Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)
Очевидно, что это был не игрушечный, а самый настоящий самолет! У него были большие крылья, на каждом из которых красовался красный солнечный круг [199].
Но это была не «Фиолетовая молния» [200] или истребитель типа «Зеро» [201], которые они часто видели в детских книжках с картинками. Оказалось, что крылья были покрыты не металлом, выкрашенным зеленой или серебряной краской, а тканью красновато-коричневого цвета. Возможно, это был какой-то незнакомый им учебный самолет. Кто же мог бросить его здесь?
Найдя крылья, мальчишки решили, что где-то непременно должны быть фюзеляж и кабина. Вот бы найти кабину с лобовым стеклом и рычаг управления! Они были жутко взволнованы. Пусть на крыльях не было пулеметов, но уже просто сидеть в кабине самолета для любого мальчишки – невероятное счастье.
Они тщательно обыскали завод в поисках фюзеляжа или кабины и очень расстроились, ничего не обнаружив. Наверное, какой-то солдат просто принес крылья сюда и бросил их.
Тем временем солнце садилось, стало совсем темно и прохладно, поэтому мальчики решили еще раз сходить к печи с дымоходом, прежде чем возвращаться домой.
В темноте найти нужную им печь было сложно, поэтому Рёитиро сперва открыл первую дверь наугад.
Внезапно дверь справа от Рёитиро и Кодзи резко распахнулась, издав дребезжащий звук. Мальчики испугались так, что их сердца чуть было не остановились. Они отбежали от источника звука на несколько шагов, а повернувшись, увидели, что из открывшейся двери выскочила маленькая грязная фигурка с обритой наголо головой.
Рёитиро решил, что ребенок в потрепанной рваной одежде был примерно его возраста. Он был таким грязным, что на первый взгляд было неясно, мальчик это или девочка. Выпрыгнув из печи, он сразу бросился наутек.
Рёитиро и Кодзи непроизвольно бросились бежать вслед за удаляющейся тенью, прошмыгнувшей за их спины.
Трое детей бежали по развалинам стекольного завода, пропахшим ржавчиной, химикатами и гнилью.
В северной части участка располагалась небольшая роща, где сохранилось здание в европейском стиле – бывший дом директора стекольного завода. Когда-то дом был современным и чистым, но теперь опустел – в нем больше никто не жил.
Маленькая тень, преследуемая мальчиками, помчалась в сторону деревьев. Врезавшись в стену здания, обогнула его правый угол и метнулась к большому лавровому дереву, растущему на склоне холма.
Мальчики тут же остановились. Их напугал не размер дерева: Рёитиро часто рассматривал его вблизи, а Кодзи видел холм Кураями из окна своего дома. Их удивило то, что корпус самолета, который они искали, оказался прислонен к толстому стволу дерева с раскидистыми ветвями. Ткань на фюзеляже была разорвана, оголив каркас, напоминавший останки динозавра, которые мальчики раньше видели на картинках.
Бритоголовая фигура, ни мгновения не колеблясь и не останавливаясь, вцепилась в каркас самолета. Затем принялась карабкаться вверх по нему, словно по лестнице, ловко переставляя ноги.
Мальчики не двигались с места, молча наблюдая за разворачивающейся на их глазах опасной ситуацией. Ребенок с бритой головой не произносил ни слова, не кричал и не плакал, поэтому было совершенно непонятно, зачем он карабкается ввысь.
Наконец фигура достигла приплюснутого носа самолета, прислоненного к стволу лавра. Перепрыгнув на верхушку дерева, она присела и замерла, пристально глядя на мальчишек.
В одно мгновение со всех сторон на них обрушились голоса цикад. Солнце село, и округу накрыло тьмой. Маленькая фигурка, присевшая на стволе лаврового дерева, казалось, окончательно слилась с ним, став неразличимой в темноте, совсем как маленькая кошка. Но мальчики продолжали неподвижно смотреть туда, где притаилась фигура.
– Ааа! – раздался вдруг громкий крик, и мальчики наконец поняли, что бритоголовая фигурка принадлежала девочке. Ее тельце дергалось в темноте, обе руки были высоко подняты. Что-то произошло, и теперь нижняя часть ее тела была как будто вдавлена в ствол.
– Помоги-и-и! – кричала девочка, пока ее тело медленно погружалось в дерево.
Мальчики осторожно приблизились, не отводя глаз от происходящего.
Руки девочки отчаянно дергались; она не переставая кричала.
Мальчишки бросились прочь. Они были так напуганы, что хотели поскорее сбежать оттуда.
От страха сорванцы едва не лишились сознания. Как бы долго они ни бежали, крики и плач девочки преследовали их. Борясь с желанием заплакать, мальчики проползли сквозь первую попавшуюся дыру в каменном заборе. Они изо всех сил бежали вниз по склону холма – в ужасе, что их нагонит и проглотит страшное чудище.
Рёитиро прибежал домой и, задыхаясь, первым делом осмотрел себя в тусклом свете электрической лампочки. Его руки и ноги были покрыты ужасными царапинами, наверняка полученными, когда он полз сквозь дыру в стене. Удивленный и растерянный, он смотрел на кровь, смешавшуюся с грязью и потом, – и только сейчас ощутил нестерпимую боль.
VI. 1984 год. Улетевший петух
Покинув многоквартирный дом Фудзинами Хэйм, Митараи направился прямиком в дом Фудзинами. У меня не было выбора, кроме как последовать за ним, поэтому я шел на небольшом отдалении, глядя на Марико Мори.
Очевидно, что у Митараи голова шла кругом. Ни слова не говоря, он прошел мимо трубы дымохода, обогнул здание бани и пошел к трехэтажному дому Фудзинами. Миновав живую изгородь, подошел к черным металлическим воротам с украшением в виде львиной морды и положил на них обе руки. Слегка подергал ворота, но они не поддались. Посмотрев внимательнее, он обнаружил защелку, поверх которой был прилажен добротный висячий замок.
К стойке ворот был прикреплен довольно старый, успевший проржаветь домофон. Митараи нажал на кнопку, но ответа не последовало.
– Неужели сломан? – разочарованно произнес он.
Честно говоря, из-за мрачных гранитных столбов у входа и ржавых металлических ворот с местами потрескавшейся и отвалившейся черной краской, здание в европейском стиле, увитое виноградной лозой, больше походило на заброшенный дом. С каждым порывом ветра виноградные листья, почти полностью покрывавшие стены, принимались дрожать и шелестеть, будто перешептываясь. Даже стоя за воротами здания, я ощущал отдаленный аромат старины, заполнивший дом.
Отчасти из-за темных тонов интерьера, видневшегося через стеклянное окно во входной двери, казалось, что в доме катастрофически не хватало солнечного света. Говорили, что дом построили еще до войны. Выкрашенная в белый цвет дверная рама с толстым стеклом выглядела обветшалой. Были ли довоенными гранитные столбы и металлические ворота? Подобные элементы часто встречались в западных домах, но в японских обычно не использовались. Я, как и Митараи, сперва не был уверен в том, что домофон на воротах исправно работает. Сложно было представить, что в этом доме до сих пор кто-то живет.
Митараи снова потряс ворота. Полушутя предложил просто перемахнуть через них, и я занервничал. Ворота действительно доходили нам максимум до груди, и при желании перелезть через них не составило бы труда.
– Черт, а лавр отсюда не видно, – сказал Митараи с сожалением, и я наконец понял, что придумал мой друг. Он хотел увидеть вблизи камфорный лавр, растущий на территории у дома.
– Хочешь оттуда посмотреть на дерево? – спросил я. За крышей здания виднелись только густые ветви огромного лавра.
– А ты разве нет, Исиока-кун? – переспросил Митараи, глядя в сторону дома. – Этот лавр – дерево-убийца! Я встречал множество людей-убийц и даже животных, но растение – впервые! Определенно хочу его увидеть.
– Мы должны выяснить, связано ли это дерево с покушением на Ятиё Фудзинами и убийством ее сына Таку.
Митараи посмотрел на меня в упор:
– Исиока-кун, говорю тебе: они связаны, точно связаны!