился на ручку дивана и медленно оперся головой на левую руку.
— Эту дверь, надежную, как в банке, невозможно запереть снаружи. Здесь не о чем спорить. Значит, вы должны были сделать это изнутри. Но как вы сбежали после этого? Ни на стенах, ни на потолке нет никаких секретных устройств. Вы же не призрак, чтобы проходить сквозь стены или потолки.
— Правильно, мистер Холмс, — сказал Алексон и стал ждать.
  
Митараи помолчал.
— Тогда все, что осталось, — это поцарапанное окно.
Ричард поджал губы.
— Окно со странными царапинами и едва заметными отпечатками обуви.
Выражение лица Ричарда не изменилось.
— Это до смешного просто. Как утверждал Пол, именно простота вводит в заблуждение. Трудно поверить, что вы сбежали через окно. Оно было надежно закрыто. С другой стороны, могло быть так. Стекло можно было вынуть из стены вместе с рамой. Никто не пробовал это сделать, но если достаточно сильно нажать, оно могло оторваться от стены и упасть на лестницу.
Я снова раскрыл рот. Как просто! Никто раньше об этом не говорил.
Мне кое-что не нравилось в этой закрытой комнате. Конкретно говоря, засов на двери, который нужно было поднять вверх, чтобы ее запереть. Если б Ричард Алексон устроил там утопление, маленький вертикальный засов должен был быть опущен, даже если б основной засов не двигался. Потому что тот, кто находился внутри и изо всех сил пытался выбраться, должен был открыть его в первую очередь. Но засов оставался запертым. Меня очень смущал этот момент.
— Вы сняли оконное стекло вместе с рамой и опустили его на лестницу внизу. Именно в этот момент получились царапины. Далее вы ухватились за приготовленную заранее веревку, которая свисала с перил на крыше, и спустились. А окно подняли и вставили его обратно в стену. Для надежности вы вдавили его ногами, поэтому на внешней стороне стекла остался слабый отпечаток ботинка. Затем снова спустились на лестницу и забрались на крышу. Так что создать видимость запертой изнутри комнаты оказалось очень просто. Потом вы, разумеется, отвязали веревку. Остальное понятно. Утром, ровно в десять, Рикки Сполдинг с остальными охранниками, как вы им и поручили, пришли вас разбудить. Вы лежали на животе на подвесном мосту, ожидая их прихода. Когда они стали стучать, вы крикнули в верхнее вентиляционное окно: «Голова раскалывается, дайте мне еще немного поспать!»
Господин Алексон, этот трюк в вашем мастерском исполнении был смелым шагом. Вы влюбились в свои актерские способности. То, что вы были живы в десять утра, сделало загадку еще более трудной, но помешало версии со Стивом Миллером и пирамидой-насосом, на которую вы рассчитывали. Потому что работа огромного насоса, сопровождающаяся ревом, могла происходить только в ненастную ночь. В противном случае она привлекла бы внимание всех, кто находился внутри и снаружи пирамиды, кроме слабослышащих. Ваш трюк с голосом из-за двери означал, что вы остались живы после попытки убийства пирамидой-насосом. Вот и все. Мне с трудом удалось преодолеть эту нестыковку во время фальшивого раскрытия тайны преступления в павильоне «Парамаунта». Но это говорит о хаосе в вашей голове, а также дает понять, что у вас не было времени, вы не успели спокойно обдумать свой трюк. В этом обстоятельстве заключено сейчас ваше спасение. В любом случае, эта ваша ошибка вселила в меня уверенность в том, что вы останетесь жить.
Итак, после того как трое телохранителей спустились вниз, вы поползли по подвесному мосту, открыли зарешеченную дверь запасным ключом и вошли в пирамиду. Колючая проволока вокруг воздушного коридора была просто намотана вокруг него, но не приварена. Если немного отодвинуть всю проволоку в сторону башни и открыть дверь, то можно протиснуться внутрь пирамиды через открывшуюся узкую щель. А закрыв дверь, вернуть колючую проволоку в исходное положение, подцепив ее крючком. Так вот, подготовка к съемкам закончилась, и в скальном пространстве на втором этаже никого не осталось. Незаметно для персонала, обедающего на песке внизу, вы открыли потайную каменную пробку, чтобы войти в комнату царя, и пробрались внутрь, стараясь не выпускать сажу наружу. Затем закрыли пробку обратно и привинтили проволочную сетку и фильтровальную ткань. Прошли по коридору, взяли приготовленный там набор черпаков, зашли в жилище Роджера, взяли бак и вернулись, поливая коридор и комнату царя морской водой. Возможно, в это время вы разлили и бензин. Затем вернулись в свое убежище и стали ждать вечера. Когда солнце начало садиться, вы снова надели свой акваланг, вышли, выбрались на берег в безлюдном месте и поехали автостопом обратно в Новый Орлеан, а потом в Филадельфию.
Вы все рассказали одному знаменитому адвокату — не буду называть его имени — и попросили его помочь вам исчезнуть. После этого адвокат начал действовать. Он сделал все приготовления с пластической операцией и тренировкой голоса. Именно этот блестящий адвокат купил личность Тимоти Дилейни за целое состояние, поговорил со Стивом Миллером и договорился с ним о цене. Между прочим, он знает секреты многих американских сановников. Если б он решил открыть СМИ все, что знает, я думаю, государство могло бы пошатнуться. Именно поэтому вы выбрали его. Вы, наверное, считали, что ваша великая тайна будет незаметна в тени еще больших национальных тайн. Что скажете?
Митараи остановился. Снова повисла тишина.
— Вы хотите, чтобы я восхищался вашими способностями? Они очень хороши. Вы не уступаете выбранному мной адвокату. Я просил пригласить лучшего сыщика, и совсем не обязательно такого, как вы. Меня устроил бы и кто-нибудь попроще.
— Не в этом дело. Я спрашиваю, не пропущено ли что-нибудь в моем объяснении.
— Может, и пропущено, но я уже забыл детали. Я получил слишком большое потрясение.
Потрясение, которое получили мы с Леоной, было не меньше. Мы были так ошеломлены, что потеряли дар речи и долго молчали. К дому Леоны на вершине холма машины почти не подъезжают, так что было очень тихо. Так тихо, что это даже вызывало беспокойство у людей, привыкших к жизни в японском городе.
— Господин Митараи… — Леона, похоже, наконец нашла, что сказать. — Я поняла, что насос не использовался для убийства Ричарда Алексона… То есть для утопления Пола Алексона. Очень хорошо поняла. А Пол доказал свою теорию о том, что пирамида Хуфу в Гизе была гигантским водяным насосом?
— Это вопрос не ко мне, а вот к нему, к родственнику.
— Это тайна, Леона. Абсолютная тайна. Мой брат никогда не упоминал об этом. Я был очень занят на работе, Пол целиком отдавался устройству подземного жилища, но, так или иначе, когда мы время от времени встречались, всегда обменивались краткими сообщениями о том, как идут дела, и быстро расставались. Поскольку мы оба занятые люди, у нас не было времени на легкую болтовню, так что об этом мы не говорили ни разу. Но мне очень хотелось бы это знать. Господин Митараи, а вы что об этом думаете?
— Это очень сложный вопрос. В какой-то момент я фактически потерял всякий интерес к этому делу. Меня стало интересовать только то, сработала ли теория относительно пирамиды-насоса и удался ли эксперимент Пола Алексона.
— Но, господин Митараи, как быть с этим? — Леона указала на макет пирамиды, сделанный Эриком Бернаром, который стоял на столе поодаль. — Эксперимент с этой моделью тогда удался, не так ли?
Именно это и я хотел сказать.
Митараи поднял обе руки и откинулся назад.
— А, ты об этом! — Затем он с большим достоинством встал со стула и медленно пошел к макету. — Вы все еще верите в такие фиктивные эксперименты? — спросил мой друг, оглядываясь назад.
  
— Вы хотите сказать, что теоретически это возможно, но на самом деле маленькая модель и реальная гигантская пирамида — совершенно разные вещи?! — воскликнула
Леона.
— Даже теоретически это совершенно разные вещи. Это все ради вашего фильма. Чтобы получить разрешение на возобновление съемок, у меня не было другого выбора, кроме как обмануть копов, которые уже несли полную чушь.